Давай, учи любить!

У Макса будет ребенок! Ребенок! Настоящий малыш. Мальчик… Наверное, он будет на него похож…
Когда Валя с Евой за мной приехали и стали расспрашивать, что же случилось, я открыла рот, чтобы рассказать им все. Но вместо слов из меня вырвались рыдания. А когда у меня получилось внятно им все объяснить, то Валя заявила:
— Я вот сейчас пойду и ему рожу разобью!
— Нет, нет, нет! Это не его ребёнок! — запротестовала Ева.
— Да мне же его показали! — хлюпнула носом я. — Он — вылитый Макс!
— Ты прямо по головастику и определила! — засмеялась Валя.
— Это не его ребенок, — настаивала Ева. — По нумерологии у него прибавление возможно только через год. А по картам у вас все плохо. Одни препятствия. Но не свадьба!
— Это и так понятно и без карт! — заметила Валя. — Давай тебя я с Васькиным другом познакомлю? — предложила она мне. — Богатый парень с огромной квартирой в центре. Только старше тебя будет лет на десять.
— Не нужен мне никто, — с отвращением ответила я. — Лучше убейте, чтобы я не мучилась.
На что Ева ответила:
— Я займусь тобой, и ты ещё жить захочешь. Не на Максе белый свет клином сошёлся. В жизни столько интересного. Кстати, как твой бизнес? Макс же больше не приходит к тебе? Давай я у тебя поработаю? Заодно тебя поддержу?
— Давай…
И с этого момента мне действительно стало легче. Ева не умела так веселить народ, как Макс. Но она вела себя тактично и располагала к себе клиентов не хуже, чем он. Поработав с ней два дня, я поняла, что не хочу отпускать подругу и оставаться одной. Поэтому мне пришлось рассчитать ей зарплату.
И когда Ева уехала домой на своей новой машине, которую ей подарил отец на день рождения, я осталась в салоне считать бухгалтерию. Именно тогда нежданно-негаданно ко мне зашёл Макс.
Я даже не сразу его узнала. Новая куртка, модная стрижка, крутые ботинки.
«Уже нарядила его под себя», — с болью подумала я. А мне ведь Макс нравился любым.
— Привет. Ну, как твои дела? — похоже, у него отличное настроение.
Это я плачу каждый день, вспоминая про его женитьбу и будущего ребенка.
— Отлично. Как видишь.
— Ты не сильно загружена?
— Для тебя я загружена всегда.
— Ань, я думал, что ты передумаешь. Тебе не кажется, что нельзя так с людьми?
— Вот я тебе тот же вопрос хочу задать. Куда ты смотрел?! Слетал в Европу, а потом такое!
— Какое такое?!
— Знаешь, что? Уходи! — у меня затряслись руки от негодования, и я уже не понимала, что считаю.
Улыбка мгновенно сошла с лица Макса, и он хмуро мне сказал:
— Я понимаю, что ты со своей бабушкой такие набожные. Но ведь ты сама и несвятая. Такое могло произойти и с нами.
— Однако не произошло. Хватит уже говорить об этом.
— Ну, хотя бы заказ ты от меня примешь? Ира хочет заказать у тебя свадебное платье…
— Нет! — я не поверила его наглости — Почему именно я?!
— Потому что она — добрый и светлый человек без всяких предрассудков. И ты сама ей сказала что Ире не идёт. Теперь она хочет, чтобы ты сшила платье, которое ей точно подойдёт.
 
— А я могу отказаться? — спросила его я, понимая, что нет.
Макс все делал для меня. Я ему и деньги ещё должна, хотя скором времени планировала рассчитаться. Он молчал.
— Хорошо. Но возьму с нее оплату по твоему тарифу.
— Э! Она же своя! — возмутился Максим.
— Это тебе своя. А мне… — я не договорила, и так ясно.
— Но это мой подарок ей!
— Тем более! — добавила я. — Плюс десять процентов сверху!
— Кха! — у Макса не нашлось слов. — Ну, что у тебя в голове?! — выходя из студии, спросил он.
А в душе я бушевала. Обслуживать его невесту! Шить ей платье! И это не унижение?!
Оказалось, что ещё хуже. Ирине нужно было сшить аж два платья: короткое и длинное, так как она не могла определиться — в чем именно замуж выходить. Заказ, разумеется, был дорогим. Материалы все очень высокого качества, плюс отделка камнями Сваровски.
Ирина всеми силами старалась мне понравиться. Приносила с собой мне подарки и сладости. А меня это все убивало. Чем милее она вела со мной, тем сильнее я ее терпеть не могла.
И каждый ее приход посмотреть, как шьётся платье, я ненавидела. Мне даже Ева делала замечания и сглаживала острые моменты.
Самым худшим моментом для меня стал это, когда Ирина пришла Максом. Видеть их вместе весёлыми и счастливыми мне было невмоготу.
— Тебе нельзя смотреть на платье! — рыкнула на него я. — Примета плохая!
— Разве? — поморщился он. — Ну, ладно.
— Что, правда? Вообще никому нельзя? — не поняла Ирина.
— Не знаю, как никому, но ему точно!
Ирина тут же его выгнала. А когда она сама ушла, то Ева мне сказала:
— Да ты сама сглазишь оба ее платья. После тебя ей в крещенской воде надо два часа лежать и святые псалмы петь! Ни одна цыганка с твоим сглазом не справиться! Ты вообще хоть иногда себя со стороны видишь? Как она к тебе ещё ходит?!
На этот вопрос я сама не могла ответить. Я все делала, чтобы Ирина сама отказалась от моих услуг.
* * *
А потом как-то вечером позвонил Макс:
— Как твое здоровье? Как настроение?
— Справляюсь.
— Ань, ты в церкви давно была?
— Очень давно. Бабуля уже меня на исповедь зовёт.
— А ты сходи. И расскажи священнику о чем меня просила.
— Я уже больше того не прошу. Ты сам во всем виноват.
— Я? В этом виноват?!
— Скажи, ради чего позвонил? — перевела тему я.
Мне его оправдания точно не нужны. Я слышала, что залетают даже со всеми видами предохранения.
— Давай ты не будешь сваливать на меня всю вину?
— Ах, ну да! В таких случаях виноваты оба! Макс, что ты хотел?
Он прочистил горло и ответил:
— У нас игры с альянсом. Ты нам нужна.