Рыба без головы. Апокалипсис (СИ)

Павел выстрелил ему в голову. Тот упал на асфальт, вокруг его головы стала растекаться лужа крови. Остальные осужденные при выстреле вздрогнули. Они подняли к небу полные мольбы глаза. А толпа одобрительно загудела.
— Правильно! — донеслись отдельные возгласы, — казнить мразей!
— Корзинин Дмитрий Георгиевич, состоял в банде, незаконно оккупировавшей продуктовый склад, создав тем самым угрозу голода. Банда так же похищала людей для обращения в рабство. Кроме того, члены этой банды убили наших товарищей. Приговор Народного Трибунала: Казнить, — зачитал Павел следующий пункт.
Выстрел. Еще один труп с дыркой в черепе.
— Маразетов Ильдар Вазементович, состоял в банде, которая терроризировала население, под угрозой физической расправы отнимая у них продукты, похищала людей для обращения в рабство. Хотя он и сотрудничал со следствием, но Народный трибунал посчитал, что этого недостаточно. Приговор: казнить!
Остался последний. Он был весь в бинтах. И тихо шептал:
— Пожалуйста, пощадите!
Eго шепот мог слышать только Павел. Но он продолжая сохранять каменное выражение лица зачитал последний приговор:
— Белоусов Ринат Артурович, состоял в банде, незаконно оккупировавшей продуктовый склад, создав тем самым угрозу голода. Банда так же похищала людей для обращения их в рабство. Кроме того, члены той банды убили наших товарищей. Но сам подсудимый не принимал участия в убийстве, кроме того, он был против того, чтобы захватывать людей и обращать их в рабство. На почве данных разногласий у него был конфликт с другим членом банды, который вылился в драку, в ходе которой подсудимому были нанесены ножевые ранения от бывшего сообщника. Приговор народного трибунала: помиловать!
Бандит удивленно уставился на Павла, не веря своим ушам. По толпе пронесся недовольный гул.
— Я понимаю, что вы все жаждите отмщения. Но мы должны быть милосердны к тем, кто оступился и чистосердечно раскаивается в содеянном. Но если кто-то из вас не согласен с решением Народного Трибунала, предлагаю выйти сюда и провозгласить собрание нового Народного Трибунала.
Павел замолчал, старого оглядывая присутствующих. Гул смолк.
— Да ладно, пусть живет, — сказала кто-то из толпы, — раз действительно никого не убивал…
— А если он врет? — подняла вопрос стоящая неподалеку женщина в штормовке и красной косынке.
— Да, действительно, — согласился Павел, — мы не можем так вот сразу доверять тому, кто недавно состоял в опасной банде. Поэтому ему устанавливается испытательный срок два месяца, в течении которого осужденный будет находиться под строгим надзором Народной Милиции. Если в течении испытательного срока он не даст повод усомниться в его честности и сознательности, то будет собрана специальная комиссия, которая определит его место в нашей Коммуне. В противном случае помилование будет заменено на казнь.
Перед тем как пойти в школу, Вадик забежал в больницу к Антону. Тот уже не лежал в кровати, а сидел за столиком и читал книгу.
— О, привет! — сказал он, — как дела?
— Отлично, — улыбнулся мальчик, — сегодня меня будут принимать в пионеры.
— Вау! Круто. Завидую. А я вот не был пионером, пионерскую организацию распустили за несколько месяцев до моего рождения, — вздохнул Зубатов.
— А что ты читаешь? — спросил Вадик, выхватив у него из рук книгу.
— Эй, нельзя так! — строго сказал Антон.
А Вадик тем временем прочитал название:
— Николай Островский. «Как закалялась сталь». Это про что?
— Про героя, который боролся за дело коммунистической партии!
— Ух ты! Дашь потом почитать?
— Конечно, приходи после школы, заберешь. А теперь беги, а то опоздаешь.
Мальчик вприпрыжку побежал в школу. По дороге он ненадолго задержался, чтобы полюбоваться на солнышко, ненадолго выглянувшем из-за туч. Наступало бабье-лето, и это не могло не радовать. Вадик глядел на небо, прищурив глаза. Потом он так же вприпрыжку добежал до школы. В актовом зале собрались множество взрослых и детей.
 
Вскоре началась церемония. Счастливчики, которых одним из первых принимали в пионеры, выстроились в линейку. Маргарита, которая теперь работала в этой школе учительницей химии, сказала:
— Ну что, начнем.
Вперед вышла рыжеволосая девочка в джинсах и белой футболке. Маргарита покачала головой, оглядев детей. Все были одеты как попало, в кто нелепые рубашки, местами грязные, кто в безвкусные худи. И почти все в джинсах. А обувь — кроссовки. Нет, не так она себе это представляла. Женщина еще помнила тот момент из своего детства, когда прижимали в пионеры. Тогда все были одеты в строгую школьную форму, а девочки в накрахмаленных белых передниках. Но сейчас другое время. Кругом разруха и апокалипсис.
— Я, Ефремова Дина, вступая в ряды пионерской организации имени Коммуны города Бавлы, перед лицом своих товарищей торжественно клянусь, … — говорила девочка, а Маргарита задумчиво улыбалась, вспоминая свое счастливое детство в светлом СССР.
— … буду твёрдо стоять за дело рабочего класса в его борьбе за освобождение трудящихся всего мира, — продолжала говорить девочка, — Буду честно и неуклонно выполнять заветы Ильича — Законы юных пионеров.
— К борьбе за дело построения коммунизма будь готова! — четко произнесла Маргарита.
— Всегда готова! — так же четко ответила Дина, вскинув руку к голове.
Маргарита повязала ей на шею пионерский галстук, который представлял собой кусок красной материи.
Следующий произнес торжественную клятву мальчик в клетчатой рубашке. Когда дошла очередь до Вадика, он переволновался, и сказал:
— Я, вступая в ряды скаутов… ой….
Мальчик покраснел как рак. Но быстро взял себя в руки и все сказал клятву с начала. Маргарита улыбнулась, ласково потрепала его по голове и тоже повязала на шею галстук.
— Ну что, к борьбе за дело построения коммунизма готов, пионер-скаут?
— Всегда готов! — отрапортовал он.
Чуть позже, когда новоиспеченные пионеры ходили туда-сюда с важным видом, прозвенел звонок, извещающий о том, что пора идти на урок.