Миры за гранью. Тетралогия

				— Думаю, вам стоит разъяснить своим компаньонам, почему вы приняли это решение единолично, — с упором сказал Рехор.

				— Это справедливое требование, — ответил я и, повернувшись к Тлогу, указал на Рехора и Гленаю: — С господином ректором и его внучкой вы прекрасно знакомы. Но знания эти являются далеко не полными. И сейчас я приоткрою то, которое и подтолкнуло меня к подобному решению и действиям. — Я встал и подошёл к смотрящей на меня большими глазами девушке. — Как вам всем известно, Гленая — прекрасный маг, недавно закончивший Академию магии четырёх стихий. Она основала небольшое обособленное подразделение в своей гильдии и разместила её резиденцию в нашем мире. Но это не единственный её талант. — На мгновение я замолчал, а потом продолжил: — Она чувствует присутствие магии. Не знаю, как она это делает и в чём это проявляется, но это точно работает. Именно благодаря этой своей способности она нашла малую портальную арку, регистрация которой и позволила открыть ей своё собственное, обособленное подразделение в структуре гильдии «Ледяное пламя». — Я посмотрел на Тлога и его нейтралов. — Она ваш проводник, а вы её руки. Без её способностей вы лишь обычная, хоть и несколько более организованная и подготовленная гильдия поисковиков. С ней же вы превращаетесь в серьёзную, действительно что-то значащую организацию. — Я замолчал, давая возможность Тлогу, Руди и Рлогу обдумать услышанные сведения.

				Не зря эта тройка уже несколько десятков лет руководила некогда воровской гильдией. Они сразу смогли оценить все преимущества и выгоды такого ценнейшего компаньона и сотрудничества с ним.

				— Она нам нужна, — только и произнёс Тлог на их языке, обращаясь к своим подчинённым, а потом это же он сказал и мне.

				— Теперь вы понимаете всю важность задачи по обеспечению её безопасности? — спросил я у поисковиков.

				— Даже более того, — ответил Тлог, — мы не только понимаем это, но уже сейчас готовы взять на себя эти обязанности. Мы будем хранить её ценой нашей жизни. Это мы можем пообещать вам железно. — Его взгляд превратился в какой-то колючий прицел, способный просветить любого. Даже среди присутствующих будто старался рассмотреть потенциального противника, способного угрожать жизни девушки.

				— Ну вот, вы видите серьёзность этих господ, — указал я на Тлога, обращаясь к Рехору, — так что, думаю, у вас это не вызывает никаких сомнений.

				— Да, — согласился тот, — но всё так же остаётся открытым вопрос о её переходе в вашу гильдию. Мне кажется, с этим могут возникнуть серьёзные проблемы.

				На этот вопрос у меня как раз уже был ответ.

				— А вот как раз с этим, как это ни странно, в нашем случае больших проблем не будет, — улыбнулся я.

				— Как так? — удивился Рехор.

				Да и остальные, кто более-менее в теме данного вопроса, посмотрели на меня с недоумением. Ведь система гильдейства — это уже устоявшийся институт власти. И были лишь редчайшие исключения, когда его можно было обойти тем или иным способом. Но эти исключения всё-таки были. И в этом небольшом зале присутствовали два таких, так почему бы не появиться и третьему.

				— А вот так, — ответил я, — ваша гильдия сама дала нам такой превосходный и неожиданный выход. — Я посмотрел в изумлённые глаза Гленаи и на недоуменного Рехора.

				— Я не понимаю, — сказал тот.

				И он действительно не понимал, как можно провернуть такое. Но мы с Виртом нашли один очень изящный выход из данной ситуации.

				— Преемственность, — ответил я.

				— Что? — переспросил он.

				— Право преемственности, — уточнил я.

				Он несколько мгновений смотрел в нашу сторону остекленевшими глазами, а потом тряхнул головой:

				— И откуда же ты мог узнать об этом? Этим правом не пользуются уже несколько тысячелетий. Этот закон был принят очень давно, в период войн магических гильдий, когда смена главы гильдии была частым и вполне обыденным явлением. В те давние времена войн и магических поединков было большим расточительством изгнать из нейтральных миров столь ценных магов и специалистов. И хотя обычно маги, достигшие могущества в какой-то определённой гильдии, оставались в ней же и всё ещё занимали высокие посты и обладали большими связями — в этом-то их никто не ограничивал, — они могли уйти, куда им вздумается, даже в стан врагов. И никто их не осудил бы за это. Поэтому факт оставался фактом. При смещении главы гильдии его не изгоняли из центральных миров, а позволяли остаться. Этот закон и получил название «право преемственности». — И он снова удивлённо посмотрел на меня. — Странно, что молодой чел смог вспомнить о столь древнем праве главы гильдии на отставку. Однако есть один немаловажный факт. — Рехор, как бы споря с самим собой, произнёс: — Гленая не глава гильдии. — И он упёр свой взгляд в меня.

				«И что на меня так смотреть, мы не местные, так, мимо проходили», — мысленно усмехнулся я.

				Но потом сказал:

				— Принцесса, дочь главы гильдии, плюс глава обособленного подразделения гильдии, которое фактически является самостоятельным юридическим лицом. Закон о создании гильдии. Пункт двенадцать, — проговорил я, смотря в лицо удивлённому Рехору.

				В зале повисла тишина. Все посмотрели на меня и на главу Тайной стражи.

				— Вы сами сделали её главой гильдии и не поняли этого? — поинтересовался я у поражённого моими словами ректора академии.

				— Нет, — Рехор помотал головой, — мы как-то не рассматривали этот вопрос с такой точки зрения.

				— Ну, то, что вы его не рассматривали, вовсе не означает, что это не так, — ответил я. И, немного помолчав, продолжил: — Таким образом, у нас получается, что она — физическое лицо, приравненное по своему социальному и юридическому статусу к полноправному главе любой гильдии. И единственное, что теперь нам нужно сделать, — это официально перевести статус её подразделения в полностью автономную, никак не связанную с вашей гильдией организацию. — Я взглянул на Рехора. Но потом вспомнил ещё кое-что. — Хотя, если мне не изменяет память, будет вполне достаточно просто сделать ее подразделение полноправным филиалом вашей гильдии в одном из нейтральных миров, например у нас, где она и регистрировалась. Это вызовет меньше вопросов. Не будет необходимости в оформлении официального переноса резиденции филиала в другой мир. Ну а дальше уже всё строго по протоколу. Она снимает с себя полномочия главы гильдии и передаёт их своему преемнику. Его, разумеется, вы можете сменить в любой момент, особенно если ему присвоить статус временного управленца. И с этого момента Гленая полностью свободна в своём дальнейшем выборе. И что самое важное, я не думаю, что всё это будет сложно оформить. Регистрацию всего процесса наша гильдия, для его ускорения, может взять на себя, от вас лишь требуется официальное согласие на инициацию этого. Дать его может ваш действующий глава. В том, что вы можете в любой момент связаться с ним, я не сомневаюсь. Так что теперь слово за вами. — И я посмотрел прямо в глаза Рехору.

				— Уже, — коротко бросил тот мне в ответ, держа в руках неизвестно откуда взявшийся артефакт Древних, и погрузился в себя.

				«Занятная вещица, — между тем подумал я, — по идее, здесь магия работать не должна, но вот эта штука работает. Хотя, впрочем, как и мой кластер. И, что любопытно, с ходу разобраться в ней у нас не получается».

				Было понятно, что это некое передающее устройство, но на каких принципах оно работает, пока мы не смогли разобраться, слишком быстро закончил переговоры Рехор.

				Отсутствовал он несколько минут, будто провалившись в медитативный транс.

				«Анализ свойств задействованных конструктов закончен на семьдесят пять процентов», — доложил Вирт.

				«Информацию нужно собирать из разных источников», — решил я.

				И только собрался спросить у Гленаи, что это за артефакт и как давно их семья владеет им, возможно, она могла знать о нём ещё что-то, как ректор очнулся.

				— Фух. Уговорил. Твой отец согласен, — сказал он девушке, — но только у него есть два условия. — Он перевёл свой взгляд на меня. — Он понимает, что никаких стопроцентных гарантий вы ему дать не можете, а потому согласен на ее вступление в вашу гильдию лишь при исполнении двух условий.

				— И каких? — Что-то мне опять немного поплохело, и кошки заскреблись где-то в районе груди, постепенно поднимаясь вверх.

				— Первое, — начал Рехор, — это закрепление и открытие постоянного филиала нашей гильдии в этом мире.


				«Нормально, даже неплохо, — подумал я, — практически то, что я и сам хотел бы им предложить».

				Потому сказал:

				— Это вполне приемлемо, тем более я и сам хотел вам предложить этот вариант. Это нужно сделать для упрощения связи с вами, налаживания каналов поставок и сбыта товаров. И как следующий аргумент: это нужно для развития вашей собственной гильдии и выхода её на новые рынки и территории, пока ещё не освоенные никакими другими серьёзными магическими сообществами. В этом и соседних мирах нет ни одного постоянного представительства сколь-нибудь могущественной магической гильдии. А значит, тот, кто успеет закрепиться здесь первым, будет иметь и больший вес в этих мирах.

				— Возможно, — согласился Рехор и снова задумался, видимо подсчитывая в уме те плюсы, что может дать открытие здесь своего филиала.

				— Да, и ещё, — вклинился я в его размышления, — открыв здесь филиал, вам будет гораздо проще держать Гленаю в поле своего зрения. Я думаю, это вовсе немаловажный факт именно для вас. Хоть прямое влияние на её дальнейшие действия ваша гильдия потеряет, но зато вы хотя бы сможете быть в курсе её дел. Я думаю, это один из лучших вариантов для её будущей опеки с вашей стороны. — Я посмотрел на посмурневшую девушку. — Гленая, не хмурься. Родители и родственники переживают за тебя, и это та малость, которую мы сможем им обещать. Полагаю, ты же не хочешь разрывать с ними все связи.

				Девушка несмело кивнула.

				— Вот и я о том. Так что через местный филиал у тебя будет прямой выход на всех своих родственников. — Я задумался, а потом обратился к Рехору: — Особенно если здесь вы оставите только преданных именно вам нейтралов. Не думаю, что в самой гильдии стоит распространяться об истинной цели создания этого филиала. Как вы думаете?

				— Согласен, — кивнул, подтвердив мои доводы, Рехор.

				— Ну, вот и решили с этим вопросом, — закончил я.

				— Да, решили, — откликнулся ректор академии.

				— Дедушка, ты говорил, что условий два, — тихо напомнила Гленая.

				Кошки у меня на душе начали скрестись с новой силой.

				— Твой отец, — так же тихо, как и Гленая, начал говорить Рехор, потупив свой взор. Похоже, и самому старому эльфару его дальнейшие слова были не по душе, но он должен был их произнести, — назвал второе условие самым главным. — Помолчав, он продолжил: — Тренос, мой сын и твой отец, настаивает на личной заинтересованности главы гильдии «Мастера лута» в твоей безопасности.

				Что-то мне это условие кажется какой-то очередной то ли ловушкой, то ли подставой.

				— И как мы сможем это обеспечить? — спросил Лениавес со своего кресла.

				— В клятву принятия Гленаи в вашу гильдию должен быть добавлен один пункт.

				— Какой? — Девушка была напряжена до предела, и у меня сложилось такое впечатление, что она догадывается, о чём сейчас пойдёт речь.

				— Узы крови, — ответил Рехор.

				— Нет! — возмущённо воскликнула Гленая.

				— Это, по сути, единственное условие твоего отца, при котором он согласен отпустить тебя, остальное лишь ширма для гильдии, — жёстко осадил внучку ректор.

				Так, то единственное, что я нашёл в сети по этой клятве, не несло в себе каких-то особенных ограничений или последствий. Но вот что странно: нигде даже вскользь не упоминалось, что эту клятву дают ледяные эльфары. Даже наоборот, было сказано, что для них принесение подобной клятвы приравнивается к смертельному оскорблению и вечной вражде. Попутно рассказывалось о каком-то подобном инциденте, вызвавшем целую войну между несколькими гильдиями, длившуюся триста лет.

				«Ничего себе, — обалдело подумал я. — Или я что-то не понимаю, или…»

				Кстати, а об участниках того конфликта что-то известно? Ледяных эльфаров в нейтральных мирах ведь не так и много.

				И я снова просмотрел найденные заметки.

				«Вот оно. И кто у нас тут? — нашёл я нужную историческую выписку в одном из университетов. — Ну, эти мне неизвестны, да и неинтересны, какие-то гильдии уже давно распавшиеся или уничтоженные. Но со стороны эльфар-то кто был? — Я просмотрел статью до конца. — Что? Не понимаю». И я задумчиво посмотрел на деда с внучкой.

				То, что я увидел, не могло не удивить. Единственным участником того конфликта, защищавшим интересы ледяных эльфар, была гильдия «Ледяное пламя», и она же была той единственной гильдией, что победила, вернее, не распалась в той войне. И руководил ею тогда очень сильный и могущественный маг, опытный стратег и военачальник, который сумел противостоять сразу трём гильдиям-противникам. А потом почти сразу ушёл на покой, передав бразды правления своему сыну. И звали его Рехор Ил Каам Сератос. Это был не кто иной, как наш многоуважаемый ректор.

				— Мне нужны объяснения, — тихо и твёрдо произнёс я, глядя ему прямо в глаза, — и вы прекрасно понимаете почему.

				— Да? — сделал попытку увильнуть от ответа Рехор.

				— Да, — подтвердил я и серьёзно заговорил: — Последний раз, когда к вам обратились с просьбой принести подобную клятву, было уничтожено несколько магических гильдий. А после этого между ними длилось прямое противостояние без малого три сотни лет. И я не хочу подобной участи для нас. Тем более единственными, кто выжил в том конфликте, была одна небезызвестная нам гильдия. Поэтому мне нужны объяснения. И тем более их неплохо получить от того единственного, кто действительно в курсе всех тех событий. — Помолчав, я спросил: — Как вы думаете?

				Рехор молча смотрел мне в лицо.

				— Я даже не спрашиваю, откуда ты всё это смог узнать и как вообще к тебе попала эта информация. Но отвечу на твой вопрос.

				— Угу, — тихо пробормотал я, — и уделите особое внимание в своём рассказе тому, почему сейчас вы сами предложили этот вариант?

				— Не знал, что молодёжь интересуется сейчас историей становления гильдий, — задумчиво произнёс Рехор, глядя на меня, даже не отреагировав на мой вопрос, а как бы рассуждая с самим собой.

				«А он вообще услышал мои последние слова?» — спросил я себя.

				— Я вообще не уверен, что информация о том конфликте есть где-то в свободном доступе. Поэтому, молодой чел, ты заинтересовал меня ещё больше. Но сейчас не об этом. — Он помолчал. — Об этом мало кому известно, хотя большим секретом эта информация не является, но клятва «Узы крови» на светлых существ действует несколько по-иному, чем на всех остальных.

				Как только он это сказал, я понял, в каком направлении мне следует копать.

				Рехор ещё не успел произнести следующую фразу, а я уже знал, из-за чего мог разгореться тот самый конфликт.

				— Для вас это клятва — как служения, так и принятия в род, — тихо произнёс я, — со всеми вытекающими из этого последствиями. И если её просят принести главу гильдии, то и вся гильдия, и весь его народ, если это правитель, должны будут склониться перед главой принимающего их рода. Не гильдии, а именно рода. И в данном случае это тот, кому приносится клятва.