Судьба (СИ)

— Да не делаю я никаких грустных… Выражений лица, — Таранис пододвинул к себе одну из бутылок. — Просто непривычно. Когда-то я слепо гордился Августом. Потом… Вы знаете, что было после. Но сейчас он проявил себя как настоящий страж.
— Иногда молодым полезно почувствовать настоящую опасность, а не слушать чужие речи о славных победах. Это закаляет настоящий дух, избавляет от губительных иллюзий, — Амадеус выливал уже вторую бутылку в свою огромную кружку, чтобы наполнить ту до краёв. — Август славный парень, но страдает из-за своего ума. Хорошо, что он нашёл Рэя.
— Который страдает из-за своей тупости, — хмыкнула Элис. — Кстати… Чем ты вообще кормил своих учеников, что им всенепременно хотелось Рэя? На месте Хэйлы я бы побеспокоилась из-за того, что Августа он всё же пощадил. А вдруг ему понравилось?
Полюбившая шутки про крепкую мужскую любовь Шершень коварно улыбнулась во все свои идеально ровные зубы.
— Я уже сказала, — меланхолично усмехнулась Хэйла, рядом с которой на столе лежала белая роза. — Если они залезут друг другу в штаны — выебу обоих…
— Ты же шутишь? — внимательно посмотрел на неё Таранис. — Да?
— Угадай, — улыбка Хэйлы стала шире и она сделал большой глоток пива.
Немногословная Джейн спокойно слушала их. Её команда вернулась в полном составе, Последний Город спасён от потенциальной угрозы, а она снова здесь, как ни в чём не бывало. Лучшая в своём деле, не требовала почестей, но и не отказывалась принимать благодарность людей. Её сдержанность, уживающаяся с чистой и сильной душой, завораживала, интригуя стражей и людей. Кто-то уважал, кто-то завидовал, а эти стражи были готовы погибнуть, защищая ту, кто сама всех спасла.
Так к чему громкие слова, если ты снова дома, в кругу друзей, в тепле и слушаешь их рассказы? Не ради ли таких настоящих моментов стоит жить и бороться за этот мир?
— Знаете, — Том был необычайно тих и спокоен. Он смог организовать самый большой взрыв за всю свою карьеру и теперь наслаждался чувством светлой меланхолии. — Когда-то, только став стражем, я думал, что всё будет довольно просто. С одной стороны — мерзкие пришельцы, с другой — благородные защитники Города. Потом я понял, что всё гораздо сложнее. Среди стражей есть мерзавцы, а пришельцы, напротив, бывают благородны. Но теперь, узнав всех вас, я понял, что пусть добро и противоречиво, часто оно принимает странные облики, а инструменты его могут быть жестоки… Но мы защитили наш Город и простых людей, что даже не догадываются, где мы были и что делали. И это самое главное. А глобальные вопросы философии… Не для меня.
— А я всё же кое-что скажу, — негромко произнёс Эшли. — Всех мерзавцев объединяет одна и та же черта. Они искренне удивляются и требуют справедливости, когда с ними делают всё то же самое, что они сами делали с другими. За все годы своей жизни я убедился, что ни разу не оказывался неправ, когда был вынужден убивать их.
— И потому, как говорит Банши, главное помнить, кто на стороне добра, — согласилась с ними Хэйла. — Не искать сложных оправданий себе и другим, не пытаться рвать мораль на куски, обращая её уродливой химерой. Просто помнить, ради чего мы всё это делаем.
Голубые облака пролетали в небе над Джоном. Такие далёкие и такие близкие… Изумительно красивые в своей простоте. Сколько раз он видел их прежде и увидит ещё? Варлок как-то слышал про теорию множественности миров. Это был не его профиль, но тем не менее… Однако в такие моменты задавался вопросами, каковы другие вселенные там, за тончайшей кромкой бытия. Есть ли альтернативные версии его, Джона Смита, и как сложилась их судьба? Был ли там Коллапс. Стали ли они стражами? Или, быть может, эти миры столь невероятны, что даже пытаться представить их заведомо бессмысленно?
Услышав шаги, приглушённые густой травой, мужчина повернулся на звук.
Позади стоял Рэй. Он двумя пальцами подцепил в воздухе зависшего рядом Фелиса и сам придвинул его к своей щеке, позволяя прижаться в излюбленном жесте. Призрак только обрадовался как кот приступу нежности своего стража. А охотник легко улыбался, дыша полной грудью. Глаза его как прежде светились, только в них появилось больше силы и осознанности. Пробудившийся, что прошёл через множество тяжёлых испытаний, но лишь стал сильнее. Такова сущность Рэя. Он боролся две своих предыдущих жизни, не уступал обстоятельствам и в третьей, сохранив силу духа.
 
Последнему Городу очень нужны такие стражи, герои. Ловкие, умелые, душа компании… Джон видел, как его ученик сумел не совершить те ошибки, что случались с ним самим. Где-то проявил больше твёрдости, в другом случае, напротив, уступил, лишь выиграв от этого. А чего он хотел от древней сущности, хоть и потерявшей свою память?
— Давно мы вот так просто не любовались красотой лета, — произнёс Рэй, подойдя ближе и посмотрев куда-то на уровне горизонта. — Похоже, что мне всегда нравилась планета Земля, моя настоящая родина. Сюда я вернулся и погиб, здесь же обрёл свою новую жизнь. Наверно я, как и Завала, навсегда остался человеком.
— Все мы люди, — ответил Джон, жестом приглашая его сесть на траву рядом. — Будь то “люди”, пробудившиеся или экзо. Стражи и смертные… Свет и Тьма… Эти стихии многое дают, но прячут главное. Наши души, наши сердца. Они сделаны из единого пламени, вечного пламени.
Рэй ненадолго присел, а потом и вовсе лёг, рассматривая проплывающее мимо облако. Тёплый ветер нежно обдувал лицо, а шелест травы вызывал приятную сонливость. Это его дом. Даже далеко за пределами Последнего Города, все эти поля и леса всегда были его частью. Голубая планета, давшая жизнь человечеству. Что бы с ней не происходило, она раз за разом восстанавливалась даже без помощи Странника. Может он прилетел к ним не просто так, увидев нечто большее? Человека, в ком дьявол и ангел сплелись воедино. Способного как покоряться, так и бороться. Воина и творца. Существо, способное сделать свой выбор высоко взлететь, либо низко пасть.
— Знаешь, Джон… — Рэй прикрыл глаза. — Мне нравилось быть стражем с моего самого первого дня. Я тоже задаюсь вопросом, для чего это всё было нужно, но судьба бессмертного не мучает меня.
— И не должна мучить, — следуя его примеру, Джон тоже лёг на мягкую траву, подложив руки под затылок. — Жизнь — прекрасный, удивительный дар. Нам он дан с запасом, но это не должно умалять его ценность. И ты это знаешь…
Варлок замолчал. Он чувствовал, что мир меняется. События невероятно ускорились. Неизменность, что прежде царствовала веками, ушла в прошлое. Глобальные силы пришли в движение и Джон не знал, как к этому относиться. Быть может, мир обречён? Или напротив, воспрянет из пепла? Но что толку гадать о будущем, власти над которым всё равно не имеешь. Он обрёл семью, друзей и дом, в который хотелось возвращаться. Сколько бы времени ни было впереди, считанные годы или века — страж знал, что будет бороться за них.
— Мы сами должны вкладывать смысл в свою жизнь, — продолжил Джон. — Странник молчит. Так, значит, проявим уважение к его выбору. Он дал нам новый шанс и не один, а это заслуживает благодарности.
Вновь послышались шаги. Август шёл не таясь, а на его лице сияла счастливая улыбка. Он не мог вспомнить, испытывал ли когда-то столь лёгкое и светлое чувство? Наверно в далёком прошлом. Но сейчас, сбросив все маски в очищающем пламени, наконец мог быть собой.
Сняв со спины тяжёлый походный рюкзак, страж сел на траву рядом с друзьями.
— Таранис был немногословен, но дал понять, что одобряет это путешествие. И ещё… Он сказал, что считает, что я умнее чем он. Кажется, он мной гордится… По-настоящему.
— Он всегда тобой гордился и именно из-за этого вовремя не остановил. Ты его лучший ученик, — Рэй тепло улыбнулся. — Но тебе будет полезно развеяться и увидеть все прелести простых путешествий. Не находишь?
Все старались не поднимать тему того, что в часть приключения входил небольшой список контрактов. Но кто-то же должен этим заниматься, верно?