Судьба (СИ)

Охотник перевёл взгляд на медитирующего Амадеуса, а затем на меланхоличного Джона. Эти двое сильные… Выходит, только он и Хэйла прежде были слабаками?
— Это ничего, братишка, — добродушно усмехнулся Скиталец, присев на пустой ящик напротив Рэя. — Выигрывает не тот, у кого пушка больше, а тот, кто ушёл на своих двоих.
Джон меланхолично кивнул, подтверждая эти слова. Пусть они никогда не были особо дружны, да и знакомыми считались лишь с огромной натяжкой, но всё-таки стали детьми своей эпохи и придерживались схожих идей относительно выживания.
— Ты хочешь сказать, что главное — это планирование, а не личное мастерство? — включилась в диалог Хэйла.
В отличие от Рэя, она не рефлексировала о своей роли в команде. Во-первых, большая часть клана живёт в её доме… А, во-вторых, первого пункта уже достаточно.
— Молодые стражи гоняются за пушками и приёмами, но умнее не становятся. А потому их никто не находит, кроме голодных дрегов. А ты, Рэй, настолько везуч, что я начинаю подозревать в тебе умника.
— Это не везение, — парень слышал его слова, но в голове они столкнулись с какими-то собственными мыслями. — Не-ет… Я знаю, как устроены умы людей. Никто просто не ждал от меня чего-то действительно странного и спонтанно жестокого. Потому что я по жизни как пёс — хороший мальчик.
— Ожидать кровавую жестокость нужно от каждого, — сказал Скиталец, подняв указательный палец. — Чем наивнее и безобиднее он выглядит, тем опаснее. А те, кто этого не знал, заслужили всё, что с ними случилось.
— Понял, Август? — Рэй был без шлема, поэтому его ироничная снисходительность на лице просто не могла не утаиться.
— Понял… — желчно проскрипел в ответ варлок. — Но я выжил, на свою беду…
— А это правда, что у Осколка вы… — весёлый Скиталец сделал вид, будто ему неловко спрашивать, но получалось плохо.
— Ты хотел спросить про мой револьвер, да? — мрачно посмотрел на него Рэй, настойчиво намекая перевести тему.
Где-то в стороне тихо ухмыльнулся Август.
====== Глава 76 ======
— …Потому лабораторной работы в четверг не будет, — закончила Хэйла, окинув аудиторию пристальным взглядом. Впрочем, взоры студентов и так были обращены на неё. — На этом всё. Все свободны.
Кто-то назвал бы это невероятным, но внимание студентов держалось отнюдь не из-за страха, а по причине искреннего интереса. Стражи для горожан — нечто одновременно близкое и совершенно чужое. Те, кого ты видишь в новостях и спортивных записях, кто летает на своих крутых сперроу по Городу и иногда останавливается, чтобы поговорить с тобой. Те, кто каждый день встречает опасности и чудеса космоса, которые ты никогда не увидишь своими глазами. Те, кто переживёт тебя и даже твоих детей. И даже на их фоне выделялись отдельные, чьи достижения заслуживали особого внимания. Чемпионы Горнила и убийцы самых опасных чудовищ. Мастера-оружейники и учёные. А так же стражи с неоднозначной репутацией. И именно к последним относилась Хэйла. Пусть слухи исказили правду до неузнаваемости, лишь сильнее раздув и без того зловещий ореол, но студенты от этого лишь с большим энтузиазмом ходили на её лекции. Тем более, она действительно могла живо, наглядно и интересно подать свой материал.
Молодые люди покидали аудиторию, а Хэйла, опустившись на кресло, позволила себе несколько минут отдыха. Дело шло не так хорошо, как хотелось… Да, она искала следы работы культа Улья в стенах университета. Да, те и правда были. Но после изгнания Орнави культ стал действовать осторожнее. Не было столь явных улик, которые позволили бы выдвинуть официальное обвинение в адрес тех или иных сотрудников. А что до неофициальных…
— Здравствуйте, Госпожа Кохлер! — взволнованно поздоровался студент, столкнувшись в дверях аудитории с той, кого Хэйла совершенно не хотела видеть.
Вошедшая женщина не удостоила парня ответом, величественно войдя.
— Хэйла, — поздоровалась она.
— Кохлер, — вернула та приветствие, не спеша вставать.
Пока последние студенты покидали аудиторию, женщины пристально смотрели друг другу в глаза нечитаемым взглядом.
 
Что до неофициальных улик — Хэйла была абсолютно уверена, чей длинный нос торчит из всех мутных делишек. Кто, ни разу не попавшись лично, однако же всегда оказывалась где-то рядом. Начиная дружбой с Орнави, заканчивая чтением лекций, на которые ходило критически большое число предполагаемых культистов. Однако подозрения недостаточны, чтобы осудить Многоуважаемую Госпожу Преподавателя.
Когда последний студент прикрыл за собой дверь, Хэйла выразительно приподняла бровь.
— Итак. По какому вопросу?
— До меня дошли слухи о твоём успехе, — ответила Хохлер с загадочной полуулыбкой.
— Каком именно успехе? — Хэйла почти не пыталась скрывать своё раздражение.
— Шип, разумеется. До меня дошёл слух, что ты не постеснялась использовать его в Гамбите. И притом успешно.
— Ах ты об этом… Да. Но только успех — громкое слово.
— Не соглашусь, — возразила Кохлер. — Орден Праксиса не арестовал тебя. И именно в этом заключается успех. Эти… Фанатики… — она явно хотела сказать более грубое слово. — Рады арестовать каждого исследователя, который взглянет на темы, которые они же сами назвали запретными. Однако тебе удалось добиться послаблений для себя. Именно это и является достижением.
— Послаблений? — Хэйла сардонически усмехнулась. — Калус вербует стражей. Скиталец вербует стражей. Судный Час купили орган… Конец близок. Им просто нет дела до меня, пока я лояльна Городу.
— Лицемерно с их стороны… Но нам же лучше. Однако скажи мне, Хэйла… Что толкнуло тебя на создание Шипа? Не собственного оружия Скорби, а именно тени револьвера Йора… Оружия, что оставило след на твоей душе?
Хэйла прикрыла глаза на мгновение. Ей не нравилась собеседница. Но заданный вопрос был справедлив… К тому же глупо надеяться вести беседу, совсем не отвечая на вопросы. Тем более Кохлер, прекрасно понимая отношение к себе, завела этот разговор.
— Именно потому, что Шип стал для меня символом страха, я и взяла его в руку, — твёрдо сказала Хэйла. — Бегство от страхов — смерть. Только взглянув ужасу в лицо, победив и подчинив его, ты станешь сильнее.
— Хороший ответ, — Кохлер улыбнулась, не столько Хэйле, сколько своим мыслям. — Верный. Свет может сокрыть тени, но стоит ему ослабнуть, как они проявляются вновь. Больше и страшнее, чем прежде. И потому единственный путь — пройти через них. Ты это прекрасно знаешь. Чем глубже рана, тем темнее путь, но и тем больше сила.
— В тенях легко заблудиться, — Хэйла качнула головой из стороны в сторону. — Тени делают малое ужасным, а ужасное невидимым.
— Если ты слаб, — улыбка Кохлер стала шире. — А ты сильна? Подумай над этим…
— Ты не представляешь, как много я думаю про это… — Хэйла сомкнула руки в замок.
Рэй и Август, сегодня оба слишком похожие друг на друга из-за официальности момента, уверенно ступили на порог университета, гадая, что их там ждёт. Должно быть, в прошлом охотник неоднократно оказывался в куда более престижных и серьёзных учебных заведениях. Но сегодня предпочёл бы переждать бурю в лапшичной.
— Ты когда-нибудь преподавал? — вдруг спросил Рэй у своего спутника.
Неловкое осознание того, что пробудившийся в общей сумме лет старше и это не ему полагается нервничать, посетило того с лёгким опозданием. Но ведь борьба против общего страха должна сплотить их, да? Хотя зачем такие радикальные методы для тех, кто проникся прекрасной и светлой дружбой друг ко другу через насилие…
— Когда-то я пытался сделать секту… — вполголоса ответил Август.
Однако, несмотря на это, варлок чувствовал себя как рыба в воде. Он любил и умел притворяться обычным человеком. Стильный деловой костюм, элегантная шляпа и зонт-трость создавали целостный образ городского модника, в котором легко было признать бизнесмена или актёра, но никак не стража.
Рэю шёл стиль попроще. Тоже деловой, но с лёгкой небрежностью и лаконичностью в образе, придававшей ему взрослого безразличия к чужим глупостям. Потому что он мог придумать свои и те будут веселее… Это бесподобным образом контрастировало с моложавой внешностью, придавая аристократичности без лишней атрибутики и всегда забавляло молчаливо одобряющего Августа.