Темные клятвы (ЛП)

— Вот чёрт, — кашляет Уильям, выплёвывая набившуюся в рот грязь, и приподнимается рядом со мной. Его преображённое состояние прошло, он стал выглядеть более человечным, но в его глазах всё ещё горит ярость Мясника.
— Что, во имя семи кругов ада, это было?
— Изольда, — выдавливаю я хриплым голосом. — И Блэкридж. Вместе.
Кассиэль тяжело приземляется, его крылья выглядят потрёпанными, но функциональными.
  
— Вся магическая структура академии только что изменилась. Теперь это симбиоз. Две силы переплелись, усиливая друг друга.
Внутренний двор, ещё мгновение назад являвший собой хаотичное поле битвы, теперь погружён в леденящую душу тишину, нарушаемую лишь стонами раненых и отдалённым грохотом рушащейся каменной кладки, которая в то же время восстанавливается.
— Нам нужно добраться до неё, — рычу я, поднимаясь на ноги. Все инстинкты кричат, что, что бы ни произошло в той контрольной камере, это всё изменило.
Перед нами возвышается главное административное здание, на удивление нетронутое, несмотря на только что прорвавшуюся волну энергии.
— Как ты думаешь, с ней всё в порядке? — спрашивает Уильям напряжённым от беспокойства голосом.
— Она Изольда, — говорю я, как будто это всё объясняет. И, в некотором смысле, так оно и есть. Она сильнее, чем кто-либо из нас о ней думает, неунывающая и находчивая. Но Блэкридж… он — неизвестная величина, древний, жуткий и невероятно могущественный.
Мы осторожно продвигаемся к входу, Кассиэль идёт впереди, его чувства сканируют в поисках угроз. Воздух всё ещё гудит от остаточной магии, последствий того, что выпустили на волю Изольда и Блэкридж.
Дверь кабинета Блэкриджа криво висит на одной петле, расколотая и сломанная. За ней видна потайная дверь, ведущая на лестницу, ведущую вниз, — тёмная пасть, ведущая в глубины Серебряных Врат.
— После тебя, — бормочет Кассиэль, жестом приглашая меня пройти вперёд.
Я без колебаний ныряю в темноту, Уильям и Кассиэль следуют за мной. Воздух становится холоднее, тяжелее, он наполняется силой, от которой у меня мурашки бегут по коже.
Наконец, мы подходим к массивной двери из чёрного камня, которая сейчас приоткрыта. Зал управления залит мягким малиновым сиянием, источником которого является энергетическая сфера над центральной платформой. На этой платформе стоит Изольда, рука об руку с Блэкриджем. Знаки на её коже больше не чёрные, а насыщенного тёмно-красного цвета. Они оба поворачиваются, когда мы входим, выражение их лиц невозможно прочесть.
— Изольда.
— Си-Джей, — отвечает она с мягкой улыбкой. — Ты в безопасности.
— Что случилось? — требовательно спрашивает Уильям, не сводя взгляда с Блэкриджа.
— Что ты с ней сделал?
Блэкридж на самом деле улыбается — искреннее, почти отеческое выражение, которое пугает больше, чем любое рычание.
— Я не сделал ничего такого, чего мисс Морворен в конечном счёте не выбрала бы для себя сама. Мы просто ускорили неизбежное партнёрство.
— Партнёрство? — эхом отзываюсь я, и мой голос звучит как низкое рычание. Вид руки Изольды в его руке вызывает во мне собственнический гнев. — Какого рода партнёрство?
— Такого, который положит этому конец, Си-Джей. Коллекционеров, Дамадер, которые охотятся и убивают студентов, а то и того хуже. Связь стабильна. Цитадель укреплена. Серебряные Врата готовы.
— Готовы к чему? — спрашивает Кассиэль, и его серебристые глаза подозрительно сужаются.
Медленная, леденящая душу улыбка расползается по лицу Изольды, зеркальной копии Блэкриджа.
— К войне, Кассиэль. К последней битве.
Блэкридж кивает в молчаливом согласии.
— Те, кто творят беззакония сейчас, пожалеют, что не сделали лучшего выбора.
В Изольде холодность, тревожащая уверенность, которая перекликается с древней, непримиримой натурой самого Блэкриджа. Что бы ни произошло в этом помещении, какие бы узы между ними ни установились, это изменило её сильнее, чем я мог себе представить. И я не уверен, что мне это нравится.
Глава 2
ИЗОЛЬДА
— ЧТО ТАМ ПРОИЗОШЛО? — спрашиваю я в тишине, в основном, чтобы нарушить её. Она неудобна и беспокоит меня.
И тут я осознаю, что всё ещё держу Блэкриджа за руку. Я вырываю свою, и он, к счастью, отпускает её.
Тишина затягивается, густая и тягостная, прежде чем Си-Джей, наконец, заговаривает, его голос звучит низким рокотом.
— Прибыла моя мама.
Мои брови взлетают вверх.
— О?
— Во всей своей ужасающей, огнедышащей красе, — подтверждает Уильям, скрестив руки на груди и по-прежнему глядя на Блэкриджа с нескрываемой враждебностью.
— Очевидно, она почувствовала необходимость, скажем так, агрессивно ускорить отступление Коллекционера.
— Она испепелила большую часть внутреннего двора, — добавляет Кассиэль. — А вместе с ней и нескольких Коллекционеров. Вместе с некоторым сопутствующим ущербом.
— Она также дала понять, что вернётся, если не получит от меня вестей в течение трёх часов. Она пришла, чтобы встретиться с вами, а в итоге стала причиной массового уничтожения, — говорит он, не сводя глаз с Блэкриджа, почти предостерегающе, поскольку он эффективно располагается между мной и Блэкриджем. Его собственнические чувства — это ощутимая сила, щит и предупреждение.
Блэкридж наблюдает за этим с присущим ему раздражающим спокойствием.
— Как жаль, что я пропустил её визит, но твоя мать выбрала идеальное время, мистер Аквила. Её вмешательство было случайным.
— Случайным? — рычит Уильям. — Она чуть не убила меня. Снова.
— Но не убила, — отмечает Блэкридж. — Руны защитили тебя, и её появление рассеяло Коллекционеров, прежде чем они смогли закрепиться как следует.
— Объясните мне цветными карандашами, что именно здесь произошло, — говорит Си-Джей, теряя терпение от этого непринуждённого разговора.
— Изольда теперь является частью Серебряных Врат. Их защитница, их сила. Моя вторая половина.
— Изольда? — выплёвывает Уильям, мгновенно улавливая неформальность.
— Ваша вторая половина? — рычит Си-Джей, поворачиваясь к Блэкриджу. — Вы больной, извращённый ублюдок. Я знал, что вы хотели её.
Полный отвращения взгляд Блэкриджа заставляет меня поёжиться так, что я жалею, что не могу это контролировать.
— Нет, — заявляет он. — Мой интерес к Изольде магический и более отеческий, чем всё, что ты придумал в своём безумном воображении.
— Я сделаю из вас сумасшедшего, — рычит он и бросается на Блэкриджа.
Блэкридж поднимает руку и останавливает Си-Джея на полпути, на его лице появляется предупреждающее выражение.
— Прими это как комплимент, мистер Аквила.
Я кладу руку на грудь Си-Джея, чувствуя, как напряглись его мышцы.
Он тут же расслабляется от моего прикосновения, хотя его янтарные глаза не отрываются от лица Блэкриджа.
— Наша связь — это не то, что вы думаете. Она не романтическая и не сексуальная. Это симбиоз. Как две половины единой магической системы.
— Это не делает ситуацию менее тревожной, — бормочет Уильям. — Теперь ты связана с ним. Навсегда.
— Не связана, — поправляет Блэкридж, опуская руку. — Является партнёром. В этом есть разница. Изольда сохраняет свою независимость, свободу воли. Она просто разделяет бремя поддержания обороны Серебряных Врат.
— И что именно это значит? — спрашивает Кассиэль.
Я делаю глубокий вдох, пытаясь упорядочить поток новых знаний в своём сознании.
— Это значит, что я могу чувствовать каждый магический поток в академии. Каждый оберег, каждое защитное заклинание, энергетический отпечаток каждого студента. Это похоже на постоянное осознание всего, что здесь происходит.
  
— Это звучит утомительно, — говорит Си-Джей, теперь его голос звучит мягче и озабоченнее.
— Я в порядке. Но Серебряные Врата не обошлись без меня. Теперь они усилены. Итак, я спрошу ещё раз, что произошло там, наверху, после того как твоя мать устроила массовые разрушения? — я уже знаю, но я хочу, чтобы они сказали это вслух, признали это, поверили в это.