Прости мне мои грехи. Книга 2

      - Я не могу... – Ее голос становится сиплым, едва слышным. – Простить.
      - Отпусти это.
      - Я отравила человека! Ты же сам… Сам называл меня уб… - Она не договорила, потому что я перебил девушку, отрезвляя резким тоном.
      - Да, говорил! Но не потому, что я так действительно думаю. А потому что хотел… Хотел, чтобы ты боялась меня.
      - Но ты был прав.
      - Беа, я был там.
      Судорожно вздыхаю, вспоминая тот день, когда меня привязали к столбу на каком-то Богом забытом поле, и то, как Мелани нашла меня.
      Она мне нравилась.
      Единственная, кто считал меня особенным, а не изгоем. Единственная, кто мог съязвить Ребекке Картер.
      Но несмотря на то, что я так долго мучал Ребекку этим бессмысленном шантажом просто ради того, чтобы издеваться над ней и причинять боль, я знаю: она не убивала ее.
      По крайней мере, не так, как она думает.
      - И я видел, что это был ее выбор – принять таблетки. Твой выбор был проигнорировать то, как ей плохо. Это не убийство.
      - Это не так… - Она скрыла свое лицо волосами, по-видимому пытаясь скрыть от меня свои слезы.
      - Если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдёт (Закон Мерфи). Знаешь, это не я придумал. – Ребекка подняла на меня карие глаза, и я замер, будто бы прочитав ее мысли.
      Она не может себя простить.
      Как и я не могу простить себя за все поступки, что совершал в порывах, овладевающей душой жестокости. Винил ли я себя в них?
      Разумеется.
      Я искренне верил в то, что я псих, и страх мой был настолько велик, что я предпочитал постепенно становиться монстром, чем как-то противостоять этому.
      Мне казалось, что настоящая борьба только ускорит процесс.
      И, однажды, я уже не смогу быть таким спокойным рядом с Ребеккой.
      Я буду всегда выламывать двери. Я буду брать в руки лезвия и слепо, не замечая ничего вокруг, править ее.
      Я буду ревновать Бекку к каждому, кто на нее взглянет или невзначай затронет, проходя мимо.
      Потому что больше чем управлять, я люблю подавлять ее.
      И в то же время, это убивает меня в такие минуты, когда я вижу ее настолько сломленной.
      Я вдруг осознал, что только что подарил ей больше свободы – теперь она понимает, что все мои угрозы не более, чем приманки, на которые она велась в два счета. И теперь, когда она знает правду, я не смогу применить это оружие вновь.
      Плевать.
      - Но раз тебя действительно от меня тошнит… - Хмыкнул, поднимаясь на ноги. Я вдруг снова пришел в привычное состояние, ругая себя за то, что проявил эту слабость.
      Ребекка смотрела на меня снизу-вверх и сотрясалась от холода.
      - Это легко проверить. – В миг перечеркивая предшествующие этой секунде слова, потянул Ребекку за плечи футболки и хорошенько встряхнул.
      В который раз.
      Пальцы сжались на ее коже, желая разогреть в себе ненависть и ярость, которые были необходимы, как воздух.
      - Я что-то не припомню, чтобы тебя тошнило, когда ты стояла передо мной на коленях и с удовольствием сосала мой член.
      - Забудь об этом. Никогда больше, – отчеканила она, бросая мне вызов. В ее глазах засверкали звезды, но кожа была по-прежнему холодной от ледяной воды и стресса.
      - Никогда после того, как ТЫ, – она с нажимом произнесла это, стискивая зубы, – опозорил меня перед всеми, а потом придумал идиотскую идею, которая, якобы, может все исправить. Но и тут ты ведешь себя как последний подонок, Коул. А знаешь…
      Она вдруг замолкает, словно подыскивает слова, чтобы ударить, чтобы задеть побольнее.
      - Ты останешься один на один со своим братством. С этими предателями, что подставят тебя, как только ты потеряешь бдительность. А меня… Больше не будет рядом. Уж лучше я снова кану в свое бесстыдное прошлое, чем проведу с тобой рядом еще хоть одну ночь. – Она взмахнула руками резко, неистово, с такой злобой. Было удивительно, что в таком теле могла помещаться такая сила, что меня отбросило на кафель.
      Ударившись головой о стену, почувствовал, как череп разрывает на две части от боли, а в глазах пляшут мушки, и теперь я не в силах рассмотреть покидающую ванну Ребекку.
      Хочет побегать. Хочет, чтобы за ней побегали.
      Уж лучше я снова кану в свое бесстыдное прошлое, чем проведу с тобой рядом еще хоть одну ночь.
      Я в этом сильно сомневаюсь, черт возьми.
      - Это мы сейчас и проверим.
      POV Ребекка
      Что это только что было? Пересекая коридор апартаментов, пытаюсь найти хоть одну комнату, где могу спрятаться, но знаю, что все тщетно. Шаги Коула уже раздаются за моей спиной – четкие, уверенные и стремительные.
      Хотя, еще несколько минут назад, готова поспорить, я видела нежность в его глазах.
      Сначала она ввела меня в ступор и заблуждение, но счастье было не долгим.
      - Оставь меня в покое, – произнесла я, открывая очередную дверь. Бильярдная комната. Так и хочется спрятаться за тем деревянным шкафом или плотной коричневой шторой.
      - Ты так мило бегаешь, Бекка. Как будто думаешь, что это спасет тебя. И я не преподам тебе урок за твой грязный рот.
      - Тошнит. Меня тошнит от тебя, и я не устану это повторять, чертов ублюдок! – На языке вертятся слова похуже. Я вбегаю в бильярдную комнату и огибаю стол в тот момент, когда Коул появляется в дверном проеме.
      Насквозь мокрый и без рубашки. Капли воды, стекающие с волос, попадают в углубления между кубиками, падая вниз.
      Вниз, вниз…
      - Я вижу, грязная шлюшка в тебе уже проснулась. – Он усмехнулся, заметив мой взгляд, и я тут же перевела его на лицо противника.
      - Иди ко мне, Бекка. – Он подошел ближе, небрежно покатив белый мяч по бильярдному столу. – Насильно или путем опытным я заставлю тебя взять свои слова обратно. Ты не должна так разговаривать со мной.
      - С тобой только так и можно разговаривать, гнида. – Коул огибает стол, приближаясь ко мне, но я убегаю на другую сторону, и теперь мы меняемся местами, по-прежнему обжигая друг друга взглядами.