Межавторский цикл романов "Другой мир". Компляция. Книги 1-9 (СИ)

Всего доля секунды, и мощным ударом парень сломал Мелиссе правую ногу. Девушка болезненно вскрикнула и попыталась трансформироваться, но уже было поздно. Следующий молниеносный удар пришёлся по незащищенному телу, и её отбросило в дальнюю стену. Послышался звук удара, и она сползла вниз, тяжело дыша и вскрикивая от боли.
— Что ты там говорила, а? — начал заливаться смехом Равнут. — что, может повторишь? Где твои оскорбления?
Она не могла сказать ни слова, но этого и не нужно было. В тот момент, когда принц отвлёкся и видя, что она обессилена, вышел из транса и даже снял трансформацию, Мелисса начала действовать. В следующую секунду в её руках возникла воздушная плеть и устремилась в лицо Равнуту. Последующий за этим болезненный возглас заставил её невольно улыбнуться, унимая жгучую боль в ноге и груди, куда пришёлся второй удар.
— Получи, мразь! — гневно выпалила она.
Девушка попыталась ударить снова, но Равнут её опередил, возвращая себе былую скорость. Всего один удар и Мелиссу мгновенно нокаутировало. Последнее, что она успела увидеть это звериный оскал принца, и замахивающаяся для нападения его рука. А дальше мир с невыносимой болью в области черепа, полетел в темноту.
***
Интерлюдия 
Урс Дармарк 
— Итак, что удалось узнать. Где пройдёт коронация? — подошёл к окну своего кабинета лерр и спросил у одного из своих доверенных шпионов.
— Я всё узнал, лерр Дармарк. — почтительно склонился тот. — эта информация известна в столице практически каждому стражнику. Мероприятие состоит из трёх частей. Первая из них — речь короля Арсара на главной площади Дулса. Там он выступит ровно в одиннадцать часов утра, послезавтра. Планируется это примерно на полчаса, максимум час. Далее последует сама коронация. Вручение символов власти и произнесение клятвы короля. Третья часть следует, как завершающая и представляет собой публичную казнь нашего главы — тирра Вейнара и самой девушки.
Урс около минуты смотрел в окно, раздумывая над его словами. В голове мужчины вертелись самые разные варианты того, как можно обыграть ситуацию. Про слова Дианы, с тех самых пор, как закончился их разговор, он не забывал ни на секунду. Проводил порой целые дни в своём кабинете, составляя различные планы и продумывая детали. Сейчас же он обдумывал полученную информацию и как именно нужно поступить, чтобы не ошибиться.
— Хорошо. — некоторое время спустя, произнёс лерр. — будем действовать после первого этапа. Допустить коронации нам ни в коем случае нельзя. Есть информация по поводу охраны мероприятия?
— Разумеется. — кивнул шпион. — около сотни стражников будут находиться в области проведения коронации. Ещё столько же примерно в более отдалённых частях.
— Так я и думал. Сколько наших сможешь активизировать к началу церемонии?
— Не более восьмидесяти оборотней. остальные находятся в других городах, где сосредоточены наши точки. — последовал ответ.
— Что-ж, тогда нам придётся расчитывать на фактор неожиданности. Составь с ребятами чёткий план нападения. Продумайте каждый момент по несколько раз, чтобы не допустить просчёта. Нам нужно не только спасти тирра Вейнара с девушкой, но и забрать регалии.
— Слушаюсь, лерр Дармарк. Но прежде, чем уйти, позволите один вопрос? — заинтересованно проговорил шпион.
— Валяй. — махнул рукой заместитель клана. Затем отошёл от окна и присел в своё кресло.
— К чему нам эта девушка? После того, как регалии будут у нас, тирр Вейнар может лично в них короноваться. Разумеется, принудив к браку одну из дочерей Арсара, чтобы всё выглядело законно. Тогда к чему нас вообще она?
Лерр лишь хмыкнул, пододвинув к себе бумаги. Мысленно он уже находился на здесь, а в его голове вырисовывалась картина скорой коронации и её срыва.
— Поверьте, она нам нужна. И самое главное — живой! — сделал акцент на последнем слове заместитель. — как любят говорить люди, меньше знаешь — крепче спишь. В своё время всё поймёшь, мой милый друг. А теперь займись выполнением приказа.
— Так точно, лерр Дармарк. Извините за излишнюю любопытность. — отчеканил шпион, а после направился к выходу из кабинета.
 
Мужчина же взялся за бумаги, и принялся расписывать в своей излюбленной манере все поступающие мысли в голову на чистый листок бумаги. В его мыслях промелькнуло дикое желание сорвать это грязное мероприятие, а в добавок, ещё и насолить подлым Арсарам.
***
Интерлюдия 
Мелисса Ордлин 
Два дня спустя 
Девушка очнулась только в день коронации и была сама не своя. Пробуждение оказалось до жути болезненным, а стоило ей глянуть на собственное тело, как внутри вновь зародилась буря ярости и гнева. Многочисленные ушибы, синяки и порезы. К тому же сильная головная боль. Это что же с ней делал подлый принц после того, как она отключилась? Вот же сволочь! Мелисса гневно прищурилась, пытаясь прийти в себя и понять, где вообще находится. Тёмное помещение, без окон и какого либо намёка на свет. На королевскую темницу походило слабо. Но где же тогда она? В этот момент она ощутила странность и сковывание движений. Только сейчас Мелисса обратила внимание на то, что была связана.
— Вот же мрази! — не сдержалась она.
— Так, так, так. — послышался довольно близко до боли знакомый девушке голос. — принцесса Мелисса Ордлин. Что же вы так некультурно разговариваете?
— Тирр Вейнар? — мгновенно оживилась девушка, унимая бурю внутри. — вы тоже здесь?
— Можно на «ты». Сейчас уже не имеет значения мой статус. И да, я тоже здесь. Предвкушаю тот момент, когда отправят на виселицу.
— Простите меня, что попали в такую ситуацию. Я правда не хотела такого расклада. — игнорируя просьбу тирра, виновато сказала она.
— А кто этого хотел, принцесса? — хмыкнул мужчина. — наша неосторожность вышла нам боком, стоит признать. Но ничего теперь уже не сделаешь, думаю вы это понимаете.
— Отсюда не сбежать? — всё же попробовала спросить девушка, на что тирр глухо рассмеялся.
— Откуда? Отсюда, что-ли? Ты хоть знаешь, где мы, милая? В королевском карцере! Отсюда невозможно сбежать. Поэтому смирись с неизбежностью своей скорой кончины.
Девушка тяжко вздохнула и недовольно поджала губы. Раз возможности побега нет, то что ей ещё остаётся делать? Видимо, действительно, смерть. Проклятые Арсары! Чтоб их всех Аллин уничтожил и вырубил этот гниющий род под корень! Чёртовы ублюдки!
Но не успела она и мысли допустить о своём возлюбленном и их недолгих отношениях, как люк карцера отворился и пленников вывели на улицу. В глаза тут же бросился яркий солнечный свет, который на миг ослепил их. Когда девушка распахнула глаза и смогла привыкнуть к нему, то по её спине пробежал холодок, а глаза невольно расширились от изумления. Огромная толпа оборотней собравшаяся вокруг, смотрела на короля, и радостно вопила.
— А вот и они! — смерил пленников насмешливым взглядом король. — предатели Тардии. А предателей ждёт лишь одно — мучительная смерть! — при этих словах, люди взорвались возбуждёнными воплями и наихудшими пожеланиями:
— сжечь их заживо!
— убить предателей великой Тардии!
— Предателям одна дорога — на виселицу!
При этих словах Мелисса нервно поежилась, но от её глаз не укрылись и те личности, кто и словом не обмолвился. По их виду некоторые вообще были против всего происходящего. Хоть какая-то хорошая новость! Значит Тардия ещё не сгнила до конца и нормальные оборотни здесь ещё остались. При этой мысли, девушка чуть успокоилась и смерила короля очередным гневным взглядом.
— Их казнь мы оставим на закуску. — продолжил свою речь глава страны. — а пока что, мне бы хотелось сказать вам пару слов, дорогие граждане Тардии.
***
Как оказалось, эти несколько слов длились уже порядка часа, и Мелисса полностью заскучала. Вокруг них постоянно маячили королевские оборотни гвардейцы и не спускали с пленников глаз. Даже обмолвиться словечком с тирром Вейнаром и то не получилось! За всё то время, пока Арсар расписывал «подвиги» его рода и всячески поддерживал слушателей, отчего те приходили в восторг, она успела прочувствовать дикую злость и ненависть ко всем присутствующим. А ещё скуку. Настолько ей хотелось поскорее прекратить свои мучения и пытку, которую невольно доставляет каждое оброненное королём слово, и отправиться на виселицу прямо сейчас. Но как оказалось, зря она так торопилась, ведь момент с её смертью уже не казался таким стопроцентным.