Судьба (СИ)

Не так уж он и изменился. Опять свёл всё к высшему смыслу.
— Свет и Тьма, логика Меча и Взрыва, — Хэйла была схожа с ним в этом аспекте. Внезапная мысль заставила её резко шагнуть вперёд и сжать плечо Рэя в своей руке. — Тьма учит тому, что должна существовать лишь одна, наивысшая форма. Совершенный ницшеанский идеал. Ну да я рассказывала про сверхчеловеческую плесень и топот арийских сапог вместо морали. Свет, напротив, учит разнообразию. Но что такое разнообразие без контроля? Что происходит с организмом, клетки которого начинают делиться без остановки? Так, может, в этом и есть смысл баланса? Клинок срезает лишнее. Но не больше.
— У меня есть подозрение, что наш Август тоже дошёл до этой мысли. И устроил то, к чему тяготеют умы, способные к пониманию, но не к ответственности. Увы, Таранис не был Джоном, чтобы видеть мир неоднозначным и совладать с этой идеей… Хотя удивительно, если учесть, кто из них злобный дед, — пробудившийся усмехнулся, однако вскоре в его взгляд вернулась серьёзность. — Будет лучше, если наши мысли не выйдут за пределы этих разговоров. Не хотелось бы своими руками породить секту призывающих Тьму… Я пришёл сюда отдохнуть, а не устроить культ вроде того, что мы ищем.
— Вот уж точно, — расслабленно ответила Хэйла, не спеша отпускать его плечо. — Последнее, что мне нужно, так это фанатики и недоумки. Хотя первые обычно являются вторыми… Ну так вернёмся к тому, для чего ты сюда пришёл, а политика с теологией могут и подождать.
Сократив дистанцию и вплотную прильнув к Рэю, Хэйла впилась в его губы страстным, требовательным поцелуем. Она многое поняла. В том числе научилась разделять время работы и отдыха, а также грамотно ставить приоритеты. Хотя сложно не вписать в них смазливого зеленоглазого охотника, храбрости которого подчас хватало на саму Джейн. Вместе с тем, он не лишился понимания мягкости и податливости. Которыми убивал так, как могла не каждая девица… Вызывая ещё больший интерес к своей личности.
У Рэя были тонковатые для мужчины запястья, но и длинные сильные пальцы. Это девушке в нём нравилось порой больше всего. Обманчивая хрупкость и утончённость, скрывавшие за собой не меньшую силу, чем у остальных стражей. Та самая красота джентльмена, что изящно пронзил шпагой сердце своего противника, не теряя аристократичных манер.
Проблема лишь в том, что в голове этого пробудившегося так же сидел мальчишка, случайно убивший собой Элис, когда гонял вместе с Фелисом голубей где-то наверху. А громче всех смеялся Амадеус…
Однако для Хэйлы в этом и был приятный вызов. Да, красив, но не жеманный идиот, а в достаточной степени отбитый пацан, в прошлом ещё и учёный. Можно сказать, что сейчас она всё сильнее подталкивала к краю крыши сразу двоих. Один холодный и неприступный, а второй позволял ей слишком многое. Даже сохранить себе один шип.
Однако, прежде чем под ногами образовалась пустота, девушка всё-таки прервала поцелуй. Раскрасневшаяся и всклокоченная, она выглядела такой живой, какой не предстаёт ни перед кем другим. Готовая ради познания и долга пожертвовать всем, даже за гранью безумия хотела быть с Рэем.
— Или ты всё ещё хочешь говорить про Свет, Тьму и погоду? — девушка иронично подняла бровь.
Однако во взгляде читалось, что если ему хватит наглости сказать “да”, то она сломает ему руку.
— Нет. Но я хотел поговорить с тобой про тот поцелуй с Августом, — в это мгновение Рэй мог стать отличным авангардом охотников, ибо не ведал инстинкта самосохранения.
И тонкие, но чертовски сильные пальцы сомкнулись на горле охотника. Второй рукой Хэйла поднесла цветок и вдохнула его тонкий аромат.
— Да-да? Кажется, тебе очень важно говорить про это сейчас? — голос обещал уже не просто переломы, а самое что ни на есть расчленение.
— Хэйла… Он учил меня стрелять… — Рэй сегодня туговато соображал.
— Стрелять? — переспросила Хэйла сжимая горло сильней. Её воображение быстро нарисовало, что этот похабный варлок мог сделать в ходе учебного процесса. — Ради всех богов, скажи что это не эвфемизм.
 
— Мы просто стреляли… — прохрипел охотник.
Разум Хэйлы диктовал уже свои совершенно безумные картины, но именно эти слова и охладили её пыл. Ну не могли же они на самом деле… Да ещё и с винтовкой… Потому, ослабив пальцы, девушка позволила Рэю оправдаться.
— Кажется, он настроен дружить, — покорный своей судьбе пробудившийся смог сказать это достаточно чётко и, вместе с тем, как-то подозрительно привычно не сопротивлялся. — Похоже, он и сам тогда не понял, что от меня хотел. Точнее он меня и хотел, но это… Что-то глубже.
— Ах он хотел глубже… — обманчиво мягко произнесла Хэйла.
Почти нежным, грациозным и женственным движением, она столкнула Рэя вниз, с крыши. А сама, вновь вдохнув аромат розы, умиротворённо вздохнула. Всё-таки он знает, какие цветы ей нравятся…
Джон любил чай. И алкоголь тоже любил. Но всё-таки последний чуточку меньше.
На то была вполне утилитарная причина — ты можешь пить чай несколько часов к ряду. И, если не заварить его слишком крепким, то единственное, что будет тебя беспокоить — потребность в посещении уборной. Алкоголь же куда коварнее… Тебе может казаться, что это лишь приятное тепло в груди, да лёгкая рассеянность, но, стоит подняться на ноги, как тут же поймёшь, что уже не можешь ходить. Проще говоря, в ситуации, где есть хотя бы тень реальной угрозы, Джон станет пить чай.
Впрочем, Август, сидящий напротив, вероятно выбрал кофе ровно по той же причине.
— Погода… Хорошая… — произнёс младший варлок, тщательно размешивая сливки.
— Определённо, — меланхолично ответил Джон.
Элис, сидевшая сбоку от стола и почти по центру от этих двоих, закинув ноги, громкими глотками принялась допивать своё пиво. Когда женщина закончила, то не стала отрываться от газеты. Вместо этого она положила её на колени, не отвлекая зоркие титанические глаза от чтива, и принялась скатывать банку в почти ровный шарик.
Вскоре жестяное изделие отправилось в полёт куда-то за спину с характерным звуком. Туда, где валялись такие же восемь… Тогда как сама воительница поднялась со своего места, продолжая изучать городские новости прошедшей недели, и абсолютно ровной походкой направилась к холодильнику, на ощупь выпив яйцо и ища новую банку.
— Пиздец дебилы, — сказала Элис каким-то своим мыслям по поводу газеты, полностью игнорируя происходящее во внешнем мире.
— Хм? — издал вопросительный звук Джон.
Август тоже перевёл взгляд на титанку. Определённо, это лучше, чем напряжённое молчание двух коварных варлоков. Коварлоков?
Пролетевшего мимо окна Рэя они идентифицировали так легко, что стало даже как-то грустно за судьбу этого охотника. Даже Элис оторвалась от чтива. Не то, чтобы её это удивляло… Ясно же как белый день, откуда он упал, если Хэйла сейчас сидела на крыше.
— Свидание удалось! — произнесла воительница тост и начала громкими глотками опустошать очередную банку.
Август посмотрел на часы, висящие на стене.
— Долго она…
— Почему никто из вас не думает, что это было его взвешенное и осознанное решение? — пряча смешок за кашлем, спросил Джон.
Обстановка ощутимо разрядилась, а дверь распахнулась, впуская внутрь Рэя.
— Потом все спрашивают, почему я не воспринимаю склонность к необузданному насилию как признак опасности, — изрёк тот, поправляя рукава своей рубашки. — Хуже нас могут быть только Элис и Таранис…
Воительница подавилась пивом, щедро полив оным Джона.
Варлок флегматично взял со стола пачку салфеток и, протерев лицо, похлопал по спине Августа, поперхнувшегося кофе.
— Ну, полно тебе, Рэй… Они не так ужасны как вы.
— Попробуй бросить камень, когда они идут вместе, — посоветовал охотник.
Элис достала из всё того же холодильника банку с оливками и неумолимо пробила в той дырку обратной стороной ложки. Слегка встряхнув ёмкость, женщина задумалась, нахрена она это сделала.
— И что же произойдёт? — с неподдельным интересом спросил Август.