Однажды я умер (СИ)

— Не будет больше лжи, — повторяет ледяной, прикрывая свои глаза. По его щекам сбегает несколько слезинок, скрывающихся под доспехом. — Именем крови тех, кто был предан. Именем крови тех, кто был обманут.
Его тяжёлый и мрачный взгляд направляется на Холода. Всё это время принц дёргается в лапах держащих его драконов, глухо рыча и яростно сверкая своими глазами; его взбешённый взгляд будто может заморозить этого странного сородича.
— Спокойнее. С ней всё в порядке, — смахнув кончиком металлического когтя слезинку, говорит укрытый металлом ледяной, шагая к Холоду. — С Луновзорой. Ты ведь пришёл из-за неё? Она не пыталась никого обмануть. Не пыталась принести никого в жертву, лишь хотела всех спасти своими силами. Этот дракон не причинил ей вреда. И не причинит. Она здесь и ждёт тебя.
Этих слов хватило, чтобы Холод затих, пристально смотря на подошедшего к нему дракоманта.
— Хочешь её увидеть? Этот дракон видит, что хочешь. Ты боишься за неё, переживаешь. Он понимает, ведь он до сих пор переживает за тех, кто был оставлен. — Грустная улыбка мелькает на морде дракона в латах, и он взмахивает своей лапой. — Освободите его.
Тут же те, кто держал Холода, отпускают его, расходясь в разные стороны. И тут же принц поднимается на свои лапы, окидывая мрачным взглядом стоящего перед ним сородича. Но Холод не бросается на него, лишь изучая дракона, не особо превосходящего его в размерах.
— Тоже касается и тебя, маленькая ночная, — заглядывает за плечо Холода повелитель голубоглазых, смотря на брыкающуюся и плачущую Звёздочку. — Не бойся.
— Мы остановили Мракокрада, остановим и тебя, — неожиданно заявляет принц, привлекая к себе внимание дракоманта.
Да и не только его, но и всех драконят, пристально уставившихся на Холода.
Что эта фраза значит? Кто «мы»? Почему он так громко об этом заявляет в морду дракоманта? И вообще, разве это разумно, угрожать «хозяину» в окружении его слуг? А вдруг сейчас по одному щелчку пальцев нас всех порвут на кусочки? Но нет, ледяной в доспехах лишь негромко смеётся, прикрыв свою морду лапой.
— Этому дракону нравится твоя смелость. Но неужели ты думаешь, что морской принц придёт, чтобы остановить меня? — отвечает дракомант, и на троне за его спиной гневно скрипит своими клыками Брайникл, около которой Жнец натягивает обратно на лапы перчатки, медленно затягивая показавшиеся из под пластин шнурки. Холод же от встречного вопроса щурится и дёргает хвостом из стороны в сторону. — Ему сейчас нет до вас дела. Он с радужной. Как и его сестра, вместе со своей возлюбленной.
— Ты… — глухо начинает Холод, скрежетнув своими когтями по камням.
— Тссс, — прижимает к своим губам палец дракомант, подмигивая стоящему перед ним принцу. — Этот дракон лишь чуть-чуть подтолкнул их друг к другу. Они счастливы. Разве это плохо?
Холод молчит, окидывая тяжёлым взглядом стоящего перед собой сородича. А я вот всерьёз задумываюсь над тем, что на меня начинает сваливаться слишком много информации. Как какой-то там морской принц и его сестра смогут остановить невесть откуда взявшегося дракоманта ледяного племени? Взглядом я нахожу Сайду, в этот момент очень жалея, что не знаю языка морских драконов — светящиеся полосы на их телах используются не только для освещения водных глубин, но и для передачи своих мыслей. Быть может, принцесса могла бы мне сейчас всё объяснить? У её семьи есть какое-то тайное знание или, что ещё лучше, оружие?
А вообще, возвращаясь к словам Холода о побеждённом Мракокраде, разве ночного полукровку остановили не Драконята Судьбы? Хотя, может, Холод там где-то мимо пробегал со своими друзьями и помог героям этого мира? Это бы, кстати, объяснило их доверие по отношению к ледяному дракону. Не зря ведь он общался с Солнышком чуть ли не на равных! Да и вообще, мне почему-то кажется, что в Когти Мира кого попало не берут. Хотя тут я не могу знать наверняка.
Голос дракоманта прерывает повисшую в зале тишину, когда время для размышлений подходит к концу.
— И ты тоже можешь. Разве ты не хочешь быть счастливым? — склоняет дракон в латах свою морду набок, увидев, как скалит свои клыки принц. — Не беспокойся, этот дракон не будет применять свои таланты, чтобы свести вас друг с другом. Теперь твоя судьба лишь в твоих лапах. Отведите Холода к Луновзоре.
 
Голубоглазые, что до этого держали Холода, а сейчас стояли недвижимыми статуями у колоны, тут же встрепенулись и направились к лестнице, ведущей на верхние уровни. И пока они медленно поднимались наверх, то и дело оглядываясь на Холода, бывший принц боролся с собственными желаниями, то оглядываясь на нас, то бросая короткий взгляд в сторону бездыханного Предвестника.
— Не бойся. Этот дракон даёт слово, что никто больше не пострадает, — пытается успокоить Холода грустно улыбнувшийся дракомант. — Ночной расплатился за совершённое им. Получил по заслугам за то, что сделал. Ты ведь сам ему не верил. Думал над тем, как и зачем он нашёл тебя. Остерегался лжи. И теперь ты соболезнуешь тому, кто готов был не моргнув пожертвовать чужой жизнью ради своих целей? Иди. Твоя луна ждёт тебя.
Холод вздрогнул, но затем, бросив на нас виноватый взгляд, всё-таки направился по лестнице на второй этаж, поднимаясь к замершими у дверей слугам.
— И ещё одно, — останавливает Холода дракомант, когда принц уже готов был скрыться за открывшимися перед ним створами. — Этот дракон — не Мракокрад. Хотя ты можешь думать по-другому.
Раздражённое рычанье вырывается из пасти Холода, но затем принц дёргает своими крыльями и направляется в темноту коридора, оставляя нас с… Кхм, ну, да, Холод бросил нас; побежал за хвостом своей подружки. Я, конечно, могу понять его логику, ведь в чём был бы смысл тратить дракоманту часть своих сил, чтобы исцелить побитого дракончика, а затем его снова прикончить. Хотя ведь нельзя исключать вероятности какого-нибудь особо хитрого и коварного плана, в котором ледяному дракоманту необходимо выставить себя «героем». Или того, что из всех нас по какой-то причине ему нужен только Каракурт? Общее количество вариантов того, что с нами могут сделать, и не счесть. С другой стороны, в чём смысл отпускать непосредственно Холода? Если бы нас хотели прикончить, то разве сейчас не самое подходящее время для этого? Или этот дракон будет следовать типичным дурацким злодейским клеше, специально оставляя своих врагов живыми, чтобы можно было перед ними долго хвастаться своими деяниями? Может, он ещё расскажет свой злодейский план?
В любом случае мне как-то не комфортно от осознания того, что Холод готов нас бросить. Хотя не мне уж точно ледяного принца винить. Если бы я узнала, что где-то там наверху меня ждёт кто-то из родственников, я бы не раздумывая направилась туда… Хотя нет, я бы всё-таки для начала хотя бы немного подумала о том, насколько это вообще логично — отделиться от группы в неизвестном замке и куда-то переться в сопровождении слуг злодея, который не факт, что не врёт. Ведь я вроде как должна использовать свою голову, а не бросаться навстречу любой угрозе.
Не знаю, всё происходящее становится похоже на абсурдную картину, нарисованную под приходом из-за радужных лягушек. Вот серьёзно, так в нормальной жизни не бывает! Всё слишком странно и абсурдно. Быть может, это вновь видения и миражи, насланные на меня Брайникл? Вон морская сидит на троне и катает в лапе металлический шарик-кулончик, поглядывая на дракона в латах с какой-то совсем дикой смесью эмоций, в которой я даже не могу разобраться. Кстати, а может, именно поэтому Холод оказался столь сговорчивым и послушным? Может, в иное время он бы не бросил нас, скрывшись за захлопнувшимися дверьми?
— Уберите ночного. — Дракомант медленно разворачивается к Фирн, лишь махнув своим крылом в сторону недвижимого Предвестника.
Пара всё также безмолвных слуг откликнулась на приказ их повелителя, поспешив подойти к бездыханному ночному, подхватив его тело за крылья и поволоча в сторону коридора, вскоре скрывшись из моего поля зрения. Тем времен дракомант разглядывает Фирн, чуть склонив свою морду набок и без страха встречая её оскал, из которого пропала часть яростности и ненависти ледяной драконицы, оставив после себя лишь растерянность. Наша боевая сосулька не совсем представляла, что делать в этой ситуации. И я её очень хорошо понимаю.