Сердце Единорога. Стихотворения и поэмы

Прошит сугроб котами, —
По ярам соболями
Не бабе промышлять!
Где пень — сума коровья,
Следы же до логовья, —
Там хворост лижет чадь.
Насупился Федюша
1460 И ну, как выдра, слушать,
Заглядывать в суму.
Мережкой ловят уши,
Как белка лапки сушит,
Лишайник — бахрому.
Сума же кладом дразнит,
В ней правит тихий праздник
Басменный образок
И с кисточкой вязейка...
Но где же душегрейка
1470 И Гамаюн-платок?!
У сына Калистрата
В глазах сугроб лобатый
Пошел с корягой в шин.
Она, она!.. Параня!..
Недаром снились сани —
За ямщика — павлин!
«Увез мою кровинку
К медведю на поминку!..
Не в час родился я!»
1480 — «Мой цветик, соболенок!..»
А голос хрупко-тонок,
Как подо льдом струя.
«Параша!.. Паша!.. Паня!..»
Лисицей на поляне
Резвится солнопёк.
«Пророче Елисее,
Повызволь от злодея
Кровинку-перстенек!
Я на твою божницу
1490 Дам бурую куницу
И жемчугу корец!..»
Скрепя молитвой душу,
Прислушался Федюша:
Храпит лесной чернец.
Меж тем щегленок-лучик
Прокрался на онучи,
На Парасковьин плат,
Погрелся у косицы, —
Авось пошевелится,
1500 На крошку бросит взгляд!
Ай, лапа на шубейке,
Оборочусь в копейки,
Капелью побренчу:
«То-ли, сё-ли,
Ну-ли, что-ли, —
Дай копеечку лучу!»
И дрогнули ресницы...
Душа в ребро стучится...
Жива иль не жива?
1510 И в кровяном прибое
Плывет, страшнее вдвое,
Медвежья голова.
Потемки гуще дегтя,
Лежат, как гребень, когти
На девичьих сосцах.
«Пророче Елисее,
Повызволь от злодея, —
Запел бубенчик-страх, —
Я на твою божницу
1520 Дам с тельника златницу
И пряник испеку!..»
В обет смертельный веря,
Она втишок от зверя
Ползет, как по лотку.
  
«Параша!.. Паша!.. Паня!..»
Знать, Сирин на поляне, —
И покатилась в лог!..
Взбурлила келья ревом,
И в куколе еловом
1530 Над нею чернобог.
«Пророче Елисее!..»
Топор прошел от шеи
По становой костец.
Захлебываясь кровью,
Спасает Парасковью
Неведомый боец.
Как филин с куропаткой,
Топтыгин в лютой схватке
С Федюшей-плясуном!..
1540 Отколь взяла отвагу
На ворога корягу
Набросить хомутом
И бить колючей елкой
По скулам и по холкам,
Неистово молясь?
Вот пошатнулся Федя, —
Топор ушел в медведя
От лысины — по хрясь.
«Параша!..» — «Федя!.. Сокол!..
1550 — «Поранен я глубоко...
Тебя Господь упас?..
Ох, тяжко!..» — «Братец милый,
Коль сердце не остыло, —
Христос венчает нас!»
«Ах, радость, радость, радость
Пожить женатым малость...
Того не стою я...»
— «Вот тельник из Афона,
Вдоветь да класть поклоны
1560 Благослови меня!»
«Благословляю... Паша!..»
И стал полудня краше
Феодор — Божий раб.
От горести в капели
Свои запястья ели
Пообронили с лап.
И кедр, раздув кадило,
Над брачною могилой
Запел: «Подаждь покой!»
1570 А солнопёк на брата
Расшил покров богато
Коралловой иглой.
К невиданной находке
Слетелись зимородки,
Знать, кудри — житный сноп.
На них глаза супруги
Наплавили от туги
Горючих слез потоп.
И видела трущоба,
1580 Как вырос из сугроба
Огнистый слезный крин,
На нем с лицом Федюши,
Чтоб жальче было слушать,
Малиновый павлин.