Миры за гранью. Тетралогия

				— Превосходно, — поддержал я его. — Тогда вот что мне пришло в голову. Как я понял, эта клятва двунаправленная. Двунаправленная, — выделяя, повторил я то слово, за которое зацепился, ещё когда переделывал структуру ментального конструкта, моделирующего действие этой клятвы. — Но почему вы подумали, что при принятии Гленаи в наш род она должна прекратить свою работу?

				— Так происходило всегда, — просто ответил Рехор.

				— Но ведь в этом случае никакого разговора о двунаправленности быть не может, — пожал я плечами. — Это же поток в одну сторону. Где обещанный обратный эффект? — Я посмотрел на ректора, ожидая ответа.

				— Обратным эффектом всегда считался эффект усиления взаимосвязей между принимающим и дающим клятву.

				— Нет, — покачал я головой, — это, по логике, лишь результат создания некой магической связи между этими двумя. В этом не может быть никакого обратного эффекта.

				— Да, любопытно… — скептически протянул Рехор. — И что же, по-твоему, является естественным обратным эффектом в таком случае?

				Было заметно, что Рехора заинтересовал наш спор и с теоретической, и с академической точки зрения, ведь он всё же являлся ректором Академии магии, эльфаром от науки, и эта тема, видимо, давно привлекала его внимание. И у меня есть подозрения, почему?

				Ответ кроется в тех событиях, что происходили в момент его правления гильдией и после ухода с поста главы гильдии «Ледяное пламя».

				— Это же очевидно, — ответил я. — Если предположить, что, кроме её принятия в мой род, должен существовать и обратный эффект, то в его результате я должен вступить на равных с ней правах в ваш род. А в этом случае и дублирование родовых меток, и их появление в наших аурах имеет вполне обоснованное объяснение. Получается, что Гленая официально принята в наш род (клан), а я в её. А это возможно только в единственном случае. — Об удочерении я говорить, естественно, не стал.

				— И в каком? — спросил Рехор.

				Похоже, все эти загадки сбили со старика пыл и боевой настрой. И сейчас он лишь плавал на волнах судьбы, доверившись ей. Он уже совершенно не мог управлять тем процессом, что происходил.

				— Как я понимаю, она теперь моя родная, кровная младшая сестра. Ведь тебе меньше двадцати двух лет?

				— Нет, — оторопело покачала головой девушка, — мне двадцать пять, — всё так же на автомате добавила она и только потом спохватилась, что назвала свой возраст.

				«И чего они его так стесняются? Ей ещё как минимум несколько сотен, а то и тысяч лет жить и всё время быть вечно молодой и пленительной красавицей, а они волнуются о таких пустяках» — эти мысли как-то незаметно, сами собой проскользнули в моей голове.

				— Хм. А выглядишь младше, — честно признался я и поправился: — Тогда — старшая сестра, а я её младший брат. — И, немного помолчав, добавил: — И что самое печальное для вас, — я, усмехнувшись, посмотрел на Рехора, — я наверняка пройду любые проверки на право наследования и преемственности в вашем клане, гильдии или государстве, если мне, конечно, когда-нибудь вздумается влезть в тот гадючник, что называется придворной жизнью.

				— Точно подмечено, — тихо проговорил, будто про себя, Слонг.

				И соглашался он сейчас не с моими проверками и их положительным результатом, а с моим отношением к тому сброду, что обычно отирается возле власть имущих.

				Рехор же задумался над моими словами.

				— Вполне логичное предположение, — наконец произнёс он, — но оно однозначно потребует своей проверки в будущем. И проверить твою теорию достаточно просто. Правда, вывод из этого напрашивается совершенно неверный. — Он посмотрел на меня.

				— В смысле? — не понял я.

				— Если твоё предположение верно, то получается, что ты единственный за всё время существования этого ритуала, на ком он отработал должным образом. И тогда это заставит пересмотреть многие ритуалы и отношения. — Он опять на некоторое время задумался. Потом встрепенулся, тряхнул головой и сказал: — Ну да ладно. Ты подкинул нам всем неплохую головную боль, которая тебя будет касаться лишь опосредованно. Правда, тебе и Гленае придётся всё-таки заглянуть к нам в гильдию, я представлю тебя её отцу. — Он усмехнулся: — Ты теперь вроде как его сын. — Он взглянул на Гленаю: — Надо будет посмотреть, как твой отец будет оправдываться и что придумает, когда станет рассказывать о нём твоей матери. — И Рехор широко улыбнулся. — Ситуация… — всё так же улыбаясь, ещё раз мотнул он головой, и у меня сложилось впечатление, что у старика внутри просто истерический смех.

				Он ожидал чего-то одного и, судя по всему, не слишком приятного, а вышло что-то тоже не слишком приятное, но вот насколько, он сказать не мог, однако это второе из-за его неопределённости было гораздо лучше того, первого варианта, который так сильно заставлял Рехора нервничать. И сейчас старика стало понемногу отпускать. Вернее, он уже практически успокоился, только всё еще несколько неестественно улыбался.

				Неожиданно он встрепенулся.

				— Как я понял, тебе двадцать два? — спросил он меня.

				— Похоже на то, — согласился я с ним.

				— Как так, ты точно не знаешь своего возраста? — удивлённо переспросил он, даже позабыв о своих предыдущих проблемах и выйдя на свой обычный рабочий настрой.

				— Это долгая история, возможно, когда-нибудь я расскажу вам её, — пожав плечами, честно ответил я.

				— Братья, сёстры? — продолжил расспрашивать он.

				— Та же история, — ответил я. — Говорят, они у меня есть.

				— Чего? — оторопело посмотрели на меня уже не только Рехор, но и многие другие.

				Вернее, практически все, кроме Лениавеса и Эреи.

				— Как я уже говорил, это долгая история. Но вроде есть. — И я непроизвольно посмотрел в сторону тех двоих.

				— Сколько? Хотя, как я понимаю, спрашивать не имеет смысла? — уточнил Рехор.

				Я лишь в ответ опять пожал плечами.

				— А я ещё думал, что все странности с тобой закончились, а они только разрастаются, как снежный ком, — пробормотал он и стал что-то обдумывать. — Ладно, — не стал дальше расспрашивать меня ректор, — вопросы были заданы тебе с целью определиться с твоим уровнем наследственного права. Если судить только по возрасту и по тому, что ты сообщил о себе, то ты третий после Гленаи и её младшей сестры. Получается, ты младший в роду прямых наследников на престол. Хотя, конечно, более точно сможет сказать только маг. — Немного помолчав, он высказался: — Но если исходить из того, что мы получили, то большой сумятицы ты в этот вопрос не внёс. Естественно, будут некие претензии со стороны различных старых трухлявых пней как в совете гильдии, так и в палате лордов, но особо положения они не изменят. Главное, что прямая наследственная линия сейчас всё ещё открыта. — И, уже вполне искренне улыбнувшись, он посмотрел на меня и Гленаю. — Ну а брат может позаботиться о безопасности своей сестры ничуть не хуже, чем её муж. Так что и для нас этот вариант клятвы, как ни странно, более предпочтителен. — И, всмотревшись в лицо внучки, снова улыбнулся: — Да и у Гленаи, как я погляжу, прямо камень с плеч свалился. — И он погладил сидящее рядом с ним своё сокровище по голове. — Нужно передать эти новости отцу, да и пригласить сюда кое-кого из нужных нейтралов, надо же нам до конца разобраться в этом вопросе. Но я как-то почти полностью уверен, что мой специалист подтвердит все, сделанные тобой, Баг, выводы. И почему это?

				Я постарался сделать самое простодушное лицо и ответил:

				— Не имею ни малейшего понятия. — А потом огляделся. — Ну что ж, господа, со всеми делами, связанными со вступлением в нашу гильдию её новых членов, мы разобрались, и теперь осталось несколько вопросов, касающихся вашей в ней деятельности. — Я повернулся к главе Тайной стражи гильдии «Ледяное пламя». — Не хотелось бы показаться невежливым, но сейчас будут обсуждаться вопросы, касающиеся непосредственной работы гильдии и её внутреннего распорядка, которые не хотелось бы выносить вовне, а потому для их обсуждения мы бы предпочли остаться без посторонних.


				— Намёк понят, — кивнул Рехор и, повернувшись к Гленае, снова потрепал её по волосам, пожелав: — Удачи, девочка моя.

				— Спасибо, — тихо поблагодарила та.

				Поднявшись, Рехор направился к двери, ведущей в общий зал. Правда, на пороге остановился и, обернувшись, сказал:

				— Гленая, когда вы закончите с делами, подойди к нам, мне есть что тебе сказать. Я тебя дождусь.

				— Хорошо, — кивнула девушка.

				Рехор посмотрел на меня:

				— Спасибо тебе. Береги её.

				И было непонятно, то ли он говорит это, обобщив всю ситуацию в целом, то ли он хоть и не понимает как, но догадывается, что я приложил свою непосредственную руку ко всему происходящему и тому результату, что мы сейчас получили.

				— Буду стараться, — ответил я.

				И ректор вышел в общий зал.

				— Фух, — выдохнул я, — как же тяжело разговаривать с твоим дедом, — обратился я к Гленае.

				— Есть такое, — согласилась она и сказала: — Прости, я ещё, если честно, не привыкла ни к своему новому статусу, ни к твоему, вернее, вашему… вернее… Простите… — И девушка смущённо потупила взгляд.

				— Да ничего, ты быстро освоишься в нашей дружной и весёлой компании. А ко мне можешь обращаться на «ты», мы, как-никак, с тобой теперь родственники.

				— Хорошо, — кивнула она и совсем тихо рассказала: — Когда я была маленькой, очень хотела, чтобы у меня появился брат. Но боги наградили нашу семью Сераной. Это моя младшая сестрёнка.

				— Ну, судя по тому, что произошло, твой посыл наконец попал в те самые уши. — И я, улыбнувшись, посмотрел на девушку.

				— Да, — согласилась она и улыбкой ответила на мою улыбку.

				Я кивнул, надеясь, что мой этот жест выглядит подбадривающе, а сам снова осмотрел присутствующих.

				По сути, все переговоры уже завершены. Осталось лишь несколько дел, под которыми стоило бы тоже подвести черту.

				Первое — это внучка Тлога Горбуна.

				— Дария, — обратился я к ней, — общее задание тебе дано. Для более точной оценки бери с собой этого мага, — кивнул я на Лираса, отрядного мага капитана Грона, — он поможет тебе в оценке общего потенциала магических предметов и артефактов, если его помощь, конечно, тебе понадобится. С вами пойдёт Длая для укомплектованности вашего отряда и представительских функций. Она и неплохой боец, так что будет исполнять роль вашего телохранителя. Оружие у тебя есть? — спросил я у дочери мастера Ломара.

				— Конечно, комплект не полный, но кое-что есть, — ответила она.

				— На первое время тебе его будет достаточно? — уточнил я.

				— Если не придётся участвовать ни в каких серьёзных операциях, — пожала она плечами.

				«Надо взять это на заметку», — сдвинул я брови.

				Посмотрев на всех троих, спросил:

				— Вопросы есть?

				Те отрицательно покачали головой.

				— Тогда можете идти. Да, — вспомнил я и обратился к Дарии: — Доступ к счёту гильдии тебе уже открыт. Если потребуются какие-то срочные платежи, то можете их провести.

				Я смерил их взглядом ещё раз и оглядел зал.

				«С ними отправить бы ещё кого-нибудь, кто позаботился бы о вооружении и воинском обмундировании для них», — нахмурился я, видя полное отсутствие доспехов на подчинённых Грона.

				— Да, и вот ещё что, нужно заказать обмундирование для наших бойцов. Грон, кого можно отправить с этим поручением? — повернувшись к капитану, спросил я.

				— Интендантские функции в нашем отряде выполнял мастер-сержант Прон, — сообщил мне наёмник, указав на своего соотечественника. — Он знает все наши размеры, предпочитаемые доспехи и оружие. Также он знаком с местными расценками, знает хороших мастеров и скупщиков, продающих неплохие доспехи и оружие.

				— Хорошо, тогда пусть он приобретёт для каждого из вас временный комплект доспехов и оружия. Длая, передай свои пожелания мастер-сержанту, — обратился я к дочери кожевенника.

				Девушка встала и, подойдя к названному демону, начала что-то перечислять ему на ухо. По мере её заказа у того глаза становились всё больше и больше. Через минуту она закончила говорить и вернулась на своё место.

				Прикинув, что с экипировкой пока я больше ничего сделать не могу, я поинтересовался у Прона, сколько примерно ему потребуется наличности.

				— Порядка тридцати тысяч, — ответил тот. — Качественное оружие дешевле закупить вряд ли получится, особенно если учесть последний комплект. — И он с неким даже уважением посмотрел на Длаю. — Покупка же дешёвого снаряжения — это выбросить деньги на ветер.

				— Согласен, — поддержал я его аргументацию и быстренько проверил, сколько у меня с собой имеется наличности.

				Благодаря всем моим приключениям у меня было чуть больше ста двадцати тысяч. Пятьдесят я должен минотавру. Значит, тридцать смогу спокойно выделить, а если прибавить небольшой запас, то и все пятьдесят. Нечего экономить на наших бойцах.