Беглец

Но, обдумав всё, я решил не торопиться. «Сивилла» относилась к жилым станциям среднего типа очень старой постройки, но так как к ней постоянно что-то пристраивали, то она уже подошла к классу больших, давно потеряв тот свой прежний тип, представляя собой теперь огромный серебристый шар, собранный из огромного количества разнообразных секторов и модулей.
Видимо, это был конечный маршрут «Слуна», так как его окружило аж четыре буксира, и, довольно шустро сняв все оставшиеся контейнеры с рыбой и на их место установив другие, они потащили часть груза на станцию, а шесть контейнеров – к другому контейнеровозу, уже местной постройки и приписки.
Оставив грузовой отсек на определённой диспетчером стояночной орбите, тягач расстыковался с ним – эта процедура заняла около двадцати минут, причём техники в скафандрах, находясь снаружи, следили, чтобы расцепка прошла штатно, – и, забрав обоих техников, направился к «Сивилле». Причём к тому сектору, где были развлекательные и увеселительные заведения. Пока «Слун» маневрировал вблизи станции – управлял им искин «Сивиллы», штатная процедура, мало ли смертников вокруг, что решили таранить станцию, – члены экипажа у себя в каютах готовились к развлечению. Я не торопился, у меня два дня впереди, чтобы перебраться с тягача на борт станции.
Почти сразу после стыковки экипаж большей частью покинул борт тягача, причём бросали жребий, кому остаться. Как я понял, капитан был демократичен и не хотел, чтобы на него затаили обиду, да и вообще он был несколько трусоват, а тут – всё по воле жребия, очень удобно. В результате на корабле остался оператор систем защиты с таким несчастным видом, что даже меня проняло, а остальные поспешили уйти, и первым борт судна покинул капитан.
За всё время пути у меня было время составить мнение об экипаже. Капитан был достаточно профессионален, этого не отнять, но со своими привычками. Техники и часть команды пропойцы, хотя тихие, спокойные. Только один из них азартен, из тех, что упадёт под стол из-за недостатка сил, а всё равно не оторвёшь от бутылки. Честно скажу, не люблю таких, пьёшь – пей, но знай меру. Другая часть экипажа – или азартные игроки, или бабники, каких поискать, оставленный вахтенный как раз был из последних. С учётом того, что экипаж был чисто мужским, можно понять маяту вахтенного. Через час после ухода команды он не выдержал, вызвал на борт девушку из эскорта и уединился с ней в своей каюте. Как я понял, он был из казанов, то есть охотников за женщинами, но не проститутками. Любил хвастаться во время своих дежурств, вот я и запомнил. А тут явно припекло.
Пока он был занят, я поспешил покинуть тягач. В этот раз дело осложнялось: выбраться-то наружу не трудно, но загрузка транспортного потока вокруг станции столь велика, что меня однозначно заметит любой пилот челнока, бота или буксира. Это только одна сторона медали. Не стоит забывать, что у станции свои средства слежения, и у шлюзов они как раз усилены, мало ли – контрабанда на борту. При посадке на корабль я отключил наблюдение со станции, в данном случае сделать это куда сложнее. Поэтому я решил поступить просто: совершенно спокойно покинуть борт корабля на своих двоих, так как успел убедиться, что на станции всё по-прежнему, согласно законам Содружества, это нейтральная территория, и я не могу быть выдан представителям корпорации «Гикон». Я изучил внутренние новости «Сивиллы» и узнал, что кроме меня за два месяца сюда прибыло шестнадцать беглых рабов и никто из них не был выдан.
Собравшись, я направился к шлюзовой номер два, с помощью которой и был пристыкован «Слун». Искин меня не видел, мы со взломщиком настроили камеры и сенсоры наблюдения так, что они на миг отключались, когда я шёл по коридорам в секторе их наблюдения.
Как только створка шлюза отошла в сторону, я вошёл с вещами на станцию и направился к конторке у входа в общий коридор. Она была пуста, таможенник отсутствовал, но я уверен, что искин станции уже известил его и требуется подождать. Так и оказалось: вдруг возникла голограмма мужчины в форме таможенника, и меня попросили подождать отсутствующего сотрудника. Он уже провёл регистрацию экипажа – вахтенный, кстати, тоже выходил – и ушёл по служебным делам, а сейчас спешил ко мне.
Я был во всём том же полицейском бронекостюме, на это намекала чёрная окраска, хотя шевроны и отсутствовали, только шлем был закреплён на плече. Вместо игольника в кобуре был шокер, остальное оружие я распихал по сумкам.
– Добрый день, – поздоровался подошедший ко мне довольно полный таможенник неожиданно невысокого роста. Передо мной стоял молодой карлик. С учётом продвинутой медицины это было странно, его вполне могли довести хотя бы до среднего роста. Видимо, это была фишка парня: мол, мал да удал. – Вы член экипажа? Вашу карту ФПИ, пожалуйста.
– Нет, я, скорее, пассажир. Бывший военнопленный Люмер, проданный одной корпорации в рабы, да вот смог бежать. Парни со «Слуна» молодцы, как и обещали, втихую вывезли за границы империи.
– Честно говоря, имперцы редко когда помогают беглыми. Ну что ж, добро пожаловать на «Сивиллу», вы у меня, честно говоря, третий за эту декаду. Я вас внесу в местную сеть как временного гостя, – защёлкал на коммуникаторе таможенник, внося новые данные. – Имя, фамилия, гражданство?
– Ворт Трен, капитан флота республики Шейн, гражданин этой же республики… Бывшей республики.
– Приложите руку для взятия ДНК, – протянул мне небольшой планшет таможенник.
Я выполнил его требование, давая возможность изучить мои данные.
– Да, всё подтверждено, инженер-универсал, полный гражданин несуществующей теперь республики… Как я смотрю, вы в розыске… О, так вы у «Гикона» были в рабах, да ещё прибыли на их корабле. Смешно. Можно поинтересоваться, экипаж знал о вашем присутствии на борту?
– Когда-нибудь узнает, – пожал я плечами.
Таможенник затрясся от смеха, ему явно понравилось, как я прибыл на «Сивиллу», и, похоже, скоро это будет темой разговора во всех барах и кафе станции. Весельчак-таможенник мне начал нравиться.
– С правилами «Сивиллы» ознакомились?
– Я пару лет назад работал на «Сивилле», был корабельным техником.
– За это время ничего не изменилось, так что можете спокойно здесь располагаться. Подсказывать, как я понимаю, нет нужды?
– Вы правы.
– Могу вам посоветовать только получить гражданство любой страны на ваш выбор, у нас на станции представители восемнадцати государств. Это не трудно сделать. Как вы понимаете, если у вас нет гражданства и вас захватят и отведут на борт корабля люмерцев, мы ничего не сможем сделать. А вот гражданина другого государства, похищенного и незаконно удерживаемого на каком-либо корабле, – это уже другие законы. Все беглые сразу оформляются, ведь они переходят под юрисдикцию другого государства, и люмерцы в этом случае не имеют права их трогать. На этой станции, естественно.
– Я в курсе, пока не горит, но буду иметь в виду… Хотя… у вас есть представительство империи Хира?
– Да, есть. Семнадцатый сектор, корпус Б. Там, дальше, увидите государственный символ империи.
– Благодарю, – пожал я руку таможеннику, и в его ладонь незаметно перекочевала пятидесятикредитная банкнота, отчего парень заметно повеселел и, быстро закончив с процедурой регистрации, пожелал хорошего дня.
Немного подумав, от шлюзовой я направился в одну недорогую гостиницу. В ней я ранее не жил, просто нашёл на сайте «Сивиллы».
Сняв комнату на три дня и уплатив наличными, на миг замер, задумавшись, куда сперва отправиться: в банк Содружества, разблокировать свой счёт, здесь был его филиал, или к представителям Хиры.
Империя эта, конечно, не особо развитая, но мне там нравилось. К тому же там жила семья Олла, с которыми я сдружился. Подумать надо, время ещё есть.
Разложив вещи, я принял душ и направился на местный Базар. Пора прикупить некоторые вещи, например, инженерный комбинезон и запасное бельё, свободные средства наличкой есть. А там уж можно и в банк или в представительство.