М. С.
— Расистка, блин, недоразвитая. — съязвила Марина, от скуки прочитав интервью в известной бульварной газете. — У самой мать узкоглазая, а туда же.
— Ненавижу евреев и антисемитов, правда дорогая? — любезно осведомилась Софи.
– 'Молот ведьм' почитай на ночь. Познавательно. Прямо про тебя. Особенно, последняя часть. — не осталась в долгу Марина
На церемонию Марина впервые за много лет надела платье. Сама себе в нем она кажется полной идиоткой. Со стороны же — вполне обаятельная изящно одетая молодая леди высшего света.
Она с трудом удержалась от довольно-таки дурацкой выходки — замены туфель десантными ботинками почти до колен. Даже повертелась перед зеркалом в чёрном белье и подобной обуви. Отпад! Лето на дворе. А ну как возьму да явлюсь в таком виде! Только кобуру и портупею надену!
Вроде бы женщина должна быть шире посередине. Она же довольно широка в плечах. До безобразных культуристок ещё далеко, но какие-то чёрточки уже просматриваются. Правда жира лишнего ни грамма. Ни в одном месте. Одни мускулы. Диетам не бывать её стихией. Шрамы на руках. Чёрные перчатки стали почти второй кожей. А сейчас на руках розовенькие. Лайковые! Пакость какая.
Но в конце-концов всё-таки отдала должное искусству Бестии младшей. Платье пошито мастерски. Сидит как влитое. Но Марина никогда не жаловала розовый цвет. Но даже сумочку через плечо прихватила. А украшение на ней — герб.
Бестия Младшая страшно горда собой. Торговая марка фирмы — фамильный герб Ягров. Позволила использовать герб никто иная, как глава дома — грозная Кэрдин. Бестия Младшая — сводная младшая сестра, дочь отца от второго брака. Ни кем из родни Кэрдин не поддерживает отношений. Следит только, что бы не было мезальянсов. Исключение — известнейший модельер младшая сестра. Она тоже красавица, правда не столь ослепительная. Внешне похожа на Бестию. Или же сознательно стремится походить на неё. Дом Бестии — один из законодателей мод. Грэдская 'Теренн' , как говорят. Недалеко от истины сравнение. Софи всегда одевается только у неё. А Софи — законодательница вкуса в одежде. И все костюмы для свадьбы заказала у неё. Естественно, ни один женский журнал не оставил такой заказ без внимания. Объёмы продаж у фирмы скоро резко увеличатся. А марка-то дорогущая.
Платье Марина согласилась заказать у Бестии Младшей только после настоятельных просьб Софи. Ибо едва вернувшись, Марина тут же вырядилась в танкистскую форму. А свадьба должна отвечать именно представлениям Софи о прекрасном. И полупьяная младшая сестрица, вполне способная явиться на церемонию в бронежилете, да ещё и на танке в них явно не вписывается.
Взглянув на счёт, Марина чуть не пристрелила Софи и Младшую Бестию. За качественную работу надо конечно платить. Но не столько. Даже генеральского жалования не хватит. Кэрдин и то столь дорогих вещей не покупает. А невестино — то платье почём? Мат стоял превеликий на всех известных ей языках. Невесте и пришлось оплачивать счёт.
Ну, да от этого она не сильно обеднела.
От мелкой выходки из разряда как не надо, Марина всё-таки удержаться не смогла. Звёзды при гражданском платье можно носить на лентах через плечо. Однако никто и никогда не видал дам высшего света с такими лентами. Марина надела обе орденские ленты…
Надо всё-таки помнить что в области нарядов ей ещё никогда не удавалось обойти сестру. А тут словно воскресло что-то вроде их детского соперничества.
То что на собственной свадьбе Софи окажется самой красивой, было само-собой разумеющимся. Ну просто живое воплощение нежности, изящества и даже какой-то эфемерности. Одна фата чего стоит. Наверное, как тяжёлый танк или истребитель.
Хотя и без Софи церемония бракосочетания казалась просто парадом женской красоты. Сравнимой по убойной силе с залпом всей грэдской артиллерии. Особенно если учесть что сонм грэдских красавиц по сравнению с женами и дочерьми дипломатов выглядел… примерно как звезды в сравнении со своим отражением в пруду. Поневоле поверишь в теории о грэдском превосходстве.
Но ведь звезда первой величины и преизрядная оригиналка во всём. Платье выдержано в лучших классических традициях. И на белом фоне великолепно заметны две алые орденские ленты через правое плечо. А над сердцем в кружевном обрамлении вовсе не роза или иной цветок, а две нашивки за ранения. По крайней мере Марина их разглядела. А нечто другое разглядели и все остальные: С воздушным платьем невесты прекрасно гармонировала знаменитая Золотая Змея на белой портупеи. Марина мысленно застонала. И пожалела о десантных ботинках. А ещё лучше полном камуфляже. И чтобы дешёвым пивом за версту разило. И абордажный топор вместо Глаза Змеи. Из принципа хотелось привлечь к себе внимание. Хоть раз в жизни, но попасть на страницы бульварной прессы. И тут Софи обошла. Да не то что обошла. Обскакала на троечке с бубенчиками. Не Маринина стихия — быть Леди-скандал.
А то в этом розовом платье (Традиция для подружки невесты чтоб ей пусто было традиции этой!) да ещё и с лентами чувствуешь себя дура-дурой. Ладно хоть в сумочке не косметичка, а пистолет. В крайнем случае можно будет застрелиться от позора. Пристрелив перед этим до отвращения счастливую сестрёнку с муженьком.
Слабоватое утешение — на фоне мирренок, да и всех прочих даже она смотрится более чем.
Жених тоже хорош. В расшитой золотом парадной генеральской форме. Небось, три четверти дурех от пятнадцати до двадцати о нем вздыхают. Просто классический сказочный принц.
На те дни выпала годовщина Битвы в заливе. Естественно, в главной базе флота состоялись торжества. Застыли на рейде расцвеченные корабли. В том числе, и четыре красавицы 'Кэретта' , 'Дина' , 'Кэрдин' и 'Елизавета' . Прекрасны как и раньше они. Пусть и уходит время линкоров. Не властно время над подобной красотой. Вновь гремят салюты и марши.
И вновь Софи на трапе 'Елизаветы' такая же весёлая и бесшабашная красавица. Словно не властны над ней годы. И так же колышет ветер волосы, смеются карие глаза, и ослепляет улыбка. Она могла бы казаться семнадцатилетней. Как тогда. Но резче черты, и нет-нет, да и лязгнет металл в голосе, и сверкнет сталь во взгляде. Немало бурь знавала тоненькая, словно фарфоровая фигурка. Но не сломить кажущееся хрупким. Разрушить-то можно — а сломить — никогда.
Могла бы казаться Софи семнадцатилетней…
Не носят семнадцатилетние генеральских мундиров. Ибо ещё и генерал бесшабашная Ледяная принцесса. И даже не самая молодая генерал.
А у трапа встречал Софи командир линкора, ещё молодой капитан первого ранга. И всплыла в памяти старая фотография — принцесса на руках матроса. Великая вещь — поцелуй принцессы. И не было в тот момент на целом свете более счастливого человека. Ему было тогда двадцать лет. И кроме приморской деревни он видел только войну. Он призван в семнадцать лет, ибо тяжелым был тот год. И не успели его заметить сверстницы. Да и у него никто не всплывал в памяти. Научили управляться с зенитной пушкой как с детской игрушкой. Его научили убивать. На войне уже погиб старший брат. И ещё предстояло погибнуть одному из младших. Но он, второй из пяти, теперь точно знал, что вернётся. Ведь его, почему-то именно его, поцеловала прекрасная принцесса. И значит особенный он чем-то. Он держал на руках почти божественное создание. Вдыхал неземные ароматы. И страшно боялся, не останется ли грязи от рук и одежды на немыслимо прекрасном платье волшебного существа. Он слышал слова 'Поет душа' . И только теперь понял, что они значат. Так вот оно какое, СЧАСТЬЕ. Она что-то говорила ему… Много раз пытался вспомнить потом он те слова. И так и не смог. Всё стремилось куда-то ввысь. И мир сузился до размеров кареглазого личика. И словно ничего не существовало за пределами божественного взгляда. Весь мир был в нем. И матрос стал частичкой этого мира. Не забывается первый поцелуй. А когда он оказался ТАКИМ!
Подобного человеку не забыть никогда.
Сразу выделил матроса из тысяч других героев Битвы в заливе этот поцелуй. А матрос был храбр, и имел неплохую голову. Летели годы, гремели сражения. И теперь он командует кораблем, на котором служил когда-то.