Практическая психология. Разрушитель

Он поклонился и вышел, тихонько притворив за собой дверь.



– Думаешь, он от счастья подвинулся рассудком? – рассматривая бледного ксена, шепотом спросил Оська.



– А что ты ощущал, когда очнулся в теле карлика? – так же тихо ответил Алан.



Получилось или нет? Хотелось хорошенько потрясти парня за плечи, чтобы, наконец, рассеять все сомнения и страхи.



– Я обрадовался. – Оська забрался на подоконник. – Новая жизнь, новый мир, это же так здорово. Духи говорили со мной перед смертью, спрашивали, хочу ли я прожить еще одну жизнь? Я согласился. Заплатил, и вот я здесь.



– Чем заплатил?



– А это касается меня и духов. – Оська хитро сощурился. – А ты?



– А меня не спрашивали, зато потом очень много предлагали за лояльность и послушание, – зло ухмыльнулся Алан. – И до сих пор предлагают.



– Да Вадий ради тебя готов был сам в тело ксенчика вселиться!



А вот с этого места подробнее! Алан испуганно вылупился на шевельнувшегося ксена. Нет, не может быть! Только этого не хватало! Мозг начал паниковать и метаться в поисках ответа, а глупое сердце робко и очень осторожно обрадовалось.



– Нет, нет, нет! Только не это!



Он не хотел переживать это вновь! Влюбленность в Иверта до сих пор вспоминалась болезненно и горько. Пусть Оська просто шутит!



– Я умер? – Винсент распахнул глаза и вперил ошарашенный и больной взгляд в склонившегося над ним Алана.

– Сир? Вы тоже?



– Что помнишь?



Алан напряженно вглядывался в серые глаза, пытаясь найти в них ответы. Кто?



– Берт всадил в меня нож. Потом… небытие. Река Забвения. Голос, который приказывал вернуться. Боль.



– Имя свое помнишь?



– Вы называли меня Алвис.




– Получилось! – заорал Оська и зажал рот двумя ладонями.



– С возвращением, Длань. – Алан облегченно вздохнул и сел на кровать, которая под ним едва слышно скрипнула. – Ты умер, мой верный враг. В этот раз умер по-настоящему.



– Но мы с Кузнечиком сбегали на реку Забвения и притащили твой дух назад в это прекрасное молодое и красивое тело! – Оська энергично размахивал ногой. – Это было настоящее приключение! Хочешь, я тебе спою песенку про шамана и его подружку-Викушку?



– Убью, – беззлобно пообещал Алан и потер глаза. – Винсента больше нет, его дух ушел на перерождение, а вот тело стараниями Оськи осталось, и оно приняло тебя. Ты теперь тоже анчута, Длань.



– Почему ты называешь меня Дланью? – задал Алвис совсем не тот вопрос, который от него ждали.



– Потому что я назначил брата Винсента своей Дланью. Поэтому хватит валяться, поднимай свою тощую задницу и приступай к прямым обязанностям. И так восемь дней потеряли. – Алан улегся рядом и закрыл глаза.

– Я пока немного посплю, а Оська тебе все расскажет…



– Спасибо, – услышал он тихое и удивленное, прежде чем его накрыло глубоким темным сном.



Воскрешение Алвиса порвало тонкую натянутую струну, и Алан наконец-то позволил себе расслабиться. Он поспит всего часик… не больше….



Спустя примерно полгода…



– Ваше величество, ваш советник предлагает опустить пошлины на зерно и ввести тройной налог на рабов, я же считаю, что в настоящий момент это нам невыгодно.



– Кир канцлер! – Мэтью Гарнер откинулся на спинку кресла и тонко улыбнулся. – Отмена рабства проходит в три этапа, и мы с вами согласовали данные этапы еще сезон назад, это вопрос времени, пока же я хочу немного наполнить бюджет. Который, – повысил он голос, – стараниями его величества скоро выйдет в минус.



– Не прибедняйся. – Алан не принимал участия в беседе, он нервно ходил по кабинету, прислушиваясь к шуму в коридоре. У Зиры начались схватки, а его к ней не пустили! Где справедливость? – У нас впервые за последние двадцать лет доход превышает расходы.



– Это пока вы не начали строить порт, – тут же подал голос министр финансов. – Строительство Виктограда съедает почти все свободные деньги.



– Продавайте участки под застройку не только аристократам, но и богатым купцам и мастеровым. Кстати, весь центр оставить за короной.



– Да, мы это помним.



– Через несколько десятков лет эта земля будет золотая, поверьте мне.



– Да она уже золотая, – хмыкнул герцог Верди. – Сир, оппозиция в моем лице требует сократить расходы на армию и увеличить дотации на образование.



– Хорошее требование, – усмехнулся Мэтью Гарнер. – Не забудьте про финансирование первого женского монастыря и школы при нем.



– Да, именно, – удовлетворенно кивнул канцлер и переглянулся с министром финансов.