Сердце Единорога. Стихотворения и поэмы

Вспомню маму, крашеную елку,
Синий вечер, дрёму паутин,
За окном ночующую галку,
На окне любимый бальзамин,
Луговин поёмные просторы,
Тишину обкошенной межи,
Облаков жемчужные узоры
И девичью песенку во ржи:
Узкая полосынька
Клинышком сошлась —
Не вовремя косынька
На две расплелась!
Развилась по спинушке,
Как льняная плеть,—
Не тебе, детинушке,
Девушкой владеть!
Деревца вилавого
С маху не срубить —
Парня разудалого
Силой не любить!
Белая березынька
Клонится к дождю...
Не кукуй, загозынька,
Про мою судьбу!..
Но прервут куранты крепостные
Песню-думу боем роковым...
Бред души! То заводи речные
С тростником поют береговым.
Сердца сон, кромешный, как могила!
Опустил свой парус рыбарь-день.
И слезятся жалостно и хило
Огоньки прибрежных деревень.
<1908>
44. Поэт
Наружный я и зол и грешен,
Неосязаемый — пречист,
Мной мрак полуночи кромешен,
И от меня закат лучист.
Я смехом солнечным младенца
Пустыню жизни оживлю
И жажду душ из чаши сердца
Вином певучим утолю.
Так на рассвете вдохновенья
В слепом безумье грезил я,
И вот предтечею забвенья
Шипит могильная змея.
Рыдает колокол усопший
Над прахом выветренных плит,
И на кресте венок поблекший
Улыбкой солнце золотит.
<1909>
45. Предчувствие
Посвящается Е. Д.
Пусть победней и сумрачней своды,
Глуше стоны замученных жертв,
Кто привидит грядущие годы,
Тот за дверью могилы не мертв!
Не тебе ль эту песню, голубка,
Я в былом недалеком певал:
Бился парус... Стремительно шлюпка
Рассекала бушующий вал.
И так много кипело отваги
В необъятной, как море, груди.
Мы с тобою, как вещие маги,
Прозревали миры впереди.
Не хотелось к утесу причалить...
Всё лететь по волнам без конца,
Чтобы явью земли не печалить
Твоего дорогого лица.
В дни потерь и большого унынья
Я глухое предчувствье таю,
Что волнам приобщила стихия
Обреченную душу твою.
Что желанью тревожному вторя,
Как навеки прощальный поклон,
Долетит до родимого моря
Твой предсмертный, рыдающий стон.
<1909>
46
Путь надмирный совершая,
Посети меня, родная,
И с любовью
К изголовью,
Как бывало, — припади.
Я забуду смерти муку,
В жизни скорую разлуку,
Прозревая,
С верой чая,
Кущи рая впереди.
  
Не отринь меня, Царица,
Ангел, Дева, Дух и Птица,
Одиноким не оставь!
Предавая тело Змею,
Я затишья вожделею
Кипарисовых дубрав.
Нераздельные судьбою,
Мы увидимся с Тобою
Средь лазоревых полей.
И, грозя кровавым жалом,
На триумфе запоздалом
Зашипит тлетворно Змей.
<1909, 1912>
47. Прельщение
Не надо тишины, она для нас смертельна,
Для солнца наших душ — как сумрак гробовой...
А с горней высоты, волнующе свирельна,
Несется песнь любви и радости живой;
И вечер золотой над миром пламенеет,
Расплеснутым вином кровавится лазурь.
Прельщенная душа,— она уж не жалеет,
Что злая тишина смежила крылья бурь,
Что камни берегов обломками покрыты,
Погибшего в борьбе родного корабля,
Отважные пловцы безжалостно убиты,
И ржавеют на дне Надежды якоря...
Но запад догорит. Звончей победной стали
Ударится прибой о скалы на ходу.
И Господа рука прельщение в скрижали
С Адамовым грехом запишет наряду.
<1909>
4
8Сердцу сердца говорю:
Близки межи роковые,
Скоро вынесет ладью
На просторы голубые.
Не кручинься и не плачь,
Необъятно и бездумно,
Одиночка и палач —
Всё так ново и безумно.
Не того в отшедшем жаль,
Что надеждам изменило,
Жаль, что родины печаль
Жизни море не вместило,
Что до дна заметено
Зарубежных вьюг снегами,
Рокоча, как встарь, оно
Не заспорит с берегами.
<1909>
49
Вы, белила-румяна мои,
Дорогие, новокупленные,
На меду-вине развоженные,
На бело лицо положенные,
Разгоритесь зарецветом на щеках,
Алым маком на девических устах,
Чтоб пригоже меня, краше не былб,
Супротивницам-подруженькам назло.
Уж я выйду на широкую гульбу —
Про свою людям поведаю судьбу:
«Вы не зарьтесь на жар-полымя румян,
Не глядите на парчовый сарафан.
Скоро девушку в полон заполонит
Во пустыне тихозвонный, белый скит».
Скатной ягоде не скрыться при пути —