Сердце Единорога. Стихотворения и поэмы

Призоров чарых и метелей,
Быть может, в праздник новоселий
Кудрявый внук в твои разливы
Забросит невод глаз пытливых,
Чтоб выловить колдунью рыбу —
Певучеротую улыбу!
Но ты, железный вороненок,
1970 Кому свирель лесных просонок
Невнятна, как ежу купава,
Не прилетай к узорным травам,
Они обожжены грозой —
России крестною слезой!
И ты кровавый, злобный ящер,
Кому убийство песни слаще
И кровь дурманнее вина,
Не для тебя стихов весна,
Где под ольхою, в пестрой зыбке
1980 РоЯТСЯ ИВОЛГИ-улыбки
И ель смолистой едкой титькой
Поит Алёнушку с Микиткой
(То бишь Федюшу с Парасковьей.
К чему приводит цветословье!).
Собор пресветлый вел Макарий,
Весь в хризолитовом пожаре,
И с ним апостолы-медведи —
В убрусах из закатной меди,
Венцы нездешней филиграни.
1990 «Отцы и сестры, на Уране
Меч указует судный час,
Разодран саккоса атлас
И веред на церковной плоти,
Как лось, увязнувший в болоте,
Смердящим оводом клокочет.
Смежила солнечные очи
София на семи столпах.
И сатана в мужицких снах
Пасет быков железнорогих.
2000 Полесья наши, нивы, логи
Ад истощает ясаком, —
Удавленника языком.
Он прозывается машиной!..
(Слышатся удары адского молота,
Храмина содрогается.
Слюда точит слезы, колчеданы
Обливаются кровью.)
За остяка, араба, финна
Пред вечным светом Русь порука —
2010 Ее пожрет стальная щука!
И зарный цвет во мгле увянет,
Пока на яростном Уране
Приюта Сирин не совьет,
Чтоб славить Крест и новый род
Поправший смертью черный ад!
И будет Русь, как светлый сад,
Где заступ с мачехой-могилой,
Как сторож полночью унылой,
Не зазывают в колотушку
2020 Гостей на горькую пирушку!
Нам адский молот ворожит,
Что сгибнет бархат, ал и рыт,
И в русский рай, где кот-баюн,
Стучатся с голодом колтун.
И в красном саване пришлец,
Ему фонарь возжет мертвец.
А в плошку вытопили жир
С могильным аспидом вампир...
О горе, горе! Вижу я
2030 В огне родимые поля.—
Душа гумна, душа избы,
  
Посева, жатвы, бороньбы,
Отлетным стонет журавлем!..
Убита мать, разграблен дом,
И сын злодей на пепелище
Приюта милого не сыщет,
Как зачумленный волк без стаи!
Но нерушимы Гималаи —
Блаженных сеней покрывало.
2040 Под океан, тропинкой малой,
Отбудем мы в алмазный город,
Где роковой не слышен молот,
Не полыхает саван злой,
Туда жемчужною тропой
К святым собратиям в соседи
Нас поведут отцы-медведи!»
Собор ответствовал: «аминь!» —
Макарию, с Алтая лосю.
Абаз поднялся, смугл, как осень
2050 В тигриных зарослях Памира,
В его руках сияла лира
И цвет одежд был снежно-синь.
Как полевой тысячецвет
Звенит, подругу опыляя,
Так лира, чарая чужая,
Запела горлицей из рая
Медвежьей мудрости в ответ:
«От розы и змеи рожден,
Я помню сладостный Сарон
2060 И голубой Геннисарет,
Где несмываем легкий след
Стопы прекраснейшего мужа, —
По нем струна рыдать досужа!
Ему в пастушеском Харране
Передо мной дано заране
Горящим тернием цвести, —
Не потому ли у Абаза
Сосцы — две розы из Шираза
И пламя терпкое кости?!
2070 Велик Сиам и древни кхмеры,
Порфирный Сива пьет луну
И видит пермскую весну
Из глубины своей пещеры.
Цветет берёста, лыко, прель,
В смолистых иглах муравейник,
И внуку дедушка-затейник
Из древесины свил свирель.
Туру-ру-ру! Пасись, олень,
Рядись, земля, в янтарь и ситцы.
2080 Но не в березовый златень
Рядятся матереубийцы!
Есть месяц жадных волчьих стай,
Погонь и хохотов совиных,
Когда на пастбищах ослиных
С бодягой пляшет молочай.
Тогда у матери родящей
Змея вселяется в приплод,
И в светлый мир приходит кот,
Лобато-рыжий и смердящий.
2090 На роженичное мяу
Ад вышлет нянюшку-змею