Бесценный дар (СИ)
Высшие магистры Бенедикт и Никодим, обнявшись, рыдали друг другу в плечо. Сестра Гонория, повиснув на Евстахии, плакала и смеялась, оглаживая престарелого магистра по спине. Евстахий помаргивал, словно только что проснувшись. Перевёл взгляд на Гонорию и робко погладил её по растрёпанным волосам. Сестра всхлипнула. Магистр Митрофан, ступая медленно, как во сне, собирал свалившиеся на траву ритуальные чаши в холщовый мешок.
Господин Кулябин вытащил из кармана зажигалку. Со щелчком выскочил огонёк, Игорь Иванович поднёс его к зажатой в зубах сигарете. Пыхнул, выпустив облачко ароматного дыма. Взглянул на Астру и виновато улыбнулся.
— Извини, девочка. Глупая вышла шутка. Если бы я знал, что ты жива…
— Ты всё равно поступил бы так же, — сказал Фома. — Он взял Астру за руку, она вырвалась. — Я тебя знаю.
— Так это была шутка? — прохрипел премьер, и зашёлся в приступе кашля. Торопливо глотнул из бутылочки.
— Как бы ещё они признались? — невозмутимо ответил Игорь Иванович. — А здорово бумкнуло. Виртуоз я всё-таки. Ювелирная работа.
Он неожиданно широко улыбнулся, и на миг стал прежним Игорьком, что двадцать лет назад взрывал петарды в кабинете генерального директора.
— Астра, — сказал Фома. Он взял её за руку, и она замотала головой. Ей хотелось плакать. Она чувствовала странную лёгкость, словно сбросила с себя страшную тяжесть, которую несла так давно, что заметила только, когда избавилась от неё. И ещё она ощущала, что её червячок всё ещё здесь, невидимо обвился вокруг лодыжки. И она не знает, что с ним делать. Что делать с Фомой. Что делать со своей жизнью.
— Тогда, когда ты приехал за мной, ты знал? Знал, кто я?
— Астра, не плачь. Я всё тебе объясню.
— Иди к чёрту! — крикнула она, вырвала руку, и зашагала прочь, не разбирая дороги. Глаза защипало, слёзы мешали видеть, она вслепую переступила сдвинувшийся с места круг из плоских валунов, и пошла к дороге. К дороге домой. Где ждала Дуняша и витал дух бабки Матильды.
Эпилог
— Совсем сдал старик, — Базиль отпустил руку брата Альфреда и перевёл дух.
Пока потрясённые граждане приходили в себя, Базиль с Викентием подхватили стоящего на коленях наставника, вывели с поляны и потащили через сосняк.
— Тебя бы так приложили, — пропыхтел Викентий, придерживая Альфреда за талию. Наставник тихо покачивался. — Не встал бы. Ходу. А то ещё вспомнят, что мы там были.
Они подхватили брата под локти, и повлекли вперёд. Сквозь белый частокол берёзок мелькнула дорога.
— Куда теперь? — Базиль прислонил Альфреда к придорожному столбу. Альфред прикрыл глаза.
— Отлежаться бы, — сказал Викентий. Он задумчиво пошарил в кармашке куртки. Вытянул коммуникатор и ткнул пальцем. — Те тётки, блондинки крашеные. Они ж местные.
— Думаешь, они тебя вспомнят?
— Твоя брюнетка, когда от тебя отлипла, пищала, чтоб в любое время. — Викентий гаркнул в трубку: — Девчонки! Привет! Да, это мы!
Базиль потрогал припухшую губу. Вздохнул, отлепляя Альфреда от столба.
— Ждут, — деловито сказал брат, сунув в карман комм. — Тащим Альфреда к перекрёстку. Сейчас подъедут.
— А старика куда? — спросил Базиль, закидывая руку наставника на плечо. — Тоже к девчонкам?
Викентий оглядел безучастно переставлявшего ноги по пыльному тракту учителя. Тот, не отрываясь, смотрел на дорогу, убегающую за розовеющий горизонт.
— К девчонкам. Хуже уже не будет.
Он взялся за Альфреда с другой стороны, и они вдвоём повели брата к развилке.
* * *Магистр Митрофан устало помаргивал покрасневшими глазами, сжимая потными ладонями руль. Посты на дороге ещё не сняли, и сейчас ему не хватило бы силы, даже чтобы дать взятку инспектору. Не то чтобы отвести глаза спецам. Но впереди шёл серый седан, и небрежный жест в сторону фургона, где дремали магистры, что делал каждый раз майор Зуйков, оказывал магическое действие. Постовой брал под козырёк, почтительно возвращал удостоверение, и отступал к обочине.
— Надо избрать главу Ордена, — сонно пробормотал Высший магистр Никодим.
— Мы ещё до города не доехали, — проворчал в ответ Высший магистр Бенедикт.
Он посмотрел вглубь фургона, где дремал Евстахий, привалившись к стенке. Рядом свернулась калачиком на сиденье сестра Гонория.
— А впрочем… Что вы скажете, друг мой, о временном исполняющем обязанности? Кандидатура уважаемого Евстахия кажется мне вполне подходящей.
Никодим проследил за его взглядом. Престарелый магистр тихо посапывал, сложив узловатые руки на коленях, и мерно покачивая головой.
— Пожалуй, — задумчиво произнёс Высший магистр. — Друг Евстахий — опытный член совета. А сегодня он просто превзошёл самого себя, защищая наше дело.
— Да, достойная кандидатура, — подтвердил другой член совета, глядя на мирно дремлющего престарелого магистра. — Думаю, он всех устраивает.
— Тогда я, с вашего позволения, соберу совет по приезде, — довольно откликнулся Высший магистр Бенедикт, потирая ладони. И добавил, примирительно подняв руки в ответ на поднявшийся ропот:
— Конечно, конечно! Выдержим достойную паузу. Нам всем нужно отдохнуть.
Члены совета, придя к согласию, расслабились и задремали, отвернувшись от ничего не подозревающего, мирно качающего во сне головой магистра Евстахия.
* * *— Это будет репортаж века, — человек в комбинезоне, обшитом кармашками и лямочками, снял кепку и тряхнул головой. По плечам, затянутым в плотную серую ткань, рассыпались огненно-рыжие волосы. — Наш проект выйдет в первую десятку.
Анна стянула чёрные очки, закрывавшие пол-лица, повернулась к водителю седана и ласково потрепала по щеке:
— Ты просто чудо, Зуйков. Проси, что хочешь.
— Что хочу? — откликнулся полицейский, скосив взгляд на журналистку. Та промурлыкала, крутя в пальцах крохотную видеокамеру:
— Кроме моей руки.
— Я и не надеялся.
— Просто я уже решила выйти за тебя.
Седан вильнул, свистнули шины.
— Ребёнку нужен отец. Ты согласен, Зуйков?
— С чем — что нужен отец, или жениться?
Она засмеялась:
— И то, и другое.
Он откашлялся, глядя на дорогу. Помолчал.
— Будущий отец Зуйков даст ответ сегодня вечером. Дай ему прийти в себя.
— Как ты официален, — промурлыкала Анна, потягиваясь на сиденье. — Ладно, я это заслужила. Можешь немножко подуться. Но только до вечера.
Полицейский кивнул, коротко глянул на открывшуюся под воротом комбинезона, который она успела расстегнуть, стройную шейку и разметавшиеся по плечам огненные пряди волос.
— До вечера.
* * *— Меня вызывали, — майор Зуйков показал документ. Охранник кивнул.
— Вас ждут.
Полицейский толкнул дверь кабинета. У широкого окна стоял человек. При появлении майора он быстро обернулся, и мгновение смотрел на вошедшего следователя.
— Так вот как я выгляжу со стороны, — сказал хрипловато. Одёрнул манжеты, поправил идеальный узелок галстука. — Наконец-то. А то, как гляну в зеркало, так голова кружится.
— Надеюсь, вас не слишком беспокоили? — спросил полицейский, войдя в кабинет, и останавливаясь напротив. Хмыкнул: — А мой костюм мне идёт.
Облик его, как и стоящего напротив человека, подёрнулся дымкой, затрепетал и неуловимо быстро изменился. Теперь у окна стоял следователь.
— Да, всё прошло прекрасно, — полицейский следователь, отойдя от окна, проследил, как советник президента по дела Существ садится в удобное кресло и хозяйским жестом поглаживает полированные подлокотники.
— Много было работы? — спросил советник.
— Совсем не было. Заходил один раз президент, я сделал вид, что сплю.
Хозяин кабинета засмеялся, хлопнув ладонью по подлокотнику.
— Вы дали пищу для очередной байки. Но к делу. Ваш вопрос можно закрывать. Исчерпывающий доклад по делу об убийстве и документы вы найдёте у себя в коммуникаторе. Теперь о цене.