"Мистер Рипли" + Отдельные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Заметка оставила у Тома неприятный осадок. Ему стало не по себе. С другой стороны — что страшного, даже если они сегодня столкнутся нос к носу с Джоном и детективом? Ничего — семья просто-напросто хочет найти и вернуть сбежавшего. Том решил ничего не говорить Фрэнку, а газету оставить дома. Элоиза редко заглядывала в «Геральд», но отсутствие газеты может ее насторожить. Еще неизвестно, откликнется ли как-нибудь на это местная пресса, и если да, то дадут ли они себе труд отыскать и опубликовать фотографию.
Фрэнк спустился, и Том пошел попрощаться с Элоизой.
— Мог бы и меня пригласить, — заметила она. Уже второе за день обиженное замечание. Это так не похоже на Элоизу, обычно у нее находилась куча собственных дел. — Хоть бы предупредил меня с вечера, что вы собираетесь в Париж.
На ней были джинсы в белую и синюю полоску и розовая блузка без рукавов. Такая хорошенькая женщина, как Элоиза, могла позволить себе гулять в августе по Парижу в чем угодно, но Том не хотел, чтобы ей стало известно, что Фрэнк снимается на фотографию для паспорта.
— Мы собираемся в Центр Помпиду, а вы с Ноэль уже видели это новое шоу и выставку.
— Что такое с этим Билли? — спросила вдруг Элоиза, недоуменно вздергивая светлые брови.
— Ты о чем?
— У него какой-то встревоженный вид. И на тебя он смотрит с обожанием. Он случайно не «паппет»?
Том знал это слово; оно означало «гомосексуалист».
— Я не замечал ничего такого. А ты?
— Долго он еще собирается у нас жить? Он здесь уже около недели, да?
— Я знаю, что сегодня в Париже он хочет зайти в туристическое агентство. Говорил что-то насчет Рима. На этой неделе он обязательно уедет. Ну, пока, дорогая. Около семи вернусь.
Том направился к выходу. Мимоходом он подобрал газету, сложил и сунул в задний карман брюк.
  
8
 
Том взял «рено», хотя предпочел бы «мерседес», и тут же упрекнул себя за то, что не узнал у Элоизы, не будет ли ей нужна машина, ведь «мерседес» все еще находился у Грацев. Он остановил машину возле гаража в районе Порт д'Орлеана, объяснив Фрэнку, что в центре парковка затруднительна. В гараже его знали. Том предупредил, что они заберут машину около шести вечера, и на выходе ему был выдан квиток с указанием часа прибытия, после чего они остановили такси.
— Проспект Габриэль, пожалуйста, — сказал Том шоферу. У самого посольства он высаживаться не хотел, а название улочки, примыкавшей к проспекту, на углу которой находилась фотомастерская, забыл.
— Вместе с вами — по Парижу! Вот она, настоящая жизнь! — мечтательно проговорил Фрэнк. О чем он грезил — о полной свободе? Юноша настоял на том, что будет платить сам, и извлек бумажник из внутреннего кармана дареного блейзера.
Том попытался догадаться, что еще, кроме денег, могло храниться в этом бумажнике, — на случай, если кто-то будет обыскивать Фрэнка. Они остановили такси на углу, где на дверях виднелась маленькая табличка.
— Видишь эту вывеску? — сказал он пареньку. — Это, кажется, называется «Маргарита». Там и сфотографируешься. Я с тобой заходить не буду. Не прикасайся к щеке, где запудрена родинка, взъерошь волосы, чуть-чуть улыбнись. Только не делай серьезное лицо!
Это он сказал именно потому, что обычно у Фрэнка было серьезное выражение лица.
— Тебя попросят назвать себя и подписать квитанцию. Можешь подписаться Чарльзом Джонсоном, например. Документов они не спрашивают, я знаю, потому что сам недавно фотографировался. Все понял?
— Да, сэр.
— Я буду вон там, — продолжал Том, указывая на кафе на противоположной стороне улицы. — Туда и приходи, они попросят тебя зайти через час, но на самом деле все будет готово через сорок пять минут.
Как только Фрэнк отошел, Том направился по проспекту Габриэль к площади Согласия, где, как он помнил, был газетный киоск. Он купил «Монд», «Фигаро» и даже «Иси Пари» — скандальную газетенку, первая страница которой была окрашена в зеленый, желтый и красный цвета. По дороге к кафе он торопливо проглядел ее. Целую страницу они отвели странному замужеству Кристины Онассис, которая сочеталась браком с русским шпионом; еще одну — принцессе Маргарет и ее новому, если верить слухам, протеже — итальянскому банкиру, чуть моложе нее. Как обычно, их интересовали только проблемы секса: кто с кем спутался, кто с кем собирается спутаться, кто с кем больше не спит и так далее в том же духе. Устроившись за столиком и заказав кофе, Том просмотрел всю газету с начала до конца и не нашел там никакого упоминания о Фрэнке. Естественно: в его истории сексом и не пахло. На предпоследней странице была целая куча объявлений по поводу того, как найти себе идеального партнера: «Жизнь коротка, так спешите осуществить свое заветное желание!». Объявления сопровождались иллюстрациями самых разнообразных надувных кукол — от пятидесяти девяти до трехсот девяноста франков за штуку. Они способны были вытворять что угодно, их можно было заказать по почте и получить в запакованном виде. «Интересно, каким образом их надувают? — подумал Том. — Весь дух выйдет, пока такую надуешь. И потом, что подумает та же экономка или кто-нибудь из друзей, если застанет мужчину с насосом в руках при том, что рядом нет велосипеда? Или еще забавнее: предположим, экономка увидит в постели надутую резиновую барышню и подумает, что перед ней труп. Или откроет дверцы гардероба, и оттуда вывалится кукла в человеческий рост. Можно купить себе не одну, а несколько таких созданий и держать одну в качестве жены, а двоих или троих — в качестве любовниц и таким образом пребывать постоянно в мире своих фантазий».
 
Принесли кофе, и Том закурил. В «Монд» и «Фигаро» — тоже ни строчки о деле Пирсонов.
Что, если французская полиция послала в эту фотомастерскую своего человека — для того, чтобы вместе с прочими пропавшими и разыскиваемыми выследить и Фрэнка? Ведь им хорошо известно о том, что те, кого ищут, вынуждены выправлять себе новые паспорта, а следовательно, фотографироваться...
Фрэнк вернулся довольный.
— Велели прийти через час, что вы и сказали.
— Как вы сказали, — механически поправил его Том.
Родинка была не видна, но волосы у Фрэнка на макушке все еще топорщились.
— Как ты расписался?
— Чарльз Джонсон.
— Ну, теперь мы можем сорок пять минут погулять, если только тебе не хочется кофе.
Пока они разговаривали, Фрэнк стоял. Вдруг Том увидел, как паренек весь напрягся и уставился на что-то на другой стороне улицы. Том посмотрел в том же направлении, но видеть мешали проходившие машины. Фрэнк опустился на стул, отвернулся и нервно потер лоб.
— Я только что видел... — выговорил он.
Том встал, огляделся, перевел взгляд на противоположный тротуар. Как раз в этот момент один из удалявшихся мужчин оглянулся, и Том узнал Джонни Пирсона.
— Так-так-так, — протянул Том, садясь. Он посмотрел на официантов, толпившихся у стойки, но они не обращали на него ни малейшего внимания. Тогда он снова встал и подошел к дверям кафе, чтобы разглядеть получше. Детектив — во всяком случае, Том подумал, что это детектив, — был одет в серый костюм. Он был атлетического сложения, без шляпы, с волнистыми рыжеватыми волосами. Джонни был светлее Фрэнка и выше него ростом. На нем был короткий, до талии, почти белый пиджак. Тому хотелось проверить, не заглянут ли они в фотомастерскую. По сути дела, это был магазин фотопринадлежностей, о том, что там еще и делали фотографии для паспорта, нигде написано не было. К великому облегчению Тома, мужчины прошли мимо. Вероятно, они заходили в американское посольство.
— В посольстве им не могли сообщить ничего нового, — успокаивающе сказал он Фрэнку. — Ничего такого, о чем нам следовало бы знать.
Паренек молчал. Лицо его слегка побледнело.
Том оставил на столе пятифранковую купюру и сделал знак Фрэнку.
Они вышли из кафе и направились в сторону улицы Риволи и площади Согласия. Том поглядел на часы: по его расчету, фотография должна быть готова в двенадцать пятнадцать.