Ох уж этот Мин Джин Хо 10 (СИ)

Наклонив голову набок, я скептически посмотрел на неё.
— Ты же понимаешь, что это не Сеул? Мы в Камбодже. Здесь легко могут перерезать горло за сотню баксов. А что могли сделать местные с приезжей молодой кореянкой, лучше даже не думать.
Геон Шин мрачно угукнул, а Сэ Ян Бэ, к моему удивлению усмехнулась.
— Вы же не думаете, что я не подстраховалась?
Окинув взглядом наши лица, на которых застыло мрачно-вопросительное выражение, девушка продолжила.
— Во-первых, я сразу купила туристический нож. Во-вторых, рассказала, что перебралась сюда из Вьетнама, где оставила старый пистолет. После того, как к нему кончились патроны.
Увидев, как я приподнял брови, она слегка нахмурилась.
— Что? До гостиницы они за мной они не следили. Попробовали бы что-то сделать на месте, я бы их прикончила. И вообще, я их достаточно запугала. Она даже скидку сделали.
Ввязываться в дискуссию по поводу плана её дальнейших действий, после предполагаемого убийства двух камбоджийцев посреди их столицы, я не стал. Вместо этого отдал команду собираться. Следили за ней или нет, но кореянка, купившая револьвер — отличный повод для сплетен. А если вспомнить, где мы сейчас находились, те наверняка разнеслись весьма широко.
Как выяснилось, парик Сэ Ян Бё всё же надевала. Что хотя бы немного скрашивало ситуацию. Выйди она без него и весть о красноволосой девице, которая прибыла из Вьетнама, быстро бы разлетелась по всему Пномпеню. Обрастая в процессе деталями и подробностями.
Тем не менее, этот отель мы сразу покинули. Потом они подождали, пока я забрал вещи из гостиницы, в которой остановился сам, и мы двинулись к адресу, где нас должны были ожидать.
Путь отхода через Камбоджу был выбран по нескольким причинам. Во-первых, сюда действительно летали корейские бизнес-джеты. Отчасти из-за того, что элита Чосона вела дела с этой страной, а частично по причине дешевизны развлечений и нулевой ответственности. Это в Корее продажная женщина, при желании, могла создать клиенту немало проблем. В Камбодже она бы о таком даже не задумалась. По крайней мере, если речь шла о заведении, которое контролировалось военными или полицией. Потому как их методы решения вопросов были незамысловаты и надёжны, недалеко уйдя от средневековых практик.
Во-вторых, при наличии денег и связей, здесь можно было купить многое. В том числе, услуги специалистов самого разного профиля, поддержку со стороны тех же военных, полицейских или иных, формально государственных структур. Основных факторов имелось всего два. Первый — обеспечить гарантии. Чтобы нанятые тобой люди не пристрелили тебя же за ближайшим поворотом, после чего забрали всё ценное и пошли пить кофе. Второй — работать в относительно локальном масштабе. Пока ты покупаешь услуги отдельных небольших групп людей, это не привлечёт внимания. Но, если развернёшься так, что активность заметят на самом верху, это вызовет проблемы. Кто-то из высшего руководства страны обязательно заинтересуется иностранцем, который сорит деньгами, и захочет свою долю. Сделав щедрое предложение, проигнорировать которое будет весьма сложно. Разве что организовав его ликвидацию.
Поэтому, в Пномпене я оплатил услуги небольшой группы военных, которые должны были выступить в качестве наших сопровождающих до границы с Лаосом, заодно обеспечив транспорт. Плюс, договорился с командиром одного из полицейских отрядов местного «спецназа». На тот случай, если возникнут какие-то недопонимания с военными. А гарантом всех этих сделок выступили представители триад, с моей помощью вышедшие на правительство Мьянмы и готовые за это отплатить. В курсе именной этой сделки было всего двое из них. И по моей оценке, ни один не был способен сдать меня кому-то из властей или конкурентов. Бандиты старой школы.
Они вывели меня на местную фигуру, чью надёжность сами же и гарантировали. А уже тот стал «гарантом» для договорённостей с местными. Зная лишь, что работает с человеком, которого порекомендовали «уважаемые люди», а в случае продажи им информации, жить посреднику останется недолго.
  
Риск утечки информации, конечно всё равно оставался. Но по крайней мере, он был максимально минимизирован. В любом случае — иных вариантов всё равно не было. Без фигуры, которая обеспечивала бы соблюдение условий, нас однозначно бы попытались прикончить. Если не прямо в Пномпене, то где-то по дороге.
Впрочем, только на представителей власти я не рассчитывал. В доме, который был арендован для нашего размещения, нас ждали ещё трое мужчин. Тоже местные, но к числу облечённых полномочиями совсем не относящиеся. Скорее, их можно было назвать наёмниками. Ранее служили в одном из подразделений камбоджийской армии. А когда в ходе очередного витка интриг, их командир оказался в опале, уволились и решили попытать счастья на улицах.
Серьёзного успеха у них добиться не вышло, а из всего отряда в живых остались только эта троица. Но, в данном случае, их основной проблемой являлось не слишком компетентное командование. А вот бойцами эти трое, вроде были неплохими.
Дисциплина у них, правда, хромала. Открывший нам дверь мужчина явно недавно проснулся и был одет лишь в поношенные камуфляжные штаны. Далеко не сразу поняв, что я произношу кодовое слово, означающее прибытие работодателя.
Впрочем, стоило ему осознать, кто именно перед ним находится, как поведение изменилось. Даже воинское приветствие попытался продемонстрировать. Видимо, благополучно забыв о своём внешнем виде и том факте, что он уже давно покинул ряды камбоджийской армии. А потом пригласил внутрь и отправился будить своих коллег, которые, по его словам, отсыпались после тяжелого дня. Или, что более вероятно, после ночной попойки.
Этот момент я обозначил сразу, как он вернулся с помятыми напарниками. Получив в ответ массу заверений, что они больше не станут притрагиваться к алкоголю и до окончания своего найма превратятся в убеждённых трезвенников. Троице наёмников тоже дали понять, что при нарушении ими своих обязательств, возникшие проблемы окажутся фатальными. Так что те вели себя соответственно.
Закончив, я отправил одного из них за едой. А мы поднялись на второй этаж, который был приспособлен для нашего проживания. Рухнув в кресло гостиной, окна которой выходили на улицу и сейчас были закрыты ставнями, я поставил рюкзак на пол рядом с собой и, достав из него чистый ноутбук, который вёз из самой Кореи, подключился к местной сети. После чего зашёл на сайт новостного агрегатора. Сразу же почувствовав, как внутри прокатилась волна ярости.
Новости о «Бушующем Ките» заполняли собой почти весь верхний раздел, где обычно размещались самые популярные материалы. Суть была идентична, различались только заголовки. «Как Мин Джин Хо пытался поработить Корею», «Мин Джин Хо — история монстра», «Мин Джин Хо — несостоявшийся король Чосона».
За время, которое мы провели в дороге, противник успел переиграть ситуацию. Теперь «Бушующий Кит» уже не выставлялся партнёром коррумпированных сотрудников разведки. Нас поменяли местами, обвинив меня в фактическом контроле пятого департамента Национальной разведки, а с его помощью и всей службы в целом.
В дело были брошены старые факты, вроде использования сотрудника разведки для ареста прокурора с деньгами триад. И последующая помощь его брату с жёлтыми уточками, проданными через фонд Ун Хонг. За неимением иной фактуры, медиа смаковали детали этих случаев, параллельно сыпя обвинениями в адрес Хонг Групп. Мол, «конечно, там могли и не знать, с кем работают, но в это сложно поверить». Что до Чен Групп, корпорацию описывали, как мою частную собственность, которую я заполучил, соблазнив Чжи Чен и использовав её в качестве тарана против родственников. В связи с чем, некоторые репортёры предлагали проверить её на факт приёма психотропных препаратов. Под тем соусом, что не могла девушка двадцати пяти лет начать добровольно встречаться с мужчиной, которому тридцать шесть. Да ещё с настолько громадным разрывом в социальном статусе.