you're my twenties (СИ)
Нет, сейчас я не имею право вмешиваться. Они обязательно разберутся и без меня. Сейчас, все что я могу — быть рядом с Чонином, в случае чего, дать ему нужный совет, как-нибудь уговорить поговорить с Крисом и выяснить все, пока не стало поздно. Не хотелось бы снова проходить через тот ад, разгуливая по проклятому лесу с демоном, или снова переодеваться в девушку из фильмов ужасов. Брр, аж не по себе становится, когда вспоминаю.
Раздался тихий звук вибрации и я на секунду отвлекся от тяжелых мыслей, доставая из кармана телефон. Экран засветился, оповещая о новом сообщении с пожеланиями спокойной ночи от моей белки, и я невольно улыбнулся. Я скучаю, но, сказать ему об этом я конечно же не скажу. Много чести.
Быстро набрав ответ, я отложил телефон на столик, поворачиваясь к Чонину и касаясь его плеча ладонью, слегка тряся.
- Малыш, проснись, - тихо зову я, - Чонин-а.
- Хен? - хрипло тянет младшей, а затем, видимо, поняв где он находится, резко садится, потирая глаза, - прости, я заснул.
- Ничего. Пойдем, я расстелил тебе диван в кабинете Джисона.
- Вы теперь так твою бывшую спальню называете? - слегка улыбнулся младший, все также потирая глаза рукавом, а я нахмурился. Чонин хрипит, а на щеках проскальзывает нездоровый румянец. Видимо, он действительно нехорошо себя чувствует, но сам продолжает упорно это игнорировать.
- Ну, да. В конечном итоге его рабочее место теперь там, так что, мы решили называть ее так. Звучит пафосно, нам нравится. Ты как себя чувствуешь?
- Горло болит, - бубнит тихо Ян.
- Сделать тебе чай?
- Хен, - Чонин поднимает на меня красные глаза, вздохнув, - я же не помешаю, если останусь у тебя ненадолго?
- Нет, конечно. Я все равно тебя больным не выпущу на улицу, ребенок. Да и к тому же, Джисонни все равно не будет целую неделю, так что мне некому проигрывать в его тупые игры на приставке.
- Как вообще можно продуть Джисону? Он же лох в играх, - бубнит тихо мальчишка, на что я усмехнувшись, потрепал его по волосам.
- Ну, вот так. Так тебе сделать чай?
- А можно молоко с медом? Просто, - младший губу поджимает и взгляд опускает, тут же шмыгая и рукавом глаза вытирая, - Чанни-хен мне всегда молоко делал, когда я плохо себя чувствовал.
- Чонин, - вздохнув, я лишь киваю, поднимаясь с дивана, - иди в кровать. Я положил тебе вещи на столе, и не забудь надеть носки. Я принесу тебе молоко чуть позже.
- Спасибо, хен, - тихо шепчет младший и поднимается с дивана, медленно плетясь к двери в комнату, оставляя меня наедине со своими мыслями.
Как же мне хочется написать старшему и сказать ему пару ласковых, но ведь я обещал.
Чертовы обещания. Надо будет хотя бы уговорить Чонина позвонить хену и встретиться, как только Ян будет лучше себя чувствовать.
А пока надо бы поставить ребенка на ноги.
***
- Блять, тридцать девять и два, - смотрю на градусник, тяжело вздыхая и устало потирая шею, - а у меня из лекарств остались только валерьянка и таблетки от головной боли. Надо что-то придумать.
- Хен, я в порядке, - тянет тихо хриплым голосом Чонин, поджимая ноги к груди и сильнее кутаясь в одеяло, - все хорошо, правда.
- Ты мне вчера тоже говорил, что все в порядке, - бурчу, протягивая младшему чашку с молоком, - и что теперь? Думаешь я за этой горой из одеяла не вижу, как тебя трясет? Блять и аптеки все закрыты, а ближайшая круглосуточная, по ощущениям, вообще на другом конце города. Я не могу тебя так надолго одного оставить. Так, надо в интернете посмотреть, что…
- Но я правда в порядке, хен, - перебивает Чонин, высунув руку и забирая у меня чашку, тихо благодаря, - перестань паниковать, я не умираю. Это просто простуда.
- Мелкий, прекрати мне тут чушь нести. Или мне верить, пока на пороге по твою душу не появится Со с косой наперевес? Ты мне второй день рассказываешь, что ты здоров и это легкое недомогание сейчас пройдет, и что не нужно лекарств. И что мы имеем сейчас?
Мою ругань на младшего прерывает внезапный громкий звонок в дверь, и я с удивлением смотрю на лисенка, который хлопает ресницами, вопросительно смотря на меня и делая небольшой глоток из чашки.
- Ты кого-то ждешь, хен?
- Нет, - хмурюсь слегка, смотря на Чонина, - тем более так поздно. Выпей молоко, пока еще теплое и ложись, я сейчас вернусь.
Поднимаюсь со стула и выхожу из комнаты, прикрывая за собой дверь, в голове перебирая все возможные варианты, кого это могло принести к нам так поздно ночью, начиная от арендодательницы и заканчивая демоном, пришедшим по молодую душу малого. Вот только, насколько мне известно, бабуля Хенджина опять по делам уехала, а Со с Феликсом заняты ремонтом в их квартире и вряд ли у них остались силы и время по ночам шляться. Если они вообще друг друга не поубивали. Например, на прошлой неделе мы с Джисоном разнимали этих двоих в мебельном из-за того, что Ли хотел зеленые шторы на кухню, а чернокнижник белые. Понятия не имею, что они потом час в туалете делали, но в конце концов Со с видом побитой собаки оплачивал те самые зеленые шторы кредиткой, пока довольный как кот Феликс мурчал ему что-то на ухо, поправляя воротник на пальто. Однако, несмотря на это, единственный, кого я действительно не ожидал увидеть, так это взъерошенного Бан Чана. Старший выглядел обеспокоенным и очень сильно напуганным, а еще кажется бледнее на тона два. И я даже знаю причину.
- Минхо, Чонин у тебя?
- И тебе привет, хен, - хмыкнул я, скрестив руки на груди и опираясь плечом о дверной косяк, - ты время вообще видел? Час ночи, Крис, я мог уже и спать.
- Черт, извини, я совсем не соображаю сейчас, - слегка виновато шепчет Чан, выдыхая, - он не отвечает на звонки, не появлялся сегодня в университете и дома его тоже нет, а…
- Хен, - прерываю старшего на полуслове, слегка хмуря нос, - он здесь, только… Можно я сначала задам тебе один вопрос?
- Ч-что? - удивленно смотрит на меня Бан, словно видит в первый раз.
- Кто такая Хани-нуна?
- Хани-нуна? Откуда ты ее знаешь? И почему ты спрашиваешь?
- А ты сам не догадываешься? - щурюсь, смотря на то, как активно задумался старший. На секунду мне даже показалось, что у него пар из ушей пойдет, так активно шевелились шестеренки под пепельными волосами.
Вот чему я точно научился за все то время, что нахожусь в нашей странной компанией идиотов, так это дать шанс объясниться и выслушать, а не бить подносами раньше времени, нафантазировав себе всякого. Правда есть одно исключение, в виде поганого чернокнижника, но это так — мелочь, как, собственно, и сам Со.
- Подожди… Ты хочешь сказать, что Чонин поэтому не отвечает на звонки?
- Ну, у меня он сейчас именно поэтому. Прости, что не сказал сразу, но я обещал ему не вмешиваться, хотя бы пока он не поправится.
- Твою мать, - вдруг взвыл старший, зарываясь пальцами в седые пряди.
- Хен, он ведь неправильно все понял, правда? Ты ведь не способен на такое?
- Конечно нет, Господи! - поднял на меня усталый взгляд Чан, и я облегченно выдохнул. Меньше всего мне хотелось бы, чтобы то, что успел себе надумать лисенок оказалось правдой, - Можно я…
Хен не успевает договорить фразу до конца, как его прерывает громкий и глухой удар о пол, от чего мы оба встрепенулись, оборачиваясь в сторону комнаты, откуда буквально только что доносился звук.
Я тут же рванул к двери, надеясь, что это не то, что я думаю, и младший просто уронил книгу или что-то вроде того, но, к сожалению, нет. Вслед за мной в комнату вошел Кристофер, и увидев лежащего на полу Чонина без сознания, тут же кинулся к нему, проверяя пульс и дыхание. Кинув мне быстрое «звони в скорую», хен поднимает мальчишку с пола и аккуратно укладывает на диван, пока я судорожно бью пальцами по экрану, стараясь попасть по нужным цифрам.