Изнасилование (СИ)
Я включила холодную воду и брызнула ей на лицо. Тошнота отпускала. Отходила. Откатывалась волной. Я перевела дыхание. Умничка. Кажется, я смогла перебороть одно из тяжких испытаний. Если буду таким героем и дальше, то Йесон мне будет по плечу. С такой выдержкой, как у него, нужен не менее хладнокровный противник.
Я подошла к окну и посмотрела вниз с огромной высоты. Вид был неописуемо прекрасным. Зажигающиеся огни улиц и проспектов где-то далеко-далеко, крошечные дома, такие же машинки с зажигающимися фарами, люди-точки. Розово-алый закат на горизонте, неровными линиями прорезавший небо с помощью перьевых редких облаков. Первые звезды и стремящиеся к ним здания-башни тут и там. Захватывало дух, что теперь этот пейзаж принадлежит мне! Я могла бы сейчас быть абсолютно счастлива, если бы рядом сидел на своем стульчике ДжеСоб и я могла взять его крошечную ручку в ладонь.
И тут во мне проснулась здоровая молодая девушка, которой я не видела давным-давно. Такие обычно грезят перед сном о принцах, отвлекаются на занятиях и во время работы на мечты, бегают на свидания, жаждут романтики и любимого парня рядом. Плачут от умиления в кинотеатрах на просмотрах мелодрам, завидуют парочкам и учатся готовить повкуснее в надежде однажды поймать на деликатес понравившегося молодого человека. Так вот, этой особы в себе я не видела больше двух лет. Она умерла, как думала я, но сейчас мне стало не по себе, оттого что эта оплаканная идиотка вернулась, загоревшая и полная энтузиазма, объявив, что была в отпуске.
Я стояла и смотрела, как город меняет облик с рабочего на развлекающийся, а где-то в подсознании, на сенсорном уровне, меня обнимали крепкие надежные руки, любящие, жалеющие, защищающие. В которые не страшно было отдать и себя, и сына. Они обнимали, гладили, раздевали, и мне не было противно! Я не могла пошевелиться, не узнавая себя. Неужели такое возможно? Неужели я могу хотеть этого? Думать об этом? Каким должен быть этот мужчина? Не человеком, это уж точно. У него должно быть другое ДНК, иные гены, нежели у представителя homo sapiens. Я с усилием сосредоточилась, концентрируясь на его лице, пытаясь четко вообразить его себе, но ничего не получалось. Кроме сильных рук, крепкой груди и доброго сердца, этот тип ничего о себе не выдал.
Внезапный гость
На фотографиях, прикрепленных к колонне, были лица ДонУна и его друзей и подруг. Из клубов, с вечеринок, университетские. Везде улыбки, беззаботность, гламурная жизнь. Детишки богатых шишек и олигархов. Как хороша их судьба! Впрочем, не буду судить обо всех. Я не знала, что скрывается за каждой личиной. Если посмотреть сейчас на меня, тоже ничего не будет понятно.
Я наконец-то проникла в спальню, которая была самым откровенным отображением человека и неприятно удивилась. Вот же зараза, она мне тоже нравится! Тут, в отличие от других помещений, были шторы. Плотные, цвета бархатистого ночного небосвода. Стенной зеркальный шкаф и – внимание! – пушистый ковер вокруг кровати, в котором утопали ноги. Сама постель была застелена шелковым бельём темно стального цвета. Я плюхнулась на неё и растянулась. Никогда не валялась на таких огромных кроватях. Я продолжала разглядывать отделку и детали. Двухуровневую подсветку на потолке, гармонирующую по цветам со шторами и стенами картину над изголовьем. На ней было что-то вроде Млечного пути изображено. Я не разбиралась в созвездиях, поэтому подтянулась к ней и прочла маленькую надпись на раме «близнецы». Можно было бы догадаться, всё-таки комната ДонУна.
Если смотреть в ноги, то слева открывался путь в ванную комнату. Труднообъяснимым полустеклянным, полупластиковым сооружением в виде ширмы она отделялась от спальни. Стекло было мутноватым, с узорами вроде морозного инея зимой, поэтому сквозь него нельзя было видеть всё, лишь силуэты и контуры. Готова была спорить, что там есть и душевая кабина, и джакузи. Разве можно отказать себе во всех подобных штучках, имея кучу денег?
Я поднялась и заглянула туда. Так всё и было. И снова в дополнение ко всему стерильная чистота, порядок, блестящий фарфор и керамика, кремового цвета кафель, напоминающий о пляже на берегу моря. Тут даже был встроенный водонепроницаемый музыкальный центр! Отлично, за моральные экзекуции физически я буду обитать как королева.
Развернувшись лицом к спальне, я вспомнила, что представляла убежище ДонУна каким-то пентхаузом Хью Хефнера, где всё будет кричать о сексе. Постеры с голыми грудастыми моделями, ароматические свечи, небрежно забытый атласный халат, куча подушек, какие-нибудь эротические скульптуры. Не знаю, хоть что-нибудь такое! А тут ни одного носка даже не валяется! Где диски с порно? Где пачки презервативов? У него вообще тут девушки бывали? Он водит сюда кого-нибудь? Может, хоть какие-нибудь упоминания о бывших есть? О-о, если у него есть давняя любовь, которая разбила ему сердце до меня, то это облегчило бы мне задачу. Давить бы тогда на него с двойным усилием…
Я бегло заглянула в ящики. Ничего особенного и примечательного. Интересно, а как выглядит спальня Йесона? Я судорожно сплюнула через плечо и перекрестилась, чтобы никогда не увидеть её воочию. Это было просто рассуждение в тему. Раз уж речь зашла о психологии отражения личности в окружающем пространстве. Наверняка это что-то черно-красное, с приглушенным светом, а вместо кровати гроб! Да, точно, никак иначе. Вот смешно будет, если спальня на самом деле розовая в рюшах. Он же извращенец, что с него взять?
Мои мысли сбил звонок в дверь. Что это? Кому здесь что надо? ДонУн уже что-то забыл? Быстро же он. Звук был непривычным, поэтому я посмотрела на телефонный аппарат, дабы убедиться, что это не он. И не что-либо другое. Я направилась к входу в квартиру. Кого может нести к нам в десять часов вечера? Ещё не ночь, но всё-таки. И, да, надо помнить, что это недвижимость ДонУна, так что это не ко мне, а к нему. О, а если это какая-нибудь его любовница? Звонок повторился, и я посмотрела в глазок. О, Боже мой! ЧунСу!
Я крутанулась юлой в поисках зеркала и, найдя себя в отражении дверцы шкафа с сувенирами при входе, поправила волосы, одернула одежду и открыла дверь.
- О! – изумившись от неожиданности, отшатнулся парень.
- Привет, - располагающе улыбнулась я.
- Извините, не хотел беспокоить, - я отстранилась, своим движением влияя подсознательно на мужчину. Он поддался этому жесту и вошел – я что-то не подумал позвонить ДонУну…
- А его тут и нет, - захлопнув дверь за ним, произнесла я – я одна.
- Вот как? – ЧунСу, смешавшись, покашлял и посмотрел по сторонам – А когда будет?
- Завтра, - видя усиливающуюся растерянность, я поспешила на помощь – чай, кофе?
- Да как-то неудобно, - он положил ладонь на шею и провел по ней. Этот парень не умел скрывать никакие чувства. Неловкость - так сразу в каждом вздохе, смущение – на всё лицо. Мне нужно было его увлечь и не дать уйти, во что бы то ни стало. Пора уже присовокупить его к действующим лицам мести, а то всё не выходит наше близкое знакомство.
- Никаких неудобств, - я показала на сумки, на которые он уже и без меня глядел – Я только въехала, поэтому сама тут ещё ничегошеньки не знаю. Наверное, ты лучше меня тут со всем разберешься, ты часто бывал здесь раньше?