Дикая и опасная
— Яп-пона мать. — Я сделала сразу несколько глотков кофе и нахмурилась. — Неутешительные выводы. Значит, думаешь, Ольгу использовали в качестве прикрытия? Чтобы самому не светиться? — Я покосилась на Вердена, нахмурившись.
Не нравились мне наши выводы, ой не нравились… Дай бог, чтобы мы ошибались, но интуиция подсказывала, что — нет.
— Скорее всего, — кивнул Тим. — Но мы этого наверняка не узнаем, пока не покопаемся в мозгах у Ольги. И неизвестно, что потом с этим делать, если «крот» сидит на информации. Дальше него не уйдет, а нас, скорее всего, будут пытаться устранить, — будничным тоном сообщил Верден. — Как опасных и слишком умных.
— Это ты к чему ведешь? — Я с подозрением уставилась на него.
— К тому, что не надо действовать нахрапом. — Тим поднял палец. — Сделаем морду кирпичом и будем наблюдать, собирать сведения, ждать удобного момента, больше пока все равно не сможем. Попробуем все же забраться Ольге в мозг, тихонько сначала, а если не получится — по обстановке. Надо как-то ухитриться обойти эту дурацкую систему пентаграммы. — Он задумчиво прищурился. — Судя по всему, к ним приставлены один или несколько человек, которые принимают и отправляют бумаги и нужные вещи. Другой причины, почему мой запрос насчет Ольги остался без внимания, я не вижу, он просто не дошел до нужного человека. Интересно, а у них есть выход в сеть? — неожиданный вопрос Вердена поверг меня в недоумение.
— Э-э… смею предположить, что либо нет, либо у них супер-защищенный отдельный канал, — осторожно предположила я, ибо во всем, что касается дебрей сисадминства, я полный профан. Так, хороший пользователь, но не более. Железо знаю, основной софт, если что, поставить умею, настройки там всякие инетные тоже, остальное для меня — все равно что высшая математика для ученика седьмого класса. — А чего это ты озадачился?
— Можно попробовать взломать, — задумчиво протянул альбинос.
Я не удержалась и фыркнула.
— Из области фантастики, — твердо заявила ему. — Иначе кто-то бы уже давно хакнул из любопытства, и слухи просочились. А так… Ты вот слышал что-нибудь о Базе и институте до того, как попал туда? — Верден покачал головой. — Во-о-от, нет, хотя они о твоей семье знали прекрасно.
— Три года назад ты считала фантастикой вампиров, колдунов и экстрасенсорные способности, — усмехнулся Верден.
Гм. Уел.
— Да не, слушай, ну анрил,[Анрил — от английского unreal: «невозможно», «нереально».] — я все-таки покачала головой, — во-первых, ты не знаешь, где искать и что искать. Инет большой, и там столько всякого мусора, что нужное не всегда можно найти. Потом, сомневаюсь, что у этих серьезных ребят свой сайт есть.
— Можно Гарика подключить, — продолжал гнуть свою линию Тим.
Вот упертый.
— Он же учится еще! — Я фыркнула и уставилась на альбиноса с осуждением. — И потом, на фига ты его-то в эту бодягу тянешь, когда тут может быть опасно? И мы толком еще ничего не знаем? — Желудок просигнализировал, что кофе ему мало, и я полезла в холодильник.
— Ладно, наверное, ты права, — за спиной раздался вздох. — Сонь, а как ты к Греции относишься?
Я от неожиданного вопроса чуть не уронила кусок любимого пармезана.
— Я к ней не отношусь, я в Питере живу, — пожала плечами, накромсала ломтиков и с удовольствием начала грызть.
Вообще испытываю к сыру нездоровую любовь, особенно к пармезану и камамберу.
— А если отдыхать? — Верден склонил голову, на его губах играла легкая улыбка.
— В смысле? — Что-то я сегодня тугодумием отличаюсь.
— Ты же согласилась поехать со мной? — терпеливо напомнил несносный альбинос.
— Когда это? — попыталась включить дурочку, но не прокатило.
— Со-о-онь, — мурлыкнул Тим. — Не начинай, а? Все ты прекрасно помнишь. Не, если хочешь до августа торчать в душном Питере… — Он пожал плечами и развел руками. — Ну честно, Сонька, хватит уже, не в загс же тащу, — ехидно добавил Верден.
Чуть не запустила в него кружкой, слава богу, пустой.
— Дурак ты и шуточки у тебя дурацкие. — Я сердито поджала губы. — На фига мне твой загс.
— Да мне, в общем, тоже без надобности, — легко согласился Верден. — Так что, поедем?
— Вот репей! Ну поедем, поедем, — сдалась и махнула рукой. — Мертвого уговоришь.
— Тогда я за путевками, а ты вещи собирай. — Тим весело подмигнул и встал. — Значит, Греция, да?
Шустрый такой, убиться веником. Ладно, кому вру, хочу, конечно, поехать куда-нибудь на юга. Пришла мысль, что огрызаюсь скорее по привычке, и стало немного не по себе. Наши отношения неуловимо менялись, и когда я периодически осознавала это, снова приходила паника. Потому что менялись они в сторону сближения, а принять, что нам никуда друг от друга уже не деться, было еще очень сложно. Пока это только где-то в самой глубине души маячило, и я не трогала подобное знание лишний раз.
— Хорошо, Греция, — кротко кивнула, дожевав последний кусочек сыра.
От внимательного взгляда Вердена я покраснела и опустила глаза.
— Ну да, да, не хочу спорить и ругаться! — выпалила, чувствуя, как краска переползает на уши и шею. — Нарисуй себе на лбу звездочку и иди уже куда собирался!
Слава те господи, ему хватило ума не комментировать мое заявление. Довольно ухмыляясь, Верден вышел из кухни, быстро собрался и ушел, а я начала складывать сумку, рассеянно размышляя о наших недавних выводах насчет Ольги и всей ситуации в целом. В общем, ничего нового, конечно, в голову не пришло, но родилась беспокойная мысль: если мы так явно обозначили свои подозрения и если они хотя бы на четверть соответствуют правде, а не грохнут ли нас под шумок за излишнюю инициативу?! Не накапает ли этот неизвестный «крот» своему хозяину? И еще. Пока в голове как-то не укладывалось, что Ольга встряла по полной и могла так всех подставить. Я же с ней три года в одной комнате прожила и вполне себе нормально, да и после выпуска мы ничего так зажгли с ней. Вспомнился ее взгляд после нашего с Тимом танца, и все подозрения разом перестали быть нелепыми домыслами. Ольга, Ольга, ну что же ты так, ведь вменяемый человечек, с какого перепугу так взъелась на обычную, в общем, ситуацию?! Сама же видела, альбинос ни на кого не смотрел, кроме меня, пусть я и бегала от него… Мысли снова вернулись к тому, насколько проинформирован неизвестный хозяин «крота» о нас и не стоит ли обезопасить себя от возможного покушения.
Пока не пришел Верден, я места себе не находила, все валилось из рук. И едва в коридоре послышались шаги, поспешила навстречу.
— Тим, а вот если там есть «крот», то, может, зря мы написали, что подозреваем кого-то за спиной Ольги? — выпалила я не дававший покоя вопрос. — Может, надо было молчать в тряпочку?
— А я ничего такого в подробностях не писал. — Тим хитро улыбнулся. — Просто переспросил, нет ли ошибки в назначении — это нормально, поскольку с первого курса знал, что меня назначат. Если бы не спросил, вот тогда забеспокоились бы, и логично продолжить, а не стоит ли кто за спиной у Ольги из покровителей, что я и озвучил. Все, вопрос исчерпан, — решительно заявил он, закрывая тему. — Будем рыпаться дальше — уже можем огрести, я говорил. Так что успокойся, никто по твою душу не придет в ближайшее время. У нас самолет через два дня, на Родос летим, — резко перевел он тему. — Собрала сумку-то?
Вот не зря, не зря Вердена с первого курса выделили. Я бы и не подумала о том, что можно же и не напрямую попытаться узнать, зарядила в лоб бы, да и все.
— Ну, раз такое дело, то да, только и остается, что отдыхать, — вздохнула я. — Сумку ща соберу до конца.
Через два дня утром мы отбыли греть кости и полоскаться в двух морях. В кои-то веки у меня было отличное настроение и твердое намерение в ближайшие десять дней не портить себе отдых ничем. Пусть Верден радуется, буду паинькой. И даже не буду рычать сильно, если опять… будет на спину валить. Так, покусаю, чтоб не расслаблялся.
Возвращались мы дня за два до первого числа, и по пути из аэропорта домой Верден провел для меня краткий инструктаж, как вести себя с Ольгой.