Рыбари и Виноградари. В начале перемен.
Кто-то вновь деликатно покашлял.
Барон, не поворачиваясь, зарычал.
— Извините, — сказали сзади, и наступила тишина.
Он опять был один.
Надо узнать, как дела у Софии. Секретарь доложил, что доктор уже приехал и заканчивает осмотр. Анри решительным шагом отправился в гостевое крыло.
Когда он появился в комнате, там уже было не протолкнуться. Собрались все. Осталось позвать коня с конюхом.
— Вполне здоровый организм, — сообщил доктор. — Думаю, просто сказалась усталость. Сон в данном случае — лучшее лекарство. Однако обследование и анализы не помешают.
Соня действительно выглядела уже вполне прилично. Она улыбнулась:
— Похоже, у меня появилась своя комната. Экономлю на отелях, даже неловко.
— Не волнуйся. Пришлю счёт.
— Тогда тапочки дайте. Ой, я ещё и мобильник заряжу!
— Конечно, — заметил барон. — Но думаю, что настоящая клиника будет всё же надёжнее. Как сказал доктор, лучше сделать обследования.
— Зачем? Всё уже нормально.
Селин, погладила её руку:
— Дорогая, волнения последних дней подкосили твое здоровье. Опять же, вселение Божественного сознания в человеческое тело последний раз наблюдалось две тысячи лет назад. Явление нечастое. Надо разобраться. Может быть, есть изменения в твоём организме. Хорошая частная клиника, лучшие врачи.
Барон кивнул:
— Обследование займёт максимум неделю.
— Чувствую себя хорошо. Но вам виднее. Буду пить кефир, грызть салат и спать, как черепаха. Она никуда не торопится и живёт четыреста лет.
«Как быстро девушка повзрослела», — подумал барон.
— Извини за любопытство, сколько тебе? — уточнил он.
— Пару стаканов в день хватит.
София ему нравилась. Но кто-то главный в мироздании не терпит, когда обожают не только его. От Авраама небеса потребовали убить единственного ребёнка. Бога кто-то заставил распять собственного сына. Жертва угодна Вселенной.
За первую пару сотен лет своей жизни барон пришёл к выводу, что нет неблаговидных поступков, а есть лишь отношение к ним, своё или чужое. Многие люди опутаны ржавыми цепями представлений о добродетели. Но если не хочешь сойти с ума, надо ежеминутно менять внутреннюю мораль, приспосабливать её под обстоятельства.
Барон наткнулся на взгляд Вадима. Может быть, тот что-то подозревает. Да и у Ольги в глазах искрится догадка. Андрей осторожно выглядывал из-за спины подруги, отчего казалось, что у той две головы. Одна из которых явно предпочла бы оказаться отсюда подальше. Даже муляжи рыцарей изумленно и осуждающе уставились пустыми шлемами.
С каждым мгновением всё труднее остановиться. А уж свернуть вообще не удастся. Намеченное двинулось отходящим от перрона поездом. Пусть девочка пьёт свой кефир. Сейчас следует позаботиться о человечестве.
Надо объяснить план команде, и не здесь, в замке, а в безопасном месте, где даже небесным силам будет непросто подслушать их беседу.
— Пожалуйста, внимание, — произнёс барон весомо. — Пока София отдохнёт, мы тоже развеемся, если у присутствующих нет возражений. Иногда надо провести недельку в стороне от дел. Приглашаю всех на солнечные греческие острова. Там сейчас бархатный сезон, не то что осенняя погода в крепости Ла-Рошель.
Все с недоумением смотрели на барона. Даже жена, для которой новость о романтическом путешествии в большой компании была явно неожиданностью.
Наконец она что-то сообразила:
— Хорошая идея. Только езжайте без меня. Извини, дорогой, но у меня очень важные дела. И уже ничего нельзя отодвинуть.
Вот что значит умная женщина. Ничего не надо объяснять. Всё схватывает на лету. А вот остальные соображают туго. Не поймут, что этот разговор внимательно слушает множество невидимых существ. Вот и приходится говорить намёками, как в шпионском романе. Пусть будет тайной, что в моём рукаве есть джокер, способный поломать все Божественные планы. Ну же, Максим, соображай быстрее.
Вот. В глазах сотрудников появляется понимание. Вспомнили, что Ла-Рошель — место, где мушкетёры в романе Дюма устроили совет и шпионы кардинала не могли подслушать беседу.
— Кто хранит уста свои, тот бережёт душу свою, говорил царь Соломон, — заявил Максим.
Похоже, он первый догадался.
— Мудрый был царь, — согласился Вадим.
Так, и этот понял.
— Андрей поедет с нами. — То ли спросила, то ли потребовала Ольга.