Классическая поэзия Индии, Китая, Кореи, Вьетнама, Японии
Часть 173 из 217 Информация о книге
Каэси-ута805Ах, неприступным, вечным, как скала,Хотелось бы мне в жизни этой быть!Но тщетно все:Жизнь эта такова,Что бег ее нельзя остановить!Песня Яманоэ Окура на прощальном пиру в честь Та́бито [1635]876Когда бы в облаках я мог парить,Как в небе этом реющие птицы,О, если б крылья мне,Чтоб друга проводитьК далеким берегам моей столицы!..[Песня Яманоэ Окура, посланная им Отомо Табито] [1636]882Коль милости тебе теперь и слава,Ты и меня пригреешь как-нибудь.Когда придет весна,В столицу нашу Н а раПозвать меня к себе не позабудь.Песня, сложенная о том, как в старости одолевают болезни, а годы проходят в страданиях и думах о детях897Этой жизни краткий срок,Что лишь яшмою блеснет,Как хотелось бы прожитьТихо и спокойно мне,Как хотелось бы прожитьМне без горя и беды.Но в непрочном мире здесьГорько и печально все,А особенно тяжкаНаша доля, если вдруг,Как в народе говорят,—В рану, что и так болит,Жгучую насыплют соль;Или на тяжелый вьюкБедной лошади опятьИ опять добавят груз.Так в слабеющем моем телеВ старости ещеВдруг добавился недуг.Дни в страданьях я влачуИ вздыхаю по ночам.Годы долгие подрядЛишь в болезнях проводя,Неустанно плачу я,Проклиная жребий свой.Думаю лишь об одном:Как бы умереть скорей,Но не знаю, как смогуЯ покинуть этот мир.Разве брошу я детей,Что вокруг меня шумят,Словно мухи в майский день?Стоит поглядеть на них —И горит огнем душа.В горьких думах и тоскеТолько в голос плачу я!Каэси-ута898Ныне сердцу моемуНе утешиться ничем!Словно птица, что кричит,Укрываясь в облаках,Только в голос плачу я!899Без надежды день за днемТолько в муках я живуИ хочу покинуть мир.Но напрасны думы те:Дети преграждают путь.900Много платьев у ребенка богача,Их вовек ему не износить,У богатых в сундукахДобро гниет,Пропадает драгоценный шелк!901А у бедного — простого платья нет,Даже нечего ему порой надеть.Так живем,И лишь горюешь ты,Ничего не в силах изменить!902Словно пена на воде,Жизнь мгновенна и хрупка,И живу я, лишь молясь:О, когда б она былаДлинной, крепкой, что канат!903Жемчуг иль простая ткань —Тело бренное моеНичего не стоит здесь…А ведь как мечтаю яТысячу бы лет прожить! [1637]Песня [Яманоэ Окура] о любви к сыну Фурухи904Семь родов сокровищ есть [1638]Драгоценных на земле,Но зачем богатства мне,Раз у нас родился сын —Фурухи, подобный самДрагоценным жемчугам!По утрам, в рассвета час,В час, когда еще виднаПредрассветная звезда,В мягкой ткани покрывалНа постели у себяТо сидел он, то вставал,И, бывало, вместе с нимЗабавлялся я всегда.А лишь вечер приходилИ вдали, на небесах,Звезды появлялись вновь,За руки меня он брал,Говорил: «Идемте спать,Папа, мама не должныСына покидать!В серединку лягу к вам!» —Он ласкался, говоря,—И, казалось, расцветалиТравы счастья [1639]для меня!Думал я тогда, любуясь:«Время минет, подрастешь,Ждет ли радость, ждут ли беды,Встретим их с тобой!»Как большому кораблю,Доверяли мы ему,Но подул тогда нежданноВетер злой со стороны,Заболел малютка наш,—Как нам быть, не знали мы.Перевязь из белой тканиМы надели на себя,И, кристальной чистотыЗеркало в руке держа,Мы богов небес молили,К небу взоры обратив,Мы богам земли молились,Низко головы склонив.«Будет жив или не будет,—Все зависит от богов»,—Думал я и всей душоюИм молиться был готов.И в отчаянье и гореЗаклинал богов, молил,Но напрасно было, — вскореПотеряли мы тебя…Постепенно становилсяВсе прозрачнее твой лик,С каждым утром, с каждым утромВсе слабее был язык.И блеснувшая, как яшма,Жизнь прервалась навсегда…И вскочил я, как безумный,Закричал от горя я!То катался по земле я,То смотрел на небеса,То в отчаянье и гореУдарял я в грудь себя.Ведь дитя, что я лелеял,Упорхнуло, — не вернуть!Вот он, этой жизни бреннойГорький и тяжелый путь!