"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Умма содрогнулась.
– А кому легко? – Бивилка, крякнув, подхватила торбы. – Пойдем. На нас уже коситься начинают. И я хочу быть как можно дальше от одобряемых Ортаем некромантов. Даже если они благодушно настроены и приходят на рынок покупать медовые кренделя.
Но подруга не двигалась с места, продолжая пытливо разглядывать мужчину.
– Бивочка.
– Ну что еще?
– Нужно проследить за ним!
* * *Когда магички наконец добрались до дома Уммы, солнце уже скрылось за крышами домов и небо окрасилось в тоскливый сизый цвет.
Уже показался за гончарной лавкой яркий приземистый домик, в котором светилось два окошка, и подруги разом выдохнули, предвкушая, как наконец избавятся от своей клади и обсудят то немногое, что удалось узнать. И вино откроют, Умма это твердо решила: иначе не завершить этот бестолковый день и не успокоить Бивилку, которая сильно переволновалась, да еще так и не добралась проведать свою Пасочку.
Когда до дома оставалось каких-то полтора десятка шагов, от соседнего здания отлипла мясистая тень и решительно нацелилась на Умму.
– Эй, почтенная! – Голос был женский, резкий и вроде как простуженный. – Вы чего это от денег отказываетесь, они вам лишние, что ли?
Магичка досадливо скривила губы, но остановилась. Тень приблизилась до расстояния пары шагов, приобрела четкие и малоприятные очертания. Хрупкая Бивилка с ужасом оглядела крупную молодую женщину. Вид у нее был угрожающий: блестящие глаза чуть навыкате под низким лбом, густо наведенные угольком брови, вздернутый короткий нос и полные губы, скривившиеся в непонятной гримасе. Дополняли красоту сальные черные волосы, широкие плечи, переходящие в массивные бедра, и шаг вразвалку.
«Немного напоминает обезьяну», – подумала учтивая Бивилка.
Умма смотрела на чудное явление исподлобья.
– Ну? – Явление уперло руки в бока. – Я вам работу даю, в чем дело? Упрашивать надо? Вы себе чего думаете, а?
Бивилка испуганно посмотрела на Умму.
– Обратитесь к кому-нибудь другому, – ровным голосом произнесла та.
– Буду я бегать еще! Под боком ворожея есть! И неча крутить носом, придумала еще!
– Я сказала, – Умма сделала решительный шаг, обходя массивное препятствие, но то ловко цапнуло магичку за руку.
– Куда собрались, почтенная? Вы ворожея? Так ворожите давайте!
Магичка отдернула руку и сама не заметила, как повысила голос:
– Сказала: не возьмусь!
– Да не надо тут благочестия корчить! Все знают, чего ворожеи делают! Белоручку из себя строите, цену набиваете?
– Разбирайтесь без меня! – рявкнула магичка и быстро пошла к дому, но женщина с обезьяньим проворством загородила ей дорогу.
– Я к вам пришла – так и забота ваша!
– Что? – оторопела Умма.
– У меня глаза есть! Вижу я, что за люди к вам ходят! Двое мужиков третьего дня являлись! Чего двоим мужикам к одной бабе переться, а?
– Кристалл у них был, – ринулась Умма отстаивать свое доброе имя. – Хотели узнать, для чего назначен, вот и все!
Ответом было презрительное фырканье. Магичка мысленно отвесила себе пинка: вот еще, кинулась оправдываться! Было бы в чем да перед кем!
– А пара, что тем же вечером причапала? Да у мужика дочка есть, старше той девки! А тетка сегодня с утра приплюхала – вдовица, ишь ты! Чего это ее муж вдруг взял да помер, а? Не старый вовсе был! Небось отравила! А к ворожее за новым ядом пришла!
– За лекарством, а не за ядом! – возмутилась магичка и снова мысленно пнула себя.
– Ну так и мне лекарство надо! Занимаетесь не пойми чем, а в мелочи помочь не желаете, да?
– Не желаю! – Раздосадованная Умма поперла в обход: женщина, упершая руки в бока, перегородила неширокую дорогу.
– Ведьма! – сплюнула она и скривила губы еще сильнее.
Бивилка прошмыгнула мимо и решила, что первое ее впечатление было слишком оскорбительным для обезьян.
– Что это было? – шепотом спросила она Умму, когда та наконец отворила дверь дома.
– Соседская доченька, которая нагулявши, – подруга дернула плечом. – Ты не сообразила, что ли?
– Не-а, – Бивилка в ужасе оглянулась на монументальную тень, все еще стоящую на дороге и недобро наблюдающую за подругами, – я думала, она хорошенькая. А это ж ужас жуткий!
– Угу, – бросила Умма, скидывая башмаки. Короткая встреча оставила отпечаток гадливости и досады. – Отклонение в развитии и неполноценность воспитания. У них вся семья такая.
– Мне кажется, – с чувством произнесла Бивилка, – что мужчин она соблазняет методом сидра, веревки и кляпа. Я не вижу других объяснений!
– Объяснений чему? – раздалось из кухни.
Голос был мужским.
– Оль! – радостно заорали подруги, разом выкинув из головы соседских дочек, некромантов и прочую нечисть.
Обладатель голоса появился в коридоре, расплылся в улыбке и тут же получил по радостно верещащей магичке на каждое плечо.
– Ну до чего ж я рад видеть ваши хитрые глазки! – Оль с чувством расцеловал обеих подруг в щеки и на вздох чуть отстранил от себя, полюбовался, крепко обнял снова. – Цветете! Хорошеете!
– Прочнеешь! – подмигнула Бивилка и ухватила мага за выпирающую над ремнем складку.
– Поделиться? – привычно ухмыльнулся Оль и попытался цапнуть Бивилку за живот, но поймал только ткань рубашки. – У, совсем отощала! Не кормят тебя тут, что ли?
– Тут – кормят, – ответила девушка и виновато обернулась на сброшенные на пол торбы. – Надеюсь, кринка не разбилась?
– И бутыль, – Умма взъерошила светлые волосы Оля. – Ты совсем не поменялся, правда! И даже не растолстел, не слушай ее. Только глаза какие-то цепкие стали и загоре-елый! Вот кто мне скажет еще, что гласники не бывают на воздухе!
В коридор пришаркала Яниса, остановилась, опершись на стену. Одобрительно поглядела на довольную обнимающуюся троицу и с укором – на валяющиеся на полу торбы.
– Вот же ж не бережлива ты к труду своему, девонька. Деньги потратила, ноги стоптала, руки стянула, спину погнула, пока притащила. А теперя выкинуть все как есть да поломати? Не дитя уже ж вроде как, а учить тебя еще уму-разуму, ох учить еще!
– А верно! – поддакнул Оль. – Она в Школе столько отлынивала от учения, что еще лет десять искупать должна!
– Я тебя так искупаю! – шутливо пригрозила Умма и хлопнула мага по плечу. – Вовек не обсохнешь!
Оль показал подруге язык и, не дожидаясь, пока его попросят, подхватил разом все многострадальные торбы и поволок их в сторону кухни.
* * *К явному одобрению Бивилки, Умма и Янису пригласила на посиделки с вином. Старуха удивилась, но согласилась с удовольствием, предложив компании перебраться из комнаты магички в чистенькую трапезную возле кухни.
На ужин был приготовлен котелок овощей, среди которых попадались кусочки мяса. Изредка – в последнее время магичка копила деньги на день рождения. Яниса имела доход с пая в железорудных шахтах, купленного еще ее мужем, но пай был невелик, к тому же полвека жизни в столице так и не вытравили в ней деревенскую бережливость.
К тому же, что б там Бивилка не думала, а «подкармливать» себя Умма и не позволяла, строго следя, чтоб купленных Янисой продуктов на общем столе получалось не более трети. Хватит того, что старуха готовит на обеих, а теперь – еще и на гостей магички.
Сама Умма стряпать так и не научилась, не зря мать на нее махнула рукой еще десять лет назад: не быть хозяйкой девке! Тесто не поднимается, овощи расползаются в тряпки, мясо выходит сухим, а каши – безвкусными.
Яниса водрузила на стол ржаную ковригу, пяток вареных яиц и пушистый веник зелени.
– Петрушечка! – восхитился Оль. – Свеженькая!
– Сзаду дома высеяла, – пояснила Яниса, расставляя на столе глиняные кружки. Руки у нее дрожали, поэтому принести посуду доверили Умме. – Навесик тамочки у меня, деревца плодовые, курятник малый за заборчиком, столик да лавка, чтоб летом на воздухе. И траву ж вот высеяла. А по весне моркву по краю растыкаю.