Прости мне мои грехи. Книга 2
Коул еще мог замечать такие вещи, как тонкая талия. Татуировка на бедре, просвечивающая через тонкую ткань длинной юбки. И даже родинка под ребром, которую он так часто целовал, но никогда не отдавал себе отчет в этом.
А она всегда смеялась, когда он это делал - щекотно. Тоже неосознанно, но так искренне, что Коулу захотелось закричать от этого воспоминания.
Закрыть ее своим телом, лишь бы эти гребанные пары глаз не видели ее в таком виде.
Не видели ее такой, какой она должна быть только для него.
Не было сомнений в том, что это была Ребекка, и у не были совсем другие планы на этот вечер.
- Я надеюсь, вам понравилось. - Гидеон посмотрел на Коула, который схватился за край стола, возле которого стоял. Он вцепился в него так, что костяшки его пальцев побелели.
"Отлично", - подумал Гидеон, переводя внимание на Ребекку, которая наконец-то сняла свою вуаль и встала рядом с ним. "Все идет так, как мы и планировали".
- Прежде чем вы захотите выполнять очередное дурацкое задание вашего предводителя, советую вам послушать меня. - Ребекка посмотрела на побледневшего Коула, который не мог ничего с ней сделать, хотя явно мечтал сцепить ошейник на ее горле. - Хочу вам рассказать о том, что знали только я и Гидеон. Вы думаете, что он - тот, кого вас стоит бояться? - Ребекка улыбнулась, ничего непонимающим братьям. Она выглядела счастливой, но улыбка ее была поддельной, пластиковой. На лице лежали тонны косметики, которые скрывали следы усталости, слез и бессонных ночей.
Следы того, как ей трудно далось принять это решение.
Как трудно ей было узнать всю правду о Коуле.
И еще труднее рассказать о ней всем, опозорив его как шавку. Опустив ниже плинтуса.
Она знала, что поступает мерзко, поэтому решилась скрыть самое главное ото всех, завуалировав правду. Просто настроить их всех против него.
Просто проучить.
Если уж он позаботился о том, чтобы она его запомнила, то она приложит к этому еще больше усилий.
Раздавит его, лишив власти над братством.
- Я думаю, что он этого не стоит. - Она тяжело вздохнула, и ее голос стал громче, когда она заговорила вновь. - Я думаю, что такого, как он, стоит пожалеть. Коул - лишь маленький мальчик. Забитый, несчастный. Он всегда был таким, уж поверьте мне, - я проучилась с ним в школе много лет, наблюдая за тем, как его челка из черных крашенных волос закрывает его, согласитесь, не самое красивое лицо.
На миг Ребекка замерла, опустив взгляд. Как будто обдумывала, стоит ли произносить разоблачительную речь дальше.
Ей было тяжело, очень тяжело, но боль и злость, зародившаяся в сердце, разрушила все то чистое и светлое, что там было.
Что появилось только благодаря Коулу и благодаря ему же исчезло, не оставив даже того, без чего не может ни один человек - надежды.
Надежды на то, что их отношения станут нормальными, больше нет.
Надежды на то, что он когда-нибудь перестанет причинять ей боль, позорить перед всеми и издеваться, тоже нет.
Поэтому, она вернулась к своему старому принципу - нападение всегда было ее лучшей защитой.
- Вы можете сказать, что все люди меняются, но это не так. Да, может быть, он похорошел, подкачал свои мышцы и набил кучу татуировок, которые, якобы, сделали его дофига крутым. - Девушка хмыкнула, врезаясь в орла на груди еле-стоявшего Коула.
Дурацкая татуировка напомнила обо всем, что было с ней связано.
О том, как упиралась ладонями в его крылья или прижималась губами к ключицам Коула, обводя поцелуями рисунок тату.
"Только не смей останавливаться. Только не смей, черт возьми, плакать. Ты не должна... Не должна этого делать".
- Но это не изменит того, что все это время он просто давил на ваши слабости, прикрывая свою. Правда в том, что он сам даже никогда не проходил все эти жуткие испытания, которым подвергает вас. Избивает. Или что там еще. В детстве с ним вытворяли то же самое.
- П-по т-твоему приказу, с-с-сука... - Заикаясь, вдруг прохрипел Коул.
Он менялся на глазах. Его белки налились кровью, а глаза потемнели, но теперь не напоминали о Дьяволе, который ранее внушал всем страх. Теперь его глаза был цвета прогнившего серого болота, полного безысходности.
- Молчи, не трать свои силы. Иначе уснешь, не дослушав мою речь, милый. - Ребекка облизнула пересохшие губы и продолжила, смерив Коула уничтожающим взглядом.
- Просто, видите ли, его семья управляла братством в течение многих поколений. Если быть точнее - в трех. Дальше - больше. Все трое его предшественников провели большую часть жизни в психиатрической больнице. Там, где, возможно, место и Коулу.
- Хочешь сказать, мы потакаем какому-то психу?
- Ну и срать, в чем проблема-то?
По комнате прошелся гомон из нескольких мнений. Тишину восстановить было уже невозможно. И братья, которые привыкли доверять и слушаться Коула и новички были возмущены тем, что они чего-то не знали. О проблемах Коула узнал только Гидеон, и то после того, как Ребекка позвонила ему и предложила вместе довести Коула до ручки.
- Стоп, ребят? Не проходил отбора? То есть мы зубрим дурацкий устав наизусть, а это чмо никогда не проходило через этот ад?! - высказался один из братьев.
- Знаете, я могла бы рассказать вам еще больше. Но не стану. Потому что мне жаль его... Вы только посмотрите, что делается с вашим предводителем после одного глотка виски... - Ребекка сделала шаг к Коулу и заглянула в его стеклянные глаза.
Даже сейчас он был под защитой собственной стены, через которую она не могла пробраться и узнать, о чем он думает.
Ненавидит ее. Хочет убить.
- Я думаю, что вам стоит задуматься и выбрать более достойного кандидата. Гидеона, например. Я не буду настаивать на своей правоте, просто хочу, чтобы каждый из вас помнил: сможете ли вы пойти за лидером, который пытается вас контролировать, в то время как сам себя контролировать он не в силах?
Она заглянула в глаза каждому, прежде чем закончить свою речь. Она приблизилась к Коулу безумно близко, что было безусловно опасно. Но она надеялась, что он уже не чувствует ничего, кроме тумана, застелившего разум. Поэтому Ребекка дернула его руку на себя и показала запястье всему братству.
- Наш бедный мальчик, Коул... Кто же тебя так обидел, что ты аж вены себе порезал? А?