Практическая психология. Разрушитель

– А если нет? – тут же с интересом повернулся к нему Алан. – Если я откажу оппозиции в твоем лице?



– А оно вам надо? – с тихим смехом ответил герцог Верги. – Опять создавать коалиции, засылать шпионов, вычислять заговорщиков…



– А так у вас карманная оппозиция, и все под контролем. Гарнер согласно кивнул.

– Не сказал бы, что карманная, – вздохнул Алан и, заложив руки за спину, остановился напротив окна. В желудке горчил нервный комок, а в голове царил хаос. Хоть бы все закончилось хорошо. Хоть бы родила без осложнений. Чем лечить в мире, где, кроме плесени, нет антибиотиков, он не знал. – Герцог весьма искусно мною манипулирует.



– Пытаюсь, – добродушно улыбнулся канцлер. – Но ваш верный пес очень мне в этом мешает.



Гарнер на пса не обиделся. Когда он приезжал в столицу, то постоянно собачился с канцлером и министрами, но в итоге выигрывал Мэтью, потому что за ним стояли цеха и гильдии, а это была та сила, которая наполняла бюджет, и с которой приходилось считаться. Как и с армией. Армия готова была идти за императором хоть на край света, потому что реформы, которые проводил Айро Третий, давали шанс даже крестьянскому сыну стать генералом, если у него мозги на месте. А ведь они еще планируют открыть военную академию на базе школы ксенов…



С Учителями уже было все согласовано, и во дворце со дня на день ждали гостей, чтобы обсудить дальнейшую судьбу Храма и заодно поделиться планами на будущее. В общем, команда вокруг молодого императора собралась сильная, хотя и весьма разношерстная.



– Ваше величество! – В кабинет вбежал раскрасневшийся Ольт в форме дворцовой стражи. Мальчишка был приставлен к вестовым и очень этим гордился. – Кир Дарен велел передать, что началось!



– Дальше без меня! – бросил Алан и выбежал следом за Ольтом.



Перед дверьми в покои Зиры толпился народ. Василия сидела на руках у Турена, Дарен в окружении тау уселся прямо на полу, Иверт подпирал стену и заметно нервничал, бросая взволнованные взгляды на флегматичную Паулину. Девушка заняла пост у двери и, судя по решительному лицу, никого не планировала пускать внутрь.



– Что? – спросил у нее Алан.



Вопрос прозвучал слегка нервно, и он попытался успокоиться. Да черт побери, не получалось у него успокоиться! Не выходило! Потому что Виктория три раза рожала и помнила, как это бывает даже в нормальных условиях современной больницы!



– Друида там?



Алан нервно кивнул на стену.



– И друида, и лекарь, – спокойно ответила Паулина и опустила руки. – Кир Алан, – мягко произнесла она. – Ваша супруга не первая и не последняя, кто рожает. Не стоит так волноваться.



Что значит «не стоит»? А если что-то пойдет не так? Если ребенок перевернется не тем боком, если кровотечение, разрывы? Последние недели Зира едва ходила, у нее был очень большой живот, просто огромный для ее телосложения. Сарх Гривастый Волк шутил, что дочь носит богатыря под сердцем, а она лишь охала и держалась за спину.



– Иверт, – жалобно протянул Алан, глядя на друга. – Это ужасно!



– Э, ты что? – Иверт нахмурил темные брови. – Это прекрасно! У нас будет еще одна маленькая принцесса. Да, Васька?



– Ага, дядька Ураган, – глубокомысленно кивнула Василия. – Вот бы она была похожа на маму Валию… Она такая красивая!




– Валия тоже там?



Алан сжал губы. Все рядом с его женщиной, а он стоит в коридоре и слушает через двери стоны и вскрики. И от этих приглушенных стенами стонов сердце болезненно сжималось. Черт побери, да рожать намного легче, чем ждать!



– Отец, не волнуйся. – Турен попробовал улыбнуться, но у него плохо получилось. – С нею же наша друида, а значит, все будет хорошо.



Двери распахнулись, и на пороге появился хмурый лекарь, увидев подскочившую к нему толпу, он попятился, а потом удивленно вздохнул, заметив Алана.



– Сир, что вы здесь делаете?



Ну да, в этом мире не принято, чтобы отцы подпирали стены родильного зала.



– Жду, – коротко бросил император.



– У вас дочь, – улыбнулся лекарь. – Крепенькая, здоровая девочка, похожая на мать. Ступайте за мной.



– А как мать?



– Ваша супруга чувствует себя хоро…



И тут раздался вскрик. Алан, не раздумывая, отпихнул лекаря в сторону и рванул на себя дверь спальни.



– Второй идет! – повернулась к нему напряженная Валия. – Алан, это двойня! Заберите дочь и выйдите! – тут же строго добавила она, вручая растерянному мужчине маленький сверток и толкая в сторону двери. – Ступайте, вам здесь делать нечего!



Дочь. Дверь за спиной закрылась, и Алан остался в гостиной, которая вдруг заполнилась людьми.



– Садись, – подпихнул ему под ноги кресло Иверт. – Покажи мою племянницу! Алан осторожно сел и приподнял кончик белой пеленки.

– Какая она страшненькая! – разочарованно прошептал Дарен. – Глаза узкие, красная и кривится.



– Она красавица. – Алан почувствовал, как по щеке покатилась слеза. – Виктория.



– Виктория значит «победа», – глубокомысленно сообщила всем Васька. – А страшненькая, потому что только родилась, цыплята тоже из яйца страшные вылупливаются, а потом как солнышко становятся.



– Сын! Второй - мальчик! – в дверь выглянула Валия. – Алан! Это мальчик! Представляете, еще один сын!



– Винсент! – Алан вспомнил слова Оськи. – Это Винсент.