Миры за гранью. Тетралогия

				Все девушки, присутствующие сейчас в зале, с интересом посмотрели на меня. Когда начинали разговор, речь шла о детских доспехах, а сейчас вроде как уже не только о них, поэтому они с интересом присмотрелись к лежащему на столе комплекту кожаной брони. Эрея и Дария особо никак не отреагировали на выложенные на столе доспехи, а вот у Теи, Длаи и саркалок он вызвал неподдельный интерес. Они даже подошли ближе, чтобы лучше рассмотреть его.

				Видя такой повышенный интерес к своей работе, Ломар приободрился:

				— Конечно, всё будет создаваться с учётом различий строения мужского и женского тела, плюс индивидуальные особенности, связанные с личными параметрами и размерами.

				Я и сам присмотрелся к тому, что лежало на столе. Там оказался тот самый комплект доспехов, что мы и обговаривали. Только изготовлен он был из обычных подручных материалов, какая-то кожа, какая-то не слишком качественная кольчуга, ткань и прочие не очень дорогие материалы. Всё верно, это лишь опытный образец, который должен был показать нам общие принципы построения заказанного кожаного доспеха. Но даже этот, собранный на скорую руку, комплект был гораздо лучше, чем, например, те, что я видел в городе на многих наёмниках. И уже по этому, казалось бы, неброскому жесту со стороны кожевенников можно было оценить их мастерство.

				Между тем Ломар продолжал рассказывать о созданной им модели брони.

				— Верхний слой этого образца, — указал он на выложенный на стол комплект кожаных доспехов, — кожа виверны. Следующим слоем идёт мелкоячеистая кольчуга. Можно использовать мифрил, он приобретается по стандартной цене, так как его распространяют лишь светлые дварфы. Но есть и другой вариант, правда, я не знаю, заинтересует ли он вас. У нашего знакомого есть и более дорогой материал — адамантит. У него завалялось несколько его рулонов, сейчас они лежат совершенно без дела. Он готов продать нам его со скидкой только в том случае, если мы приобретём его весь. Я не знаю, что ему ответить. Обещал переговорить с вами. Весь адамантит нам не нужен. Там его как минимум на ещё столько же комплектов брони. Но в итоге общая стоимость материала будет примерно одинакова как для мифрила, так и для адамантита.

				Я задумался. Ломар не знал ещё одной особенности адамантита. Её описание кластер нашёл буквально только что, когда я старался понять, почему почти одинаковые по своей прочности материалы настолько разнятся по своей стоимости. И вот что нам удалось выяснить.

				Общим заблуждением было то, что адамантит намного крепче мифрила. Это не так. Была небольшая разница, но она незначительна. Вся соль заключалась в магических свойствах этих материалов. Оказывается, мифрил был антогоничен любым хаотичным типам магических энергий. На практике это означало, что никакие плетения на основе энергии хаоса в него внедрить было нельзя. Даже если там присутствовала хотя бы небольшая доля подобных энергий, плетение распадалось. И как результат, на мифрил можно было наложить плетения, содержащие исключительно упорядоченные типы энергий. Это лишь магия света и порядка. Во всех остальных плетениях, принадлежащих любому другому направлению магии, в том или ином количестве содержалась энергия хаоса. Даже жрецы светлых богов не могли накладывать никакие лечебные плетения на этот материал, так как и в них, оказывается, жила частичка хаоса.

				А вот адамантит был в этом отношении уникален. Несмотря на то что этот металл встречался только на нижних планах реальности, и достаточно далёких, он позволял вложить в себя абсолютно любой тип магической энергии. Из-за этого особо дорогие и долговечные артефакты создавали на его основе.

				Поэтому для нас, как для совершенно разноплановых магов, именно адамантит был более предпочтителен. Мы в этом случае смогли бы усилить созданные кожевенниками доспехи ещё и какими-нибудь защитными плетениями разового или постоянного действия.

				«Нужно над этим подумать», — поставил я себе очередную задачу.

				То, что мы выкупим весь адамантит, у меня не вызывало сомнений. Он нам нужен, тем более с учётом того, что доспехов придётся делать чуток больше, чем я рассчитывал первоначально.

				Между тем Ломар продолжал.

				— Дальше. — Он приподнял специально не сшитый край и указал на нижний слой. — Здесь бархат и шёлк, чтобы не натирать кожу, так как комплекты одежды в большинстве своём рассчитаны для ребёнка и девушек. — Помолчав, он перешёл к основному, подцепив двумя пальцами какой-то тёмный материал, находящийся под кольчугой. — Это та кожа, что мы снимем с твоего зверька, — кивнул он мне, — и тут есть один любопытный момент, — Ломар поднял указательный палец, — мы брали в расчёт обычную стяжку кожи при сушке. В этом случае её общая площадь уменьшается примерно на тридцать процентов. Это, конечно, не касается таких уникальных материалов, как, например, та же кожа кракена или дракона. Но, как оказалось, и кожа твоего зверя обладает тем же свойством, и поэтому мы ошиблись в расчётах. В итоге материала останется ещё на два полных женских комплекта. Или можно завершить мужской и добавить один дополнительный женский. Что скажешь? — Пожилой мастер посмотрел на меня.

				А что сказать, на руках у меня теперь три девушки, а не две.

				«Хотя нет, девушек-то больше. — Я посмотрел на Дарию, Длаю, сестёр-близняшек, вспомнил о том, что в зале с Рехором сидит его внучка. — Блин, и с ними нужно что-то решать. Плюс вон ещё и у Грона дочка, и ещё две девушки его нейтралов, но с ними-то проще, оперативную работу выполнять они не будут, но всё-таки».

				Так что выбор практически сделан. Осталось его только озвучить и дополнить.

				— Нужно будет ещё два женских комплекта, — сказал я.

				И подумал:

				«Но это ещё не всё, это только, так сказать, с приставкой „пока“».

				— По тем же размерам? — уточнил у меня Ломар.

				— Нет, по другим. — И я продиктовал им выведенные мне на интерфейс размеры Ралии.

				— Хорошо, — сказал Кроган. А затем что-то быстро прикинул в уме. — Эта девушка изящнее двух предыдущих… — задумчиво протянул он и, осмотрев присутствующих, сложил у себя в уме два плюс два. Посмотрев на Ралию, Тею и Эрею, сидящих рядышком, он повернулся ко мне, улыбнулся и произнёс, весело посверкивая глазами: — Останется небольшой кусок материала, но его хватит не больше чем на короткую детскую куртку.

				— Детскую, говоришь? — переспросил я.

				«Значит, если повезёт, то судьба?» — решил я.

				И назвал племяннику Ломара размеры Глеоса, а потом переспросил:

				— На него хватит?

				Тот что-то прописал у себя в небольшом блокноте.

				— Впритык, но не уверен. Слишком точно придётся подгонять выкройки и материал.

				— Постарайся, — попросил я молодого мастера, так как понял, что с основным материалом, похоже, будет работать именно он. И снова обратился к старшему мастеру: — Коль вы теперь практически наш персональный мастер, то, пожалуй, и остальные заказы я передам вам. Выполните их по той же схеме, только уже без моего материала. Во-первых, дополните последний мой заказ на ребёнка до полного комплекта и сделайте ещё один. Во-вторых, мужской комплект аналогично добейте до полного и сделаете также ещё один комплект. Третье: мне нужно шесть аналогичных женских комплектов брони в двойном варианте и два в одинарных. Вот размеры. — Я не стал их диктовать, а просто переписал всё на пергамент. — Если материала не хватит, то заменяйте его наиболее подходящим. Приоритет такой. Первоначальный заказ на три женских комплекта, мужские и детские комплекты, потом шесть женских уже без дополнительного слоя кожи и последние два. Вроде всё. Как вам заказ?

				Ломар потрясённо смотрел на меня.

				— Это же больше четырёхсот тысяч, — просипел он. — Мне ни разу не давали такого большого заказа. Но мы справимся. — Взяв себя в руки, он прикинул: — На выполнение заказа в полном объёме потребуется около двух месяцев. Другие заказы мы на это время брать не будем.

				— Без проблем, — согласился я с ним.

				— Тогда нам потребуется первоначальный взнос в размере ста тысяч кредитов. Он необходим для закупки дополнительных материалов, о которых я говорил, слишком необычные комплекты тобой заказаны, и небольшой запас на непредвиденные расходы. К тому же мы будем готовы провести сделку через моего племенника, чтобы вы смогли получить максимальную скидку. — И он вопросительно посмотрел на Крогана.

				— Тридцать процентов, — сказал тот, — больше не получится.

				Пожилой мастер снова перевёл взгляд на меня, ожидая согласия или иного моего ответа.

				— Хорошо, — подтвердил я их условия, и почти мгновенно мы с Ломаром составили договор на изготовление ими доспехов для нашей гильдии.

				В конце, пожав ему руку, я впервые увидел, как этот пожилой демон несколько смущённо смотрит на меня. Заметив мой недоумевающий взгляд, он тихо пояснил свои чувства:


				— Я ведь до последнего момента не хотел верить вам. Лишь поддержка Рехора и странное положительное отношение Длаи к вам помогли мне сделать этот нелёгкий шаг навстречу вашей гильдии.

				— И вы уже скоро сможете убедиться, что не зря доверились нам и им. — И я кивнул в направлении его дочери.

				— Я уже это вижу, — тихо произнёс мастер, взяв подписанный нами договор и убирая его к себе в сумку. — Спасибо вам за Длаю, да и за всех нас тоже.

				Я лишь ещё раз, покрепче, сжал руку старика и, не став больше никак акцентировать на этом внимание, спросил его о другом, переводя тему:

				— Ну а теперь расскажите о тех, кто готов с нами сотрудничать.

				Ломар всё понял правильно и, с благодарностью кивнув мне, ответил:

				— Я успел переговорить только с одним своим хорошим знакомым, который находится примерно в том же положении, что и мы, правда не столь критичном, но всё же. Только он не мастеровой, а лекарь, вернее, аптекарь, продаёт лечебные зелья и снадобья.

				— Ничего, свой лекарь в гильдии — это неплохое подспорье, впрочем, как и все прочие нейтралы, — поддержал я.

				Ломар кивнул:

				— Он закончил Школу жизни города Льен, это в одном из центральных миров, и уже давно перебрался вместе с женой к нам сюда. Тут у них родился сынишка, который ходил в местную общую школу, пока ту не закрыли. Потом он обучался дома, как и многие местные дети. Его жена несколько лет назад погибла при странных обстоятельствах, и с тех пор у него всё не заладилось. Практически тогда управление аптекой взял в свои руки подросший сын, так как отец не мог уже управлять сам. Я не знаю, что с ним случилось, но он больше не мог изготавливать или варить зелья и снадобья. Но аптека не закрылась. По сути, его сын работает полноценным лекарем-алхимиком с двенадцати лет.

				«Ничего себе…» — протянул я.

				— У него не такой талант, как у его отца, — продолжал рассказывать мастер, — парнишка — очень сильный маг жизни и несколько необычный, он не управляет силой напрямую. Большего я сказать не могу. Просто сам не знаю и не понимаю, что бы это могло означать.

				А вот я понял, о чём говорит Ломар, вернее, догадался. Этот парнишка — прирождённый алхимик. Обычно подобные ему — достаточно слабые маги, которым просто не хватает собственной силы для управления магическими энергиями напрямую. Поэтому они воздействуют на неё с помощью дополнительных инструментов, таких как зелья, свитки, амулеты, к примеру, пресловутые волшебные палочки, которые по сути представляют собой усилитель магической энергии и инструмент, позволяющий лучше контролировать и управлять потоками силы. Это, кстати, один из основных атрибутов алхимиков. Правда, эта самая волшебная палочка может иметь совершенно разный внешний вид. Но суть одна — она нужна им для дальнейшей работы. В нашем же случае сын знакомого Ломара сам по себе был достаточно сильным магом, но, как я понял, мог работать с силой опосредованно, через вспомогательные инструменты, у него должно получаться всё великолепно.

				— Поэтому отец, — продолжал Ломар, — обучил его всему, что знает и умеет сам, чтобы тот мог полноценно заменить его в лавке и при изготовлении заказов. И он давно хотел полностью передать аптеку сыну, а самому отойти от дел, лишь время от времени по мелочи помогать ему. Но для этого нужно как минимум вступление юноши в гильдию лекарей, аптекарей или какую-либо иную магическую гильдию, работающую с магией жизни. Перед этим же необходимо получить официальный аттестат об окончании любого из патентованных этими самыми гильдиями учебного заведения. — И старый мастер посмотрел на меня.

				— Всё вполне законно и правильно, — пожал я плечами на эти его слова, — эти нейтралы отвечают за чужую жизнь, и тут нет никакой дополнительной преграды в столь строгом отборе. Это верно, что при решении заняться подобной деятельностью маги должны доказать свою квалификацию.

				Похоже, и сам мастер-кожевенник был со мной согласен, но вот именно относительно этого дела ему было что сказать.

				— Да, согласен, — кивнул мне Ломар, подтверждая мои знания, — но я знаю и этого парня, и его отца уже практически двадцать лет. Юноша не по годам умён и расторопен. И вот уже восемь лет, хоть это мало кто знает, всем ассортиментом товара в их лавке занимается он, отец лишь стоит на кассе и принимает клиентов. Парень — прирождённый алхимик. Но у них никак не получается собрать денег и на обучение, и на вступление в гильдию. Раньше они надеялись на то, что смогут сдать экзамен экстерном, но с недавнего времени подобную практику отменили, хотя при такой сдаче экзамен вёлся в гораздо более строгой и сложной форме. А всё потому, что полное обучение в любой академии или школе магии стоит на порядок дороже. У них ещё есть время, но они особо не надеются на удачу. Время для поступления в учебное заведение ещё есть, но тогда у них не будет возможности скопить денег для вступления в гильдию. Ведь старик сам не сможет содержать свою лавку. Ну вот я и обещал им, что переговорю с вами, и, возможно, ваша гильдия сможет им что-нибудь предложить.

				«Так, — задумался я, — есть неплохой алхимик и его отец, который уже не маг, но достаточно подготовленный практик и теоретик. Что ещё?»

				Я посмотрел на Лениавеса и, перейдя на лесной эльфар, спросил у него:

				— Утеря способностей к управлению магическими энергиями — ты что-нибудь об этом слышал?

				— Да, — ответил тот, — у магических существ подобного недуга произойти не может, магия у них, как, впрочем, и у таких, как мы, — корнол стукнул себя кулаком по груди, — в крови, но вот хуманы, — и он посмотрел на меня, — вполне подвержены подобным расстройствам. Я слышал, подобное случается из-за сильнейшей психологической травмы или иногда под длительным воздействием какого-либо блокирующего магическую деятельность амулета или препарата. Но тут, скорее всего, первый случай. Видимо, это был хуман, и он очень сильно был привязан к своей жене.

				— Понятно… — протянул я и, повернувшись к Ломару, уточнил: — Этот аптекарь — чел?

				— Да, — удивлённо ответил тот. — А как вы узнали?

				— Маги, — кивнув в направлении оборотня, пояснил я и стал обдумывать ситуацию дальше.

				«Лекарь, но без официально подтверждённого статуса. В гильдию принять мы его сможем. А сертифицировать и легализовать его у нас не будет никакой возможности. Нужно получить официальный диплом об окончании какого-либо учебного заведения. В этом у нас также нет особых помощников, кроме единственного знакомого. Это Рехор с его академией».

				— Значит, сделаем так, — обратился я к Ломару, — ты можешь сказать своему другу, что мы готовы принять его сына в нашу гильдию на тех же условиях, что и твою дочь. Однако в этом случае всё упирается в получение диплома его сыном. И у нас есть один вариант на этот счёт. Мы постараемся договориться с одной академией о возобновлении ими практики экстерн-обучения и досрочной сдачи экзаменов. Однако в этом случае я сам буду настаивать на том, чтобы подобные досрочные экзамены для сдающих проводились в максимально сложной и жёсткой форме. Надеюсь, вам не нужно объяснять, для чего я это сделаю.

				— Нет, — покачал головой Ломар.

				— Ну и, естественно, сдачу экзамена придётся оплачивать из собственного кармана, а не за счёт гильдии, — добавил я. Заметив согласие в глазах старого мастера, продолжил: — Тогда всё отлично. Вы переговариваете со своим другом и озвучиваете ему наши условия, он, если они его устраивают, связывается с нами, ну а мы в свою очередь постараемся обеспечить его сыну возможность сдачи досрочного экзамена.

				— Я всё понял, — кивнул Ломар.

				— Тогда считаю этот вопрос тоже закрытым. — Посмотрев на мастеров-кожевенников, убедился, что им больше нечего пока сказать. — Ломар, Кроган, вы простите, — сказал я им, не особо миндальничая, да и зачем это делать, когда и так все понимают, для чего мы здесь собрались, — у нас есть ещё некоторые дела с вашей дочкой, а вас мы больше не задерживаем. Заказами на ближайшее время мы вас обеспечили…

				— Да, — согласился Ломар, — мы начнём работу уже сегодня.

				— До встречи, — попрощался было я с ним, но вспомнил о первоначальном взносе: — Да, забыл. Деньги на закупку материала уже переведены на ваш счёт, тот, что указан в договоре.

				— Спасибо, — поблагодарил мастер, Кроган же лишь кивнул. — Тогда мы пошли, — сказал пожилой мастер, — судя по тому, что я вижу, у столь важных господ, как вы, — он улыбнулся, — должна быть уйма дел. Не будем вас больше отвлекать.

				Он поднялся с кресла, за ним встал и его племянник.

				— Папа, забери с собой Рамоса, — произнесла Длая, — я, как закончу со всеми делами, пойду домой.

				«О, а про мальчонку-то я и забыл, а ведь хотел обсудить с Длаей кое-что и насчёт его», — вспомнил я, глядя на идущего к деду парнишку.

				— Простите, хотел предложить вам ещё кое-что. Это касается твоего сына, Длая. — И я указал на Рамоса.