Дабл Ю: служебный роман (СИ)
— До чего ж ты упертая, Юлия Викторовна, — я встал. — Что тебе принести?
— Ну… пирожок какой-нибудь.
Я спустился в кафе и пристроился в очередь. На раздаче второго стояла пухленькая блондиночка Настя. Увидела меня, заулыбалась. У нас с ней ничего не было, но, похоже, она надеялась: краснела мило и подкладывала самые лучшие кусочки.
— Привет, Юрочка. Что ты будешь?
— Привет, Настюша. Пюре с тефтелями. А можешь еще одну порцию в какую-нибудь посудину с собой положить? У нас там аврал, ребята не успевают.
— Ну… — она заколебалась. — Хорошо, только верни потом.
Вытащив откуда-то пластиковый контейнер с крышкой, Настя положила туда второе и поставила рядом с тарелкой на мой поднос. Я заметил в углу Макса и Кристину и пошел к ним. Там же, правда, притулился и Геннадий, но я решил, что переживу.
— А это что? — Макс дернул подбородком на контейнер и пирожок в салфетке. — Юльке?
— Да, она там завозилась что-то.
— Как мило! Как трогательно! — прилетело из-за спины.
Можно было даже не оборачиваться. Эту заразу, как всегда, принесло в самый неподходящий момент. Я притворился глухо-мертвым. Помедлив немного, Лариса пошла дальше. Аппетит подпортило, но не сильно.
Управился с обедом со скоростью ракеты — прямо как в школьную короткую перемену. Честная компания начала раньше, но я их все равно обогнал. Поднялся наверх и поставил перед Юлей контейнер.
— Давай ешь, пока совсем не остыло.
— Спасибо, Юра, — глаза у нее стали как у совы днем. — Сколько я тебе должна?
— Херней хватит страдать.
— Нет, правда. Ты же не обязан меня кормить.
— Я и помогать тебе не обязан.
Ляпнул и испугался — а вдруг сейчас скажет: ну и вали отсюда, сама справлюсь. Но она как-то смешно сморщила нос, открыла контейнер и развернула замотанную в салфетку ложку.
— Хорошо, тогда завтра я пойду и тебе принесу.
— Тебе не дадут, — заверил я. — Можешь даже не пытаться.
— А тебе дали? Ты соблазнил повариху?
Я чуть не сказал, что не все такие упертые, как она, но вовремя прикусил язык. Это было бы точно мимо кассы. Поэтому улыбнулся загадочно и с достоинством отступил на запасные позиции — к кофеварке.
— И мне сделай, пожалуйста, — попросила Юля.
Глава 13
Юля
— Странные у вас игрища, — хмыкнула Кристина, когда за Максом и Юрой захлопнулась дверь.
— Какие на фиг игрища? — буркнула я, — вытирая салфеткой кофейные потеки.
— Такие, что он тебя провоцирует, а ты ведешься, как девочка. Я думала, такое только в школе практикуется, даже на первом курсе уже несолидно. Надо же, как мужика завело, что ты его отфутболила. А еще больше заводит, что одной рукой отпихиваешь, а другой держишь. Так бы он, может, давно уже кого другого охмурил. Другую, в смысле.
— С ума сошла? — возмутилась я. — С чего вдруг я его держу?
— Да вот мне тоже интересно, — Кристина закинула руки за голову и сладко потянулась. — Черт, спина затекла. Не знаю, Юль, ты, может, сама не замечаешь? А вот со стороны очень даже видно. Ты бы уже определилась, что ли. А то прямо как собака на сене.
Это было обидно, но… доля истины в ее словах определенно имелась. Чем больше меня тянуло к нему, тем сильнее я сопротивлялась. Чем сильнее сопротивлялась, тем сильнее тянуло. То ли настиг интерес к плохим мальчикам, обошедший стороной в школьные годы, то ли все было гораздо сложнее. Собака на сене? Каждый раз, когда я видела его рядом с женщиной, первая мысль была всегда одна: это по работе — или как?
Совсем не равнодушная мысль.
— Только учти, Юль, когда определяться будешь, — Кристина встала и поставила пустую кружку на кофейный столик. — Из трех озвученных пунктов борщ и заштопанные носки ему от тебя и правда вряд ли понадобятся. Такие Липкие Юрики не женятся. А если и женятся, то лучше бы не женились. Мой такой же кобель был. Не зря говорят: красивый муж — чужой муж.
Поморщившись, я вспомнила отца, который народную мудрость подтверждал на все сто. Интересно, от второй жены он тоже гулял во все стороны?
— Крис, ну что ты мне как маленькой девочке? — я с досадой швырнула скомканную салфетку в корзину, но не попала. Пришлось вставать и поднимать.
— Значит, веди себя как взрослая женщина. Хочешь просто потрахаться с качественным самцом — вперед. Хочешь замуж — так у тебя, вроде, парень есть. Бери за хер и веди в загс.
— Ничего не хочу, — ответила я мрачно. — Вообще ничего.
— Ну и дура, — пожала плечами Кристина и защелкала мышкой. — Потом захочешь, а будет поздно.
Я не стала уточнять, что именно будет поздно. Видимо, и то и другое. Впрочем, сейчас меня больше беспокоило не это.
Как мы будем с ним вместе работать целый месяц, сидя бок о бок? От одной мысли становилось не по себе. Одна надежда, что быстренько во всем разберусь и дальше уже обойдусь без помощи.
С утра познабливало, и казалось, что от меня противно пахнет. То ли потом, то ли духами слишком резко. Или, может, изо рта. Впрочем, сильно зациклиться на этом я не успела, потому что появился пиарщик Геннадий и переключил на себя внимание.
Зная, что его привел Макаров, мы изначально были настроены с предубеждением, но реальность превзошла ожидания. Персонаж с порога дал понять, что осчастливил нас своим появлением, а узнав о своих обязанностях, заявил нахально: не слишком ли много вы хотите на меня повесить?
— Геннадий, вы будете делать то, что я скажу, — спокойно, но веско отбил подачу Макс. — Торг не уместен.
Пиарщик с усмешкой промолчал, но стало ясно: конфликты не за горами. Впрочем, немного гонору с него сбил Юра, обнаруживший, что кто-то узурпировал его кружку. Мне прямо понравилось.
Мы сели работать, и неожиданно оказалось, что ничего ужасного в этом нет. Наоборот, все четко, прямо по-военному. Сама я, конечно, разобралась бы, но так было намного быстрее. Вот только иногда ловила его взгляд, и это было словно какой-то мгновенный ожог с внутренней стороны кожи. Потом нас выгнали в «аквариум», и это было еще более остро: наедине, но под пристальными взглядами трех пар глаз. Впрочем, я, конечно, преувеличивала. Никто на нас не смотрел, все были заняты своими делами.
Когда Юра принес мне обед, это было неожиданно, потому что я сказала, что вместе с ним в кафе не пойду, довольно резко. Это и правда стало бы дровишками в костер разговоров, чего точно не хотелось, особенно после реплики Кристины, которая засела в мозгу, как заноза.
Девушка, или вешайся, или освобождай табурет.
Неужели и правда так заметно?
Он спросил, что мне принести, это само по себе было как та кроличья лапка, которую я вспомнила в первое утро. Но пюре с тефтелями в контейнере… Защипало в носу — и что-то вдруг неуловимо изменилось, в один момент.
Нет, не в моем отношении к нему. Просто перестала щетиниться, как дикобраз, злясь без конца и на него, и на себя. Все стало как-то… мягче, спокойнее. Когда делали перерыв на кофе, болтали о чем-то нейтральном. Один раз шел сильный дождь, и я согласилась, чтобы подвез до метро. Иногда даже проскальзывали крамольные мысли: а ведь мы и правда могли бы стать друзьями — что бы я там ни говорила об этом на озере.
Конечно, это был самообман, я прекрасно понимала, но… мне хотелось вот так себя обманывать. Что можно дружить с мужчиной, который тебе нравится.
В конце первой недели я сказала, что дальше могу проверять и сама.
— Не гони волну, — возразил Юра. — Давай посчитаем. Сколько сделали, сколько осталось
По расчетам выходило, что, работая в паре, мы уложимся в две с небольшим недели вместо месяца.
— Давай так. Полдня занимаемся своими текущими делами, а после обеда проверяем карты. Закончим раньше — возьмем часть у Макса.
Я согласилась. Две следующие недели пробежали незаметно. Работа, работа… Я даже на Геннадия больше не обращала внимания, хотя сначала раздражал очень сильно. И с Владом кое-что изменилось. Я перестала звонить ему. Не каким-то волевым усилием, а просто… перестала. Он тоже не звонил, но писал теперь сам. Неужели и правда что-то дошло? Мы проводили вместе выходные, иногда встречались на неделе. Как-то ровно, без всплесков, но меня это устраивало.