Судьба (СИ)
Хотя куда уж Августу до того, что творил Рэй в союзе с Хэйлой, словно созданной дополнять его обманчивую мягкость, не давая нарушить равновесие.
Свет и Тьма… Женское и Мужское… Чёрное и Белое… Безумный Учёный и Безумная Учёная…
Одна склонна, ради мира во всём мире, начинать ломать всё на своём пути в том числе силой науки, тогда как пороком второго неоднократно становилось желание достичь добра для всех путём полного отсутствия хоть какой-то угрозы и убеждения в этом остальных. Их самое крупное столкновение закончилось тем, что Рэй начал учиться быть злее, а Хэйла, напротив, расслабляться. Здесь невольно закрадывались мысли про некую таинственную связь двух стражей, словно созданных друг для друга. Даже во Тьме они не отвернулись друг от друга.
— Сурово… — охотник выглянул в одно из окон поезда, когда тот снова поворачивал.
Зрелище для тех, кто, так сказать, любит зрелища. Джон тоже обретал того, кто его прекрасно дополнял. И, пусть их взаимодействие двух древних существ было очень степенным, не спеша разрушать хитросплетения сложных умов, однако же оно несло в себе то самое очарование триумфа духа над плотью. Словно игра двух хитрых богов, которым некуда спешить и они получают удовольствие от момента.
Но то, что происходило на крыше одного из вагонов, было не особенно возвышенным, хотя безусловно эффектным. Эрика ломала. Потому что падшие, которые обнаружили на крыше незваную гостью, горько жалели об этом, буквально отлетая при встрече с искрящимися электричеством кулаками.
— Чувствую себя бесполезным, — смирился с судьбой лузера Рэй.
Не все падшие спешили выбраться на крышу, чтобы там броситься под сокрушающие кулаки бесстрашной охотницы. Часть из них пыталась бежать, но “щук” на всех не хватало, а спрыгнуть вниз на подобной скорости — самоубийство даже для них.
— Рэй… — неуверенно обратился к пробудившемуся Фелис. — Я что-то… Не могу понять… Странно.
Действительно странно. Этот призрак отличался не только великолепными сенсорами, но и редким, даже по меркам себе подобных, вниманием. Если даже он не мог распознать конкретную сигнатуру, это было по-настоящему нечто необычное.
— В чём дело? — парень приостановился, он никогда не игнорировал настороженное поведение своего самого главного напарника.
— Секунду… — Фелис медленно, подобно крадущемуся коту, двинулся вдоль ящиков.
Неосмотрительно? Этот призрак был уверен в себе и своих сенсорах. В поезде можно не опасаться снайперов, а всех противников вблизи он точно почувствует. Замерев у металлической коробки с изображением редиса, Фелис довольно шевельнул корпусом и повысил голос.
— Выходи! Это свои!
Однако крышка не шелохнулась.
Рэй сначала хотел что-то удивлённо сказать, но затем его настигло осознание сути происходящего. Страж, украдкой осмотревшись, вдруг осторожно снял шлем, отложив тот и освободив свои фиолетовые волосы, несколько растрепавшиеся относительно своего обычного состояния. Он осторожно подошёл к своему призраку, тоже глядя на коробку.
— Больше нечего бояться. Мы здесь для того, чтобы всех спасти, — немного неуверенно произнёс охотник, добавив тише. — Кого ещё возможно…
Крышка дрогнула и приподнялась. Синий свет кибернетического глаза больше не оставлял сомнений. Там внутри был призрак. Очень напуганный призрак…
— Здравствуй, — Рэй, предусмотрительно открывший своё лицо, осторожно, но дружелюбно улыбнулся. — Хорошо, что ты уцелел…
Охотника можно обвинять во многих сомнительных поступках в прошлом. Хотя убить призрака, который подсказывает своему стражу, куда стрелять по твоему… Вот уж что точно он даже обсуждать не станет. Однако остальные — другой случай. Из всего того, что есть в мире под светом Солнца и Странника, Рэй находил жизнь этих маленьких роботов особенно ценной, если не священной. Они — частичка той сущности, что защищала этот мир, вернув к жизни тех, чьих сил уже однажды не хватило. Были и храбрые призраки. Такие, как Фортуна и Афина, способные устроить своему врагу настоящий ад. Но многие другие являлись существами значительно более хрупкими, подчас находясь в тени и под защитой собственного стража, к которому глубоко привязывались. Фелису очень повезло, что его собственный чувствовал любовь и благодарность к маленькому другу, одарённого подчас каким-то глубоким мистическим знанием видеть большую важность этих связей.
И Рэй прекрасно понимал, что мог чувствовать этот призрак, похоже потерявший доступ к своему стражу.
— Тут больше нет падших, — добавил Фелис. — Можешь выходить. Ты… Знаешь, где твой страж?
Призрак осторожно подлетел вверх, оттолкнув крышку своим корпусом.
— Я… Да. Знаю, — его голос звучал тихо и как-то по-механически, словно это был действительно робот.
Так проявились страх и усталость.
— Отведёшь нас? — живой и полный сочувствия голос Фелиса звучал особенно контрастно на этом фоне.
— Мы поможем, — снова добавил страж, протянув к нему свою руку так, как это делали другие, призывая собственных призраков.
Призрак дёрнулся, словно почуял угрозу в этом совершенно невинном жесте, но, совладав с собой, приподнялся вверх и, вылетев из ящика с овощами, негромко сказал.
— В следующем вагоне… Я…Она сказала мне прятаться…
Фелис вполоборота посмотрел на Рэя. Ему и не требовались слова, чтобы тот понял его мысли. Оставивший стража умирать, пусть и по приказу самого стража… Подобное вызывало почти физическую боль у детей Странника.
Однако в глазах охотника в эти мгновения вспыхнул тот самый тёплый свет, коим он всегда касался заблудившиеся души, чтобы вернуть их домой.
— Что бы здесь ни произошло… Ты правильно сделал, послушавшись её, — произнёс Рэй мягким, но внушающим глубокое доверие голосом. — Твоего стража можно спасти.
“Если только это не были достаточно грамотные падшие, знающие, как уничтожить тело без остатков” — подумал Фелис, но вслух ничего не сказал.
====== Глава 70 ======
Поезд мчал вперёд, под жгучими лучами полуденного солнца. Но прерии не было дела до транспорта. Сколько таких составов уже проносилось здесь прежде, под немыми взорами кактусов и редких тщедушных деревьев? Разве может волноваться ковыль из-за того, что машиниста нет на посту? Лишь одинокий койот провожал взглядом пролетающие вагоны… Но и ему было плевать на людей и их технику. Не волновали койота и эликсни. Возможно, умей животные разговаривать, и рассказывай они легенды о прошлом, то койот даже посмеялся бы из-за злой иронии. Пока двуногие убивают друг друга, им совершенно нет дела до остальных обитателей планеты. Никто не пойдёт охотится на таких койотов, как он, пока якобы разумные заняты охотой друг на друга.
Но койоты не разговаривают… Оно и к лучшему.
Эрика обернулась, когда Стив сообщил о движении. Люки вагонов, которые всё ещё не были проверены идущей по низу командой, зловеще пооткрывались, явив из недр своих падших всех возможных размеров. Ещё одна смерть для охотницы? Да как бы не так!
Подняв взгляд на очередного капитана эликсни, женщина улыбнулась под шлемом своей зловещей улыбкой. В то же мгновение она увернулась от заносящего сзади свой удар более мелкого собрата того и тут же, поддаваясь инерции и ветру, на ходу выстрелила в пол, что-то закрепив на своём поясе. Вопреки обычному вооружению стражей, один из запасных пистолетов женщины оказался самым что ни на есть крюком, пробившим крышу вагона, чтобы раскрыться подобно бутону цветка и намертво там закрепиться.
Рэй находчивый и умный мальчик, он убивал плохих стражей. Но Эрика убивала вообще всех, кто смел выступить против человечества.
Женщина увернулась от новой попытки оборвать её жизнь, скользнув на верёвке вниз, пробежав по стене вагона и выпрыгнув вновь, чтобы выстрелить в лицо следующему противнику, уйти вбок и позволить другому застрелить своего сородича. Тот собирался отрезать крепление, на котором так лихо держался надоедливый и слишком ловкий страж, но нашёл своё последнее пристанище внизу, на камнях и в пыли. Следом отправилась ещё парочка.