Дюна. В коллекции. Книга 1 (СИ)
— Может, еще поищем?
— Ну да, оденем тебя с “Ванчайского” рынка и произведем фурор, — зарычала Маринка.
— Одолжи мне свое платье, — предложила я более экономный вариант, бросая взгляд на её высокий силуэт.
— Ты мелкая и худей меня. Будет видно, что с чужого плеча.
Я хотела возразить, но Марина, чувствуя мой настрой, грозно добавила:
— Ты хочешь меня подставить перед начальством?
— Нет, не хочу, — вздохнула я, но, бросив взгляд на длинные ряды с одеждой, добавила: — Я сама выберу.
Все еще мысленно возмущаясь ценами, я отобрала несколько нарядов подешевле и зашла в примерочную кабинку.
Надев один из нарядов — длинное в пол закрытое платье из светло-бежевого шелка без рукавов, я прошлась по шелку, облегающему фигуру, рукой и вышла к подруге.
— Тебе идет, подчеркивает тонкие руки и натуральный пшеничный оттенок волос, — склонив голову на бок, довольным голосом произнесла она и, передавая девушке из бутика свою кредитку, добавила. — А теперь в салон красоты.
Глава 4
Ровно в восемь сорок пять мы с Мариной стояли у отеля “Golden Plaza and Tower”, и я, подняв голову, в очередной раз удивлялась масштабности Гонконга. Два здания, необычно прилегавших друг к другу, впечатляли не только внешним обликом, состоящим из позолоченных и черных зеркальных поверхностей, но и габаритами, уносясь высоко вверх, словно острые черно-золотые иглы.
“Еще один муравейник, только лакшери класса”, - тихо прошептала я, а Марина, в элегантном платье оттенка изумруда, взяла меня за руку и повела внутрь.
Портье, вежливо поздоровавшись, открыл перед нами врата в это золотое царство, и мне в очередной раз захотелось прикрыть глаза от блеска всей этой роскоши.
Пока мы шли к лифтам, с Мариной то и дело здоровались девушки с ресепшена, и бросали на меня улыбчивый взгляд, я же улыбалась будущим коллегам в ответ и, жутко волнуясь, словно на экзамене, сжимала пальцами небольшой клатч.
— Отель строился несколько лет, открылся неделю назад, — между тем говорила Марина, заходя в лифт. — Он входит в офисно-гостиничный комплекс Коул-Пропертис и Ли Ханг лэнд.
— Что это за комплекс? — поинтересовалась я, потому что этой информации я не нашла, когда читала о моем будущем месте работы.
— Один из операторов недвижимости в Гонконге. Им также принадлежат дочерние компании, которые занимаются не только гостиничным делом, но и строительством, торговлей, финансами и прочее и прочее…
— А второе здание тоже отель?
— Нет. В соседней башне внизу офисы, а дальше — жилые квартиры, которые сдаются на длительное время и обслуживаются по принципу пятизвездочного отеля, — ответила она, и я лишь кивнула, заправляя за ухо длинную ровную прядь.
Фуршет, или, как Марина его назвала, междусобойчик для ТОПов, проходил на последнем — восемьдесят восьмом этаже, где располагался один из бассейнов, прилегавший прямо к прозрачной стене.
Когда мы вышли на огромное застекленное пространство, у меня в очередной раз перехватило дыхание от потрясающего вида гавани и ночного города, мирно лежавшего под нашими ногами.
Мы приехали чуть раньше, однако гости уже начали собираться, и теперь я понимала негодование Марины по поводу моего желания купить наряд “подешевле”. Мужчины были в костюмах, дамы в красивых платьях и драгоценностях, отливавших в вечерних огнях и придававших еще больше блеска этому мероприятию. На их фоне я и даже Марина смотрелись скромно.
Здесь, как я поняла, собрался если не весь, то точно часть цвета Гонконгской элиты — от директоров предприятий до владельцев банков. В основном превалировали азиаты с непроизносимыми именами, и тогда я про себя их называла одним простым, но емким выражением из детского стихотворения, которое любила цитировать моя сестрица “Владельцы заводов, газет, пароходов”.
Марина, которая работала в отделе по связям с общественностью, знала многих. Она, без труда переходя то на английский, то на кантонский, могла поддержать беседу на любую тему и чувствовала себя как рыба в воде. В отличие от меня. Я никогда ранее не была на мероприятиях подобного уровня, и теперь держалась в тени, говорила, лишь когда у меня что-то спрашивали, и впитывала, как губка, каждое слово и жест Рудовой.
Ее начальница, Регина Лант, тоже была здесь. Увидев нас, она официально поздоровалась, и было понятно, что она узнала меня. Бросив на меня строгий оценивающий взгляд, она кивнула и, отдав распоряжение Марине, чтобы та не забывала контролировать приезд гостей, отошла к группе азиатов со снифферами в руках.
Я не привыкла ходить на каблуках, и уже через полчаса мои лодыжки разнылись, я порой отходила в темный закоулок, чтобы отдохнуть, и откровенно воссторгалась Маринкой, носившейся на шпильках среди гостей от бассейна до бара и небольшой эстрадной площадки, где играл блюз.
— Ну, сейчас еще последние гости подтянутся и, можно сказать, сабантуй удался, — усмехнулась Маринка, отпивая шампанское, а я, рассматривая её разгоряченные щеки, с тихим восхищением спросила: — Где ты так по-китайски научилась разговаривать?
— Много где, — уклончиво ответила она.
— И все же? — не уступала я.
— Я проучилась три года на востфаке во Владике, ну а потом жизнь сама меня научила, — махнула она рукой, а в следующую минуту на входе в лаундж зону появилась группа мужчин и женщин — по большей части китайцев. Но среди них были и европейцы.
Как мне показалось, нескольких азиатов и двух европейцев я узнала — один был среднего роста седовласый господин, а второй — высокий брюнет крепкого телосложения. Они тоже были в Мариинке. Правда, тогда я не сильно присматривалась в ложу бенуара — лишь раз бросила туда взгляд, когда Марина помахала мне рукой. Помню лишь, что в первом ряду сидела она с миссис Лант и китайцами, а позади наши питерцы, среди которых были и эти два европейца. Тогда рядом с высоким мужчиной сидела молодая девушка-блондинка, определенно, русская, и поэтому я приняла их за своих. Сейчас высокий мужчина говорил что-то китайцу и был один, без хрупкой блондинки.
— Ну вот и главные подъехали… — прошептала Марина, а Регина Лант, увидев вновь прибывших гостей, тут же пошла навстречу, шире всего улыбаясь высокому мужчине-европейцу.
— Кто это? — тихо спросила я.
— Мистер Коул, а маленький азиат — мистер Ханг, — улыбнулась Марина, внимательно наблюдая за ними.
— Они ведь тоже был в театре?
— Ну да, — подтвердила Рудова, не отводя взгляда от высокого начальства и будто чего-то выжидая.
Между тем, к ним подходили гости, здоровались, о чем-то говорили, а Регина Лант, заняв позицию рядом с Коулом, держалась так прямо и напряженно, словно боялась проколоться.
— Мне кажется, или твоя начальница боится этого мистера Коула?
Марина промолчала, продолжая чего-то выжидать, а я присмотрелась к нему повнимательней.
Высокий, лет сорока, крепкого телосложения, густые аккуратно подстриженные черные волосы и крупный нос. Похожий на арабский. Как мне показалось, мужчина все же был европейцем, скорее походило, что его нос перебили в драке, что придавало его внешности еще больше резких черт. Глаза. Я всегда обращала внимание на глаза. Как зеркало души. Но здесь души я не видела. Несмотря на то, что он широко улыбался какой-то шутке, порой громко смеялся, оголяя свои белые зубы, и дружелюбно разговаривал с очередным гостем, его темные, почти черные глаза оставались неподвижными. В них не было тепла.
С одной стороны, казалось, что он смотрел на окружающее равнодушно, но в то же время улавливался острый взгляд, словно черный объектив камеры, выхватывающий самые важные моменты.
Внезапно музыка прекратилась, на сцену вышел один из китайцев, которого я видела в Питере, и все присутствующие развернулись к нему. Подняв бокал, он начал говорить о развитии рынка недвижимости в Гонконге, а Марина тем временем взяла меня за руку и быстрым шагом устремилась к Регине Лант, стоявшей рядом с Коулом.