Миры за гранью. Тетралогия

				— Да не оракул я, — сказал я им.

				— Ты можешь этого и не знать, — негромко произнёс оборотень, — это не магическая способность. И определить её наличие у кого-либо невозможно. Может, то, что ты называешь мыслить и просчитывать варианты, и есть твоя способность оракула. Просто ты никогда не задумывался об этом.

				— Нет, это другое, — усмехнувшись, сказал я.

				— И что это? — с интересом и хитрой улыбкой спросил он, явно будет теперь стараться выудить из меня больше информации в связи с моими откровениями по учёбе.

				«Не объяснять же ему о кластере и ментоинтерфейсе, — чуть не выругался я. — Похоже, он загнал меня в ловушку. Хотя…»

				— Потому что я знаю, как выглядят оракулы, — ответил я.

				— Да? И откуда же? — съехидничал он (точно, теперь в каждом вопросе нужно искать второе дно и попытку выудить информацию о моём прошлом). — Наверное, представляешь себе хумана или демона в рясе, отрешённого от мира, заросшего и живущего в пещере. Так вот, поверь, они совершенно ничем не отличаются от нас с тобой. В них нет ничего выделяющего их из толпы.

				Посмотрев ему прямо в глаза, я вздохнул:

				— Я знаю. Но поверь, отличие всё-таки есть. И я его вижу.

				За этим нашим разговором с напряжением следила Тея.

				«Не бойся, я никому не раскрою твою тайну», — передал я ей.

				«Спасибо», — раздался шёпот в моей голове.

				— Ну-ну, — ухмыльнулся корнол, так же как и саркалки не особо поверив моим словам.

				Но тут я ничего не мог поделать.

				— Ладно, — помолчав несколько минут и собравшись с мыслями, махнул я рукой, — будем считать, что наш откровенно-сокровенный разговор состоялся. Все мы — члены нашей гильдии. Так что стоит теперь поговорить о делах, которыми нужно заняться. Я снова оглядел присутствующих. — И начнём мы, пожалуй, с вас, — обратился я к Тлогу и его нейтралам.

				— Остались ещё какие-то дела? — удивился тот.

				— Да, — кивнул я, — не так и мало, между прочим. А направлены они будут в основном на укрепление и развитие вашего подразделения нашей гильдии. Но чтобы завершить с ними, нам нужен Рехор. Так что давайте пригласим его для разговора. А то господин ректор уже, поди, заждался там, в зале. — И, поднявшись, я направился к двери, ведущей из помещения.

				Сейчас пойдёт следующий этап разыгрываемой мной партии.





					Глава 9




				— Надеюсь, мы не заставили вас долго ждать, — обратился я к Рехору, подходя к их столу. — Были кое-какие дела, которые требовали срочного решения. Но теперь мы готовы продолжить наш с вами очень познавательный и продуктивный диалог.

				Глава Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя» усмехнулся.

				— Нет, что ты. У нас тут тоже были кое-какие вопросы, которые требуют своего решения, — проговорил он, как-то странно при этом посматривая на свою внучку.

				«Похоже, я прав, и Гленая задаст им ещё жару с их попытками запереть её в пределах дворца, — подумал я, глядя на эту парочку. — Помимо тех приключений, что с ней уже произошли, ещё и эти странные нападения на девушку».

				Тут что-то щёлкнуло в моей голове. Гленая, нападения, убийство, гильдия убийц, прикрытие, цирк. Интуиция пискнула о том, что я иду по верному следу.

				«Так, а не по её ли это душу тут появился этот цирк? — задумался я. — Уж очень удивлялись местные жители его тут появлению, я слышал, что сюда редко кто добирается, особенно какая-то знаменитая цирковая труппа из центральных миров. Здесь больше привыкли к каким-нибудь простецким балаганным представлениям, чем к таким полномасштабным постановкам. — И я замер на пару мгновений. — Интересная версия. Нужно будет её проверить и попросить это сделать Слонга, ведь если у меня всё выгорит, это будет одной из его основных обязанностей. Да даже если мы и не сможем договориться, нужно будет предупредить Рехора, пусть проверят этих гастролёров, во избежание, так сказать».

				Рехор и его помощник начали подниматься из-за стола. Как я и предполагал, ректор ждал моего приглашения.

				Видимо, пока у них была возможность пообщаться наедине, они что-то успели обсудить между собой и теперь готовы были к продолжению нашей беседы.

				Только это были далеко не все, кого я хотел бы видеть на наших переговорах, а потому повернулся к Рехору:

				— Вы будете не против, если мы пригласим ещё и вашу внучку с её напарникам? — мотнул я головой в сторону Гленаи, Троя и Дарина.

				Ректор несколько удивлённо посмотрел на меня, но, пожав плечами и оглядев названных мной нейтралов, будто оценивая, достойны ли те такой чести, ответил:

				— Хорошо, пусть они идут с нами, — и встал из-за стола, тем самым показывая, что готов к ведению дальнейших переговоров.

				Я не стал задерживаться и направился в сторону малого зала.

				Буквально через минуту мы были внутри его, и ректор со своими подчинёнными и внучкой опять занял тот же самый стол, за которым они сидели ранее.

				— Так о чём ты хотел поговорить? — сразу взял быка за рога Рехор.


				Примерно такого резкого и быстрого перехода к делу я и ожидал от него, а потому не растерялся и ответил:

				— О вас и вашей гильдии, о Гленае и её дальнейшей судьбе в ней, о её нежелании быть запертой в четырёх стенах и о возможном выходе из этого положения. А также о том, как мы и вы сможем это провернуть, не выходя за рамки общепринятых здесь, в нейтральных мирах, понятий, условностей и законов.

				Ректор оценивающе посмотрел на меня, а потом усмехнулся и произнёс:

				— Сказал-то ты, конечно, много и красиво, но так и не ответил на вопрос. Что ты и ваша гильдия хотите от нас и можете предложить нам взамен?

				«Хм, вот он — настоящий глава не только академии, но и внутренней службы безопасности целой гильдии», — подумал я, смотря на настроенного на серьёзный разговор Рехора.

				Всяческие любезности отброшены в сторону, на меня смотрит собранный и оценивающий каждую мелочь в моём поведении и словах собеседник. Таким он и описывается во многих отчётах различных разведслужб нейтральных миров. Жёсткий, спокойный, рассудительный и очень, очень опасный противник.

				Видимо, удар был направлен всё-таки не на его внучку, а на него самого. Я помнил, каким встретил его впервые. Стариком, в прямом смысле этого слова, расстроенным, дезориентированным, хотя всё ещё собранным и готовым сражаться. Гленая, похоже, была слабым местом не только для своего отца, но и для своего деда, так сказать, была ахиллесовой пятой местного Железного Феликса.

				Но если он примет моё предложение, то мы сможем и это хотя бы частично исправить.

				— Да, простите, — согласился я. — Тогда давайте перейдём к нашим делам.

				— Нашим? — удивился глава Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя».

				Я усмехнулся:

				— Нашим, ведь будущее вашей внучки, кем бы она ни была и как бы далеко от вас ни постаралась убежать, всё равно останется вашим делом.

				Рехор нахмурился.

				— Я понимаю, почему это дело можно назвать моим, но при чём тут вы и ваша гильдия? — жёстко спросил он.

				«Да, пора заканчивать с этим представлением», — подумал я.

				— Наверное, при том, что мы хотим Гленае предложить вступить в нашу гильдию, — пожав плечами, ответил я и посмотрел в глаза девушке, не обращая внимания на возмущённое лицо её деда и его помощника.

				А вот Трой и Дарин как-то странно переглянулись между собой, и было прекрасно видно, что они в общем-то не испытывают никакого негатива к моему предложению.

				— Я уже состою в гильдии «Ледяное пламя», — тихо ответила девушка, потупив глаза.

				Но самое главное было в том, что она сама хотела бы вырваться из-под опеки своих отца и деда и была не против покинуть хоть и столь могущественную и уютную гильдию, перейдя в любую другую.

				— Что? — раздался тихий голос её деда. — Ты хоть понимаешь, что говоришь?

				Эта фраза была явно обращена ко мне, хотя Рехор пристально смотрел на вжавшуюся в спинку кресла Гленаю.

				— Не давите на девушку, — раздался чей-то тихий и равнодушный голос.

				«Вот ведь, — вдруг осознал я, — это же мой голос». И я с недоверием прислушался к произносимым мной же словам. Странно было наблюдать себя со стороны. Больше на какую-то шизофрению похоже.

				Но и на остальных мой голос произвёл не меньшее впечатление. Все замерли и настороженно посмотрели на меня.

				— И да, я понимаю, о чём говорю, и именно поэтому предлагаю ей вступить в нашу гильдию.

				Щёлк. И я снова превратился сам в себя.

				«Функции подавления сознания и ментальной модуляции голоса изучены, активированы и могут использоваться оператором», — увидел я в интерфейсном окне сообщение Искателя.

				«Ничего себе, — отреагировал я, — такого я что-то не нахожу в перечне известных ментоинтерфейсу гипномодулей и ментопрограмм».

				И, похоже приняв мой риторический вопрос за реальный, Искатель ответил:

				«Данная программа — это наша с кластером совместная разработка, которая создана на основе переработанного и скомпилированного материала, найденного в различных источниках информации и нашей совместной базе знаний».

				«И много у вас таких разработок?» — спросил я.

				«Пока только четыре, — ответил мне уже Вирт, — слишком большой объём информации приходится обрабатывать, сопоставлять и находить в нём причинно-следственные связи, увязывающие в единую цепочку различные теоретические знания и возможность их практической реализации на основе доступной материально-информационной базы».

				«Хм, интересно… — протянул я. — Напомните мне чуть позже ознакомиться с вашими новыми разработками и внесите их в общий список доступных к изучению и применению умений, чтобы и я мог в дальнейшем всегда знать, над чем же вы работаете и что у вас из этого получается».

				«Принято», — отрапортовал кластер и опять исчез где-то на задворках моего сознания.

				Проверив время, я увидел, что разговор с моими внутренними демонами занял всего пару мгновений и все всё так же настороженно поглядывают в мою сторону.

				— И у меня есть ответ на вопрос, как это сделать, не нарушив никаких законов, — уже вполне обычным голосом говорю я, обращаясь к Рехору.

				Тот молчит и смотрит на меня изучающим и слишком уж пристальным взглядом.

				Остальные же лишь как-то неосознанно потряхивают головой, стараясь снять то наваждение, что было разлито по залу всего мгновение назад.