Миры за гранью. Тетралогия

				«Сейчас всё услышите, — передал я им и подумал: — Вот ответ на мой себе вопрос „Как девушки могут относиться ко всей этой ситуации?“. Она для них такой же нонсенс, как и для меня. И они сами не знают, как быть. Но чтобы прибить меня, они уж точно сумеют договориться. — Я обвёл всех своих красавиц, сидящих сейчас в зале, немного печальным взглядом. — Вот оно, казалось бы, счастье, но если тронешь, то всю руку вместе с головой оторвать может».

				Нужно расставлять все точки над «і», иначе это бесконечное утро обещает перетечь в такой же бесконечный день, а я так надеялся хоть сегодня обойтись без особых приключений. Да, видно, не судьба.

				Так чего ждать. Нужно двигаться вперёд, а для начала рассказать всем, что же я устроил за представление тут несколько минут назад.

				— Ах да. Рассказать, что же произошло. — И, опасливо посмотрев на Тею и Эрею, как раз так удачно отсутствовавших во время боя, начал говорить.





* * *


				— Начну с того, кем вы мне предстали, когда я увидел вас впервые. — Я посмотрел на саркалок. — Две девушки. Милые, красивые, но при этом с окружающей их аурой опасности и спокойствия. То уважение, которое выказывали вам все наёмники из отряда Трона, говорило о многом. Например, о том, что та самая аура опасности и угрозы — не пустая игра моего воображения. Так что я принял за аксиому то, что уважение этих суровых нейтралов к вам основано не на пустом месте, а на ваших умении и способностях. До того момента, как я увидел вас впервые, я ничего не знал о вас, и то, как вас назвал Прон, — саркалки, по-видимому, это ваша раса, мне ничего не говорит. Я никогда не пересекался с вашими соплеменниками. Так что и это слово для меня не более чем просто сочетание звуков.

				Все удивлённо посмотрели на меня.

				— Ну, не смотрите вы так. Здесь я не так давно и потому не могу знать всё и сразу. А там, откуда я родом, о соплеменниках Леи и Ней никогда не слышали.

				— Ты не знал, кто они, и поэтому повёл себя так безрассудно и по-хамски? — спросила Селая, как бы оправдывая моим незнанием то, что я набрался смелости задеть наших воительниц.

				Я покачал головой.

				— Вообще-то нет, — усмехнулся я. — То, что я не знал, кто именно эти две девушки, не помешало мне оценить уровень их боевой подготовки. Он великолепен.

				— Тогда я не понимаю, — пожав плечами, посмотрела на меня девушка, — зачем ты устроил то представление, коли осознавал опасность столкновения с ними.

				При этих словах на меня поражённо уставилось две пары глаз.

				— Он что устроил? — тихо спросила у всех присутствующих Тея.

				— Не переживайте вы так, всё уже закончилось, и закончилось к нашей взаимной выгоде, — постарался успокоить я Тею и Эрею.

				Но не тут-то было, с большим ехидством в голосе в наш разговор вклинился Трон:

				— Он затеял небольшую такую драку с ними с применением арбалетов и холодного оружия. И если честно, то все мы его похоронили минут этак пять назад. Ведь в отличие от него я прекрасно знал своих знакомых. — Он задумчиво окинул меня пронзительным взглядом и совершенно серьёзно продолжил: — Только мы все ошиблись, и, как вы теперь видите, эти две девушки сейчас не просто не хотят его убить, но ещё и присоединились к вашей, простите, уже нашей общей гильдии.

				«И не только к гильдии», — раздался мысленный комментарий Теи.

				— И сейчас нам всем очень интересно, как это он смог в одиночку разобраться с едва ли не лучшими бойцами нейтральных миров, — закончил говорить капитан наёмников.

				— Вот даже как, — демоница окинула оценивающим взглядом стоящих напротив неё саркалок, — лучшие, говорите. — Вопрос и издёвку в её голосе услышал бы и глухой.

				В прошлый раз именно с этой фразы и началась моя с Леей и Неей потасовка. Однако надо отдать должное: обе девушки проигнорировали этот выпад, вполне спокойно пропустив его мимо ушей, а Нея отреагировала на слова Теи так:

				— Видимо, всё-таки наши наставники сильно преувеличили уровень нашей подготовки, да и слухи, ходящие о нас в нейтральных мирах, слишком раздуты. Но мы всегда готовы совершенствовать своё мастерство и хотели бы понять, в чём была наша ошибка.

				— Неудивительно, — отозвался спокойно следящий за разговором Лениавес, — от этого варвара без особых манер и с привычками лесного дикаря ничего другого ожидать и не приходится. Простите, я стараюсь влиять на его воспитание, — обратился он к девушкам, — но проще дагоса[11]научить манерам и вежливому обхождению, чем переделать этого дикого северянина.

				«Как-то даже обидно, что меня сравнили со столь нелицеприятным существом, — вздохнул я, запросив информацию в сети о том, кто такие дагосы, — и вовсе я не такой, я ещё и анекдоты знаю, только над ними никто не смеётся».

				Зато эти слова заставили улыбнуться практически всех присутствующих, за исключением всё ещё угрюмо смотрящих на меня Теи и Слонга. Но, как я понимаю, девушка хмурилась, находясь в состоянии отката, хотя само моё сравнение со столь низкими демоническими тварями ей доставило неимоверное удовольствие. А вот телохранитель пытался понять, как же я на всё это отреагирую.

				«А никак, — улыбнувшись, подумал я, — ведь у дагосов была одна ненавистная всем черта, из-за которой их опасались жители всех нижних планов».

				Эти тупые демоны были настолько глупы, что не ведали страха, не умели отступать, не боялись смерти и всегда продвигались к своей цели. Правда, в основном этой целью была еда и самки, но не в этом суть. Никто и никогда не становился на пути у этого демона, когда он продвигался к своей цели. Иначе было всего два варианта: или он снесёт, раздавит, уничтожит тебя и двинется дальше, или тебе придётся уничтожить его. Но попробуй убить того, кто не понимает, что такое страх, кто пройдёт по краю пропасти лишь для того, чтобы свалиться тебе на загривок, кто прыгнет прямо на твой меч, чтобы вцепиться тебе в горло и разорвать его, а потом, истекая кровью, двинется дальше. И даже в этом случае не факт, что он не дойдёт. Такой вот парадокс. И именно поэтому сравнение со столь нелицеприятными существами меня нисколько не расстроило, обдумав ситуацию, я просто посмотрел на неё с другой стороны.

				— А что, неплохие зверюшки, — произнёс я, будто раздумывая. — Баг по прозвищу Дагос. Мне нравится.

				Честно говоря, я пошутил, но почему-то именно это сочетание мне как клином вбилось в голову. Чем-то оно напоминало мне имя и прозвище героя одного моего любимого фильма («Данди по прозвищу Крокодил»), и мне захотелось оставить его в память о своей родине, а то я как-то стал забывать уже о ней за всеми этими приключениями.

				— Что? — Все без исключения удивлённо посмотрели на меня.

				— Знаете, оставлю-ка я за собой право принять это имя, — уже вполне серьёзно обратился я ко всем присутствующим, — мне оно кое-что напоминает.

				— Он точно сумасшедший, — тихо прошептала одна из девушек, и я даже не смог понять кто, да меня это и не волновало в общем-то.

				Решение принято и выполнено. Кластер начал шерстить все базы, корректируя моё внесённое в них имя.

				— Ну да ладно, хватит обо мне, — несколько отстранён-но произнёс я, — вам нужен мой пересказ произошедших событий или он у вас уже не вызывает интерес?

				Эта моя смена настроения не осталась не замеченной как моими друзьями, так и моими новыми партнёрами и знакомыми. Но никто не стал лезть ко мне с расспросами, лишь Эрея и Ралия, видимо самые мягкие из всех, хотели как-то поддержать меня, но их обеих удержала Тея.


				— Не нужно, не тот случай, — тихо произнесла она, — это только его дело.

				— Но… — хотела возразить ей Ралия.

				— Нет, — жёстко оборвала Тея, — наша поддержка сейчас сделает только хуже. Он справится сам.

				Я был благодарен ей за это. Мне действительно не нужна ничья помощь, ну кто мне может помочь в том, что я оказался чёрт знает где и чёрт знает когда, да ещё и в такой необычной и странной компании существ, которых и людьми-то называют лишь номинально.

				Правда, некоторые из них за это короткое (или неимоверно долгое) время стали мне очень дороги, но всё-таки иногда просыпается та непреодолимая тяга бросить всё и пуститься в бега, стараясь скрыться ото всех, и вернуться домой.

				Хорошо, что этот приступ апатии быстро прошёл. Чем он был вызван, я и сам понять не мог. Тем более ни ментоинтерфейс, ни Диагност, ни кластер в моём поведении и состоянии не заметили никаких отклонений, что было странно. Я-то ясно чувствовал, как пелена реальности в тот момент стягивалась вокруг меня, и лишь это непонятное равнодушие не позволило мне скользнуть за ту странную грань, которая отделяла этот мир от неизвестной мне реальности.

				«Кластер, собери всю информацию по необъяснимому исчезновению людей и возможным схожим симптомам». И я описал ему то, что чувствовал буквально мгновение назад.

				«Выполняю», — отреагировал на мой запрос Вирт.

				Я же повернулся к смотрящим на меня нейтралам, таким знакомым и незнакомым.

				— Так на чём я остановился? — Я постарался вспомнить тот момент, на котором прервали мой рассказ. — Ах да. В общем, кто такие саркалы, ну и вы в частности, я не знал. Но я смог оценить уровень исходящей от вас угрозы, ещё когда впервые заметил вас в общем зале в компании Трона и его отряда. А понаблюдав немного за вами, я смог более точно определить уровень ваших умений и способностей. И тут меня ждал очень огорчивший меня вывод. Вы во всём превосходите меня. Сила, ловкость, точность и пластика движений, координация. Все эти качества у вас были значительно, значительно выше моих. Мне было нечего противопоставить вам в прямом поединке. А я понимал, что его нам не избежать.

				— Почему? — удивилась одна из саркалок. — Мы не проявляли ни к тебе, ни к кому из твоих друзей враждебности.

				— Потому что я видел, что мы вам не интересны. Единственный раз, когда что-то вызвало ваш интерес в нашем отряде, был тот, когда вы, собираясь уходить, внезапно насторожились, а потом вернулись на своё место, несколько напряжённо наблюдая за нами. Но я так и не понял причины, побудившей вас изменить ваше мнение. Однако потом я видел, что после того первого раза, когда мы смогли как-то привлечь ваше внимание, больше удержать его мы не могли. Но я понимал, что столь сильные бойцы очень нужны нашей гильдии. И поэтому затеял весь этот спектакль. Я понял, что остановить вас и не позволить уйти может лишь одно — возможность и дальше развивать ваше и так практически безупречное мастерство. Вот именно это «практически» и дало мне тот небольшой шанс. — Я немного помолчал, собираясь с мыслями. — Мне нужен был поединок с вами, — продолжил рассказывать я, — и я его постарался устроить. Но кроме самого боя мне было жизненно необходимо, чтобы вы не просто не одержали победы, но и проиграли этот бой. А как можно этого добиться, сражаясь со столь умелыми бойцами, на несколько порядков превосходящими меня? Только одним способом: сделать так, чтобы вы вели бой строго по тому сценарию, что я подготовил для вас. И я это сделал.

				— Как? — удивился Грон.

				— Это возможно, — задумчиво ответил тому Слоит, — я слышал о таком, правда, никогда не думал, что у меня будет возможность увидеть подобное в действии.

				— И?.. — посмотрев на него, уточнил наёмник.

				— В нашей гильдии было несколько мастеров, которые старались разработать методику выполнения задания, когда результат в большей степени зависит не от мастерства исполнителя, а от точности выполнения им определённого алгоритма действий.

				— Ну и как результат? — поинтересовался у него один из нёмников.

				— Да никак, на практике теория показала полную свою несостоятельность. И я с тех пор не слышал, что кто-то смог реализовать нечто подобное. Но, судя по тому, что рассказывает Баг, он воспользовался чем-то аналогичным. И мне вот стало интересно, где же его смогли обучить этому?

				— Дома, — усмехнулся я.

				— Видимо, дома, в том своём диком и глухом лесу, ты получил очень неплохое, современное и, можно сказать, продвинутое и разностороннее образование, — подмигнул мне телохранитель.

				— Похоже что так, — подыгрываю ему я и уже более серьёзным тоном продолжаю: — Но в целом Слонг прав. Мне необходимо было победить двух великолепных бойцов, при этом осознавая, что они на порядок превосходят меня по всем параметрам и по своему мастерству. И, что самое главное, мы все должны были выжить. Небольшие травмы и ссадины не в счёт. Не знаю, о чём конкретно говорил Слонг, но я действовал, примерно опираясь на те же принципы, что и те нейтралы, которых он упоминал. Но подошёл я к этой задаче немного с другого конца. План в любой момент может разрушиться из-за постоянно меняющихся внешних факторов, которые в тот или иной момент могут пойти вразрез с теми действиями, которые я должен был бы совершить. И поэтому я даже в мыслях отталкивался от несколько других постулатов. Практически сразу, ещё когда мне стало понятно, что в будущем вы можете нам пригодиться, мне пришлось начать продумывать свой алгоритм дальнейших действий. Но его составление — лишь часть общего плана. Весь сценарий нашего поединка заключал в себе не только моё поведение в этой ситуации, но и вашу возможную реакцию на него. Я должен был создать для вас некие внешние влияющие на ваши поведение и действия условия, которые однозначно бы вынудили вас поступить определённым, нужным мне способом. И как следствие, предварительную подготовку к разработке своего плана я начал ещё с того момента, как заметил, что вы потеряли интерес к нам. Особого ущерба от моей предварительной подготовки не было бы в любом случае. Если бы я ошибся, на нашу гильдию это никак не повлияло бы. Разве что вы ещё больше убедились бы в моей никчёмности и глупости, а вступать в этом случае в нашу гильдию вы и так не стали бы. А то, что можно считать положительным результатом, вы должны прекрасно понимать. По сути, это ваше согласие сотрудничать с нами, как минимум, и ваше вступление в нашу гильдию, как один из самых наилучших вариантов развития событий.

				— Это всё понятно, — прокомментировала мой рассказ Нея, — но это лишь те предпосылки, что заставили тебя действовать. Нам же интересен сам механизм того, как ты смог так точно спрогнозировать все наши дальнейшие действия? — И она переглянулась с сестрой, получив её молчаливое одобрение этого вопроса.

				— Вы опять не поняли, что я хочу сказать, — посмотрел я на девушек, — или пропустили этот важный постулат мимо своих прелестных ушек. Я не прогнозировал ваших действий, — при этих словах удивлённые взгляды не только сестёр, но и многих других, кто понимал, о чём идёт речь, скрестились на мне, — это очень неточно. Я постарался подстроить, понимайте как хотите, общую ситуацию таким образом, чтобы она вписалась в выстроенный мной сценарий, который однозначно диктовал бы ход ваших мыслей и поведенческую линию ваших поступков.

				— Чего? — оторопело переспросила у меня одна из девушек.

				— И вы ещё нам говорите, что этот парень нигде не учился, и всё время называете его дикарём или варваром, — отозвался на мои слова Слонг, — да я даже не слышал, чтобы так выражались самые занудные профессора ни в одном из знакомых мне учебных заведений. Да что кривить душой, я даже не уверен, что хоть кто-то из них разберёт ту чушь, что сейчас вылетела из его рта и пролетела мимо наших ушей. — И Слоит обернулся к Лениавесу: — Где вы нашли этого парня?

				Корнол хитро усмехнулся и чуть ли не со смехом ответил:

				— Не поверите, но и правда в самой гуще Леса в одном из внешних миров.

				— Любопытно… — протянул телохранитель, разглядывая меня.

				И этот его колючий взгляд вызвал во мне какие-то странные ощущения. Будто Слонг старается примерить на меня очередную рубашку, которая в принципе налезть не может. Но если постараться, то вдруг получится? Вот на это «получится» телохранитель и надеется.

				О чём на самом деле в этот момент думал Слонг, мне не было известно, но в том, что он точно пытается меня с кем-то сравнить, я был уверен. Опять же вопрос: с кем?

				Я же пока оставил эти свои странные ощущения насчёт телохранителя-демона в стороне и постарался просто послушать, о чём вообще разговаривают присутствующие.

				И выходило так, что никто из них в принципе не понял то, о чём я говорил.

				«Неужели их образ мышления настолько сильно отличается от нашего, ну, или как вариант, от моего?» — сам у себя спросил я.

				Прямого ответа у меня не было.

				Но моё предположение частично очень скоро подтвердила Лея, попросив меня более подробно разъяснить, что же я сделал такого, что заставило их с сестрой плясать под мою дудку. Версию с магией они сразу отмели, так как и сами не почувствовали во время боя её применения, да и во мне они не видели особых способностей. Так что для них тот результат, с которым закончился наш поединок, был чем-то нереальным, выходящим за грань возможного. Поэтому им требовались более подробные разъяснения.

				Я посмотрел на находящихся в зале нейтралов.

				— Давайте тогда я разложу последовательность своих действий и выводов по шагам. Чтобы и у других в будущем не возникло вопросов. Хорошо? — Получив кивок от одной из девушек и телохранителя, я сказал: — Тогда так. Начнём с самого начала. Момента нашей с вами встречи. Первое, что я увидел и почувствовал, — это пренебрежительное отношение с вашей стороны ко всем присутствующим в общем зале. Как к знакомым, так и незнакомым нейтралам, и особенно ко мне, видимо как к самому слабому звену в нашем отряде. Высокомерие и пренебрежение — это огромнейшая ошибка, ведущая к недооценке возможностей противника. Оно и было первой брешью в вашей непробиваемой броне, за которую я зацепился. Это ваше предвзятое отношение ко мне я и постарался усилить. Словом ли, жестом ли, своим поведением, я старался делать всё для того, чтобы практически всё время, находясь у вас на виду, вызывать в ваших душах, умах и сердцах негативные ко мне чувства и эмоции.