Судьба (СИ)

— Трёх стражей, — вдумчиво поправил Август.
Только третьего насильно пригласили на чай.
— Думаю, в действительности таких больше, — негромко добавила Хэйла. — Не считаю, что мы столь исключительны. Но большинству пока рано знать о подобном.
— Рано, — согласился Август, невольно рассмеявшись из-за очевидной для него иронии. — Когда-то я назвал бы это “ложью Консенсуса”. А теперь сам поддерживаю… Вот только что это? Мудрость, коварство или высокомерие?
— Это — естественный ход вещей, — мрачная улыбка девушки почему-то вселяла уверенность. — Мы должны защищать Город. И от безумия стражей в том числе. Я сполна поняла, как хрупка грань, отделяющая нас от него.
— Кстати об этом… — почему-то очень сильно напрягся охотник. — Я всё думал, как и когда тебе сказать, но не решался. Наверно, пришло время… Только не злись и не стреляй в меня из этой штуки.
— Продолжай… — Хэйла нахмурилась.
— Знаешь… Иногда цель оправдывает средства. Именно так ты сама считала, когда начала те свои эксперименты. Но я ведь тоже когда-то был учёным… И сделал ту сыворотку, что остановила тебя… Поэтому я считаю, что тебе нужно знать о ней правду, — Рэй выдохнул. — На сегодняшний день мои познания в области устройства головного мозга — бледная тень Раймонда Грея. От него у меня остались лишь книги и пара фотографий, а не познания учёного Золотого Века. Я бы никогда в жизни не смог навести подобную штуку в походных условиях за несколько суток, имея неполное представление о том, как это вообще делается. Но вот ткнуть тебя иглой с ядом и убедительно наврать всегда пожалуйста. Так что хорошего дня, — парень лучезарно улыбнулся и театрально помахал рукой.
Прихватив с собой Люмину, он решил спасти заодно Августа и пакетик с чипсами, потащив того на выход. Когда охотник скрылся из виду с завидной скоростью, в лаборатории повисла гробовая тишина.
Моути и Хэйла посмотрели друг на друга. Она могла спросить про многое. Например про то, как призрак, который и вылечил её впоследствии, так убедительно врал. Или задаться вопросом о силе самовнушения, раз все перемены характера были обусловлены не медикаментозно. Так же стоило спросить про роль Джона, который точно был в курсе. А ещё Хэйла могла просто яростно заорать и почти сделала это. Однако, в конечном итоге, она просто тяжело выдохнула и негромко сказала самое уместное в подобной ситуации.
— Гандоны…
Когда дверь в кабинет Хэйлы осталась далеко позади, а два стража разместились на пустой кухне, Август наконец позволил себе рассмеяться.
— Она же тебе голову отломит! — варлок даже посмел взвалить на себя ношу предсказателя.
— Разве? Я только что признался, что не стал повреждать ей мозг, а просто ненадолго убил, — Рэй провёл кончиками двух пальцев по настоящей Люмине, которая так манила его взор, что захотелось копию, а отдали настоящую. — Хэйла стала жертвой внушения. Я сделал то же самое, но с обратным эффектом. Видишь? Оружие не бывает злым или добрым, только его обладатель.
Если признавать очевидное, он действительно сумел переиграть прошлого владельца.
— Ты слишком рационален, — возразил Август, садясь за обеденный стол. — А действительность проще. Ты ей наврал и она чувствует себя дурой. Потому, будь уверен, последствия это точно возымеет. Но вот какие именно? Тут уже я не могу дать ответа…
— Не обязательно плохие, — Фелис вновь появился в воздухе и занял место над углом стола. — Ты её демонизируешь.
— Я иронизирую, — Август бросил в рот конфету из вазы и выразительно поднял указательный палец. — Принципиальная разница.
Рэй перевёл хитрый взгляд на варлока. Знал он, какие последствия можно было получить от Хэйлы за дурную, но действенную шутку… Поэтому сам придёт за ними. Ну а пока у него было ещё одно дельце, отложенное в долгий ящик, но требовавшее окончательного решения.
— Тебе ли не знать, о варлок, который специально отвёл меня на обрыв со всякими шальными мыслишками, — пропел охотник, глядя на того. — Ты же понимаешь, что ещё дышишь благодаря моему отказу? Представь себе обратный исход и Хэйлу, которая всё равно успела украсть записи? Либо два трупа, либо мы бы до конца жизни сидели у неё в клетке в костюмах танцовщиц.
 
Август закашлялся. И неизвестно, чем кончилось бы дело, если бы не Иммортус, врезавшийся в его спину. Конфета вылетела изо рта.
— Ты серьёзно? — прохрипел страж, проигнорировав собственную не эстетичную выходку.
— Боюсь, что мои шансы стать любимой наложницей были бы выше, — не унимался злорадный охотник. — Представляешь? В рабстве у тёмной Хэйлы. Хотя… Судя по тому, что ей не было мерзко угрожать надругаться над нами обоими в случае проскочившей между нами искры, вряд ли ты бы мыл полы при хорошем поведении. Что смотришь? Видел бы ты тогда её глаза…
Август покачал головой. Ну да… Он понимал, что в каждой шутке есть только доля шутки. Будь эта особа по-настоящему тёмной и безумной, с неё бы правда сталось сделать что-нибудь такое. На мгновение его воображение занял воистину ужасный образ Хэйлы-диктатора-захватившей-город. Но, прежде чем оно успело нарисовать облик её чёрных легионов смерти, варлок заставил себя не думать на эту тему. К тому же, ведь он сам послужил катализатором всей этой истории.
— Остаётся лишь надеяться, что она не попытается осуществить свою угрозу в жизнь… Мне не нравится твой взгляд. Ты же не хочешь, чтобы она осуществила эту угрозу на самом деле?
— Не переживай и просто думай о том, что внутри она старый и злой мужик, — мило улыбнулся Рэй, насладился эффектом, а затем добавил уже не так злорадно. — Если серьёзно, то тебе так тяжело воспринимать её, потому что на самом деле вы оба очень похожи. Воплощаете стили разных эпох, но суть та же. И сходите с ума одинаковым образом. Просто тебе досталось меньше и ты больше пропитался ядом гордыни.
Август хотел ответить чем-то желчно-ироничным, но сдержался. По той простой причине, что Рэй был прав. Варлок и сам думал в подобном ключе. Хэйла, как и он, была стражем идеалистом, чьи идеалы сломались. И оба они искали ответы во Тьме. Оба ступили на дорогу безумия. И их обоих спас один и тот же охотник.
Потому, глубоко вздохнув, Август степенно кивнул.
— Да, тут ты прав.
— Видишь, как забавно работает страх перед кем-то? Порой достаточно заглянуть в его глаза и увидеть там самого себя, — Рэй прошёлся до холодильника, вытащив из того простую бутылку с водой. — Пытливый ум, с одной стороны, толкает искать беды из-за любопытства, но и одновременно даёт избавление от них. Вот только требует много бонусов в виде хитрости, удачи и личного обаяния.
— Но только грань между гениальностью и безумием пролегает невидимо для нас. И часто отличие определяется в будущем, по результатам. Но как не зайти в исследованиях за те границы, которые переходить и вовсе не стоит, и вместе с тем совершить открытие? — Август откинулся на спинку стула. — Я задал этот вопрос Хэйле. Она сказала, что секрет в грамотном составлении плана исследований… Только самой это слабо помогло.
— Сильные стороны у вас тоже разные, — отметил Рэй, глядя на свой новый револьвер на столе. — Не исключено, что в той истории на Луне ты бы даже надкусил парочку рабов Улья, чтобы выглядеть убедительно обезумевшим и тебя отпустили. А потом почистил бы зубы с хлоркой и радовался, что сбежал.
Судя по тому, что охотник до подобного додумался, он бы тоже так поступил.
Август весело улыбнулся, довольный оценкой собственной хитрости.
— Ты мне определённо льстишь… Наверно, я бы просто притворился мёртвым. Хотя да. С Ульем подобный фокус не сработает… Потому, верно, остаётся только симуляция безумия. Снова ты прав.
Варлок встал из-за стола и подошёл к холодильнику, остановившись рядом с Рэем.
— Я… — охотника смутило то, как собеседник навис над ним. — Мне пришлось толкнуть самого себя в безумие тогда с Хэйлой…
— А затем ты сам вышел из него, — в мягкой улыбке Августа мерещился отблеск опасности. — И это намного важнее.