"Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Малышка… — тянет герцог Кернский.
— Мм-м, ну всё, сейчас будут сопли, — вздохнув, комментирует страж.
А Вернон удобно откидывается в кресле и, приняв вид заинтересованного зрителя, командует:
— Ну, давай. Реви!
Желание разреветься мигом исчезает. Я хмурюсь и грозно складываю руки на груди. А маг хмыкает и притворно вздыхает:
— Эх, а я-то надеялся…
На этом встреча с Натаром заканчивается, что вполне логично. Главное сказано, точки над буквами по большей части расставлены и перспективы определены. Единственное, подробностей «особого поручения» не прозвучало — Дантос решил, что задание подождёт до переезда семьи.
Он лично проводил метаморфа к выходу и, судя по голосам, которые удалось различить, передал стражника в руки Жакара. И пусть тут, в Керне, толстопузый дедок выполнял скромную роль личного слуги и шпиона, чутьё подсказывало — должность для жены Натара он найдет.
А по возвращении их светлости в кабинет тема метаморфов, как ни странно, продолжилась…
— Астрид, поясни про Гертона, — попросил Дантос. — И кстати, помнится, Гертон упоминал о каком-то твоём предложении. Что-то про женщину и меня.
— Про женщину и тебя? — переспросила я «удивлённо».
— Не увиливай, — встрял Вернон хитро. — Я тоже слышал.
Но я таки увильнула. В смысле добросовестно поведала о том, что народ метаморфов крайне недоволен уровнем влияния Дантоса на императора Роналкора и некоторыми другими моментами, такими как увольнение чиновников министерства финансов, например. А дальше — всё. Дальше превратилась в молчунью.
И да, я умолчала не только о женщине. Говорить о намерениях ликвидировать герцога Кернского также не стала. И причиной тому не скрытность, а понимание — Дантос и без подсказок догадается.
Он, конечно, не подвёл. Но задумчивость, проступившая на благородном лице, мне не понравилась — она была предельно хмурой и грозила испортить настроение на весь день. Правда, как вскоре выяснилось, Дан не из-за покушения посмурнел. Он вообще смотрел на вопрос отношений с метаморфами гораздо шире, нежели я.
— Влияние говоришь? — скривившись, фыркнул он. — Мне в этом плане тоже не всё нравится. В частности, мне очень не нравится их влияние на тебя.
Я от такого заявления порядком опешила, но удивиться вслух не успела.
— Твой народ поклялся в верности семье Роналкора, — продолжил герцог мрачно. — А теперь вспомни, что случится, если кто-то из метаморфов эту клятву нарушит.
Я замерла и непонимающе хлопнула ресницами. Секундой позже, когда осознала, о каком роде влияния речь, нахмурилась и действительно попыталась припомнить, что там про договор с императорской семьёй рассказывали.
А осознав, опять застыла, а потом и вовсе закашлялась. Да уж, приятного мало, но…
— Народ метаморфов усвоил урок, — вклинился в разговор Вернон. — Они не станут рисковать одарёнными.
— Согласен, — отозвался Дан. — Но тот факт, что жизнь моей женщины зависит от благоразумия каких-то старейшин и «Гертонов», мне категорически не нравится.
Он сказал, а я, несмотря на серьёзность момента, зарделась. Моя женщина! Вау!..
Но засветиться магическим фонариком всё-таки не успела. Просто за вспышкой удовольствия пришло воспоминание о собственном решении, и… счастье сменилось звонкой мысленной пощёчиной. Потом ещё одной, и третьей, и четвёртой.
И пусть было очень неприятно и даже в какой-то степени больно, зато в реальность я вернулась трезвой и сосредоточенной. Угу, вернулась, для того чтобы резко нарваться на изумлённый взгляд серых глаз.
Мгновение, и герцог Кернский прищурился, непрозрачно намекая: нестабильная, чтоб её бесы пожрали, телепатия опять сработала. Но я притворилась, будто не понимаю, и вообще… И вообще, какая ёму разница, о чём я там, внутри своей головы, думаю? Мысли — это личное пространство. Личное, я сказала!
Блондинчик подарил странный взгляд и отвернулся, а я, недолго думая, обратила всё внимание на Вернона.
— Как твои успехи? — спросила участливо. — Нашёл что-нибудь? Что-нибудь понял?
Остатки благодушия, которое излучал маг, растаяли словно дым, и я услышала ворчливое:
 
— Не понял.
— А в чём сложность?
Вернон скривился и махнул рукой, а я поинтересовалась:
— Можно посмотреть?
Посмотреть было нельзя, но я не отстала. В итоге спустя четверть часа на письменном столе их светлости появился свиток с копией того самого договора и тьма тьмущая бумаг — рабочие черновики мага.
И пусть любопытство моё было не настолько велико, как прикидывалась, но пойти на попятную я не пожелала. Уверенно уселась за стол и, подхватив свиток с договором-клятвой, принялась читать.
Маг, которого от попыток разгадать секрет свитка уже тошнило, никуда не ушёл. Герцог Кернский тоже предпочёл остаться. В итоге одна не очень юная леди оказалась под прицелом двух крайне внимательных взглядов. Но не стушевалась!
Более того, несмотря на явный скепсис, которым от мужчин веяло, продолжила всматриваться в буквы, слова, предложения… А потом, дойдя до конца бумаги, взялась читать по второму кругу. Затем и по третьему.
Тот факт, что, в отличие от того же Вернона, никакого магического образования у меня нет, не останавливал и не смущал. Во-первых, я за время общения с Ластом поднахваталась; во-вторых, один сверхграмотный индивид этот свиток уже просматривал и ничегошеньки не нашёл. Так может, у неискушённой меня получится?
Но… после четвёртого прочтения стало ясно — не получается.
Помнится, ещё в Рестриче Вернон рассказывал, что не видит, на чём магическая формула основана. Стыдно признать, но я даже самой этой формулы разглядеть не могла. Силилась, пыжилась, и… ничего.
Увы и ах, но для меня договор был просто договором. Не скажи старейшина Ждан, что когда-то нарушение пунктов этой писульки выкосило всех одарённых, я бы ни за что в наличие здесь магии не поверила.
Впрочем… стоп. А что, если проблема в самой копии? Что, если в ней каких-то слов или символов не хватает?
Я подняла голову в намерении поделиться этим соображением с Верноном, и вздрогнула, ибо маг обнаружился гораздо ближе, нежели предполагалось. Он стоял около письменного стола и ревниво смотрел на расстеленный свиток.
— Ну и что ты там видишь? — не выдержав, буркнул Вернон.
Жутко хотелось сойти за умную и вообще утереть всем нос, но пришлось сказать правду.
— Ничего. По мне, это самая обыкновенная, лишённая всякой магии, формула. Такую клятву мог дать любой человек. А то, что оригинал свитка кровью скрепили, ну… бывает.
Я замолчала, готовая утонуть в насмешках профессионала, но сотрудник Управления магического надзора неожиданно порадовался.
— Приятно, что не я один к такому выводу пришёл, — заявил Вернон. Потом стукнул пальцем по стопке своих черновиков и добавил: — Только я эту точку зрения ещё и доказал.
Секунда на изумление, и я осмелилась поделиться предположением насчёт возможных неточностей в копии.
— Нет. — Маг нахмурился и отрицательно качнул головой. — Чтобы скрыть магическую структуру, ни случайной, ни даже намеренной ошибки недостаточно. Тут, — Вернон указал на свиток, — магии нет.
— Но когда были в Рестриче, ты утверждал обратное, — аккуратно напомнила я.
Маг скривился, а герцог Кернский, явно устав от своего одиночества, поднялся из кресла и направился к нам. А приблизившись, ловко выхватил свиток и принялся читать. Угу, тут же, возле стола.
Несколько секунд Вернон наблюдал за другом, потом опять ко мне повернулся.
— Да, утверждал, — не стал юлить брюнет. — Но при ближайшем рассмотрении понял, что это не так. Просто человек, составлявший клятву, был близко знаком с магическими системами. А такие вещи всегда некоторый отпечаток накладывают.
— Ритуал проводил личный маг первого императора, — напомнила я. — И клятву наверняка тоже он составил.
Вернон кивнул, а я добавила:
— Выходит, Ласт зря на текст договора рассчитывал?
Брюнет развёл руками и тут же отвлёкся на Дантоса.